А.Л.Никитин.   Эзотерическое масонство в советской России. Документы 1923-1941 гг.

КИСЕЛЕВ Борис Львович (1897 — после 1928)

Киселев Борис Львович, русский, род. в июне 1897 г. в г. Либава Курляндской губ.; окончил реальное училище в 1918 г.; с 1918 по 1920 г. в Красной Армии, после чего работал чернорабочим, конторщиком на ж.д., инструктором Политпросвета, дьяконом, сторожем, пожарным, председателем «двадцатки» и управдомом; с 1923 по апрель 1924 г. работал сторожем на Комендантском аэродроме, затем безработный. Родные: отец — Киселев Лев Константинович, род. в 1870 г., инженер Северо-Западной ж.д. (12-я рота, д. 7, кв. 5), мать — Киселева Евгения Алексеевна, род. в 1875 г., домашняя хозяйка, там же; жена — Киселева Анна Александровна, род. в 1898 г. в г. Костино, из мещан, таксировщик в отделе сборов Октябрьской ж.д., за Б.Л.Киселева вышла замуж в 1923 г., сын Евгений, 2 года. Адрес — 13-я Красноармейская д. 20, кв. 5. Киселев был арестован у себя дома утром 08.02.26 г., после того, как по записке от 07.02.26 г. дежурного аптеки 17-го врачебного участка Северо-Западной ж.д. выяснилось, что накануне Б.Л.Киселев получил наркотические медикаменты по подложному рецепту. При обыске были изъяты масонские бумаги, а на последующем допросе выяснилось, что он не только наркоман, но еще масон и священник, после чего он был передан в ведение СОЧ. Анкета заполнена 16.02.26 г. Постановлением ОСО КОГПУ от 18.06.26 г. Б.Л.Киселев приговорен к высылке в Нарымский край сроком на 3 года и отправлен 23.06.26 г. с Н.Г.Сверчковым, Г.В.Александровым, Е.П.Вартапетовой-Баресковой и А.П.Баресковым этапом в Новосибирск. Постановлением КОГПУ от 23.12.26 г. срок по амнистии сокращен на 1/4. Постановлением ОСО КОГПУ от 24.08.28 г. лишен права проживания в шести пунктах и губерниях («минус 6») с прикреплением к определенному местожительству на 3 года, после чего 01.11.28 г. Киселев был направлен на жительство в г. Новгород (по-видимому, Новгород «Великий»). Сведений о дальнейшей судьбе нет.


Показания КИСЕЛЕВА Б.Л. 17.02.26 г.

В 1915 г. я, через ТРОЯНОВСКОГО А.В. (издателя оккультного журнала «Изида») познакомился с Антонином Николаевичем СЕМИГАНОВСКИМ, у него тогда собиралась публика из числа знакомых и читались лекции по оккультизму. О политике разговоров там не было. Как-то сама по себе эта группировка распалась. После октябрьского переворота СЕМИГАНОВСКИЙ работал в культотделе Нарсвязи и читал лекции по истории культуры. К новому строю он относился весьма благосклонно. Позднее, в 1919 г. летом, мы были с ним раза три-четыре на Крестовском у некоей Марии Альфредовны НЕСТЕРОВОЙ, где тогда собиралось «Общество чистого знания» (в принципе христианском). Наиболее видным лектором там был Григорий Оттонович МЕБЕС, бывший преподаватель математики в Кадетском корпусе. Человек образованный, он только что вернулся из Сибири, где жил во время переворота. Относительно политики я от него почти ничего не слышал, по-видимому, он относился к ней равнодушно. Он только раз говорил, что осенью 1919 г. (перед приходом ЮДЕНИЧА) возможно ожидать кровавых событий.

Позднее же, весною, я был у них два раза, когда они переехали (Г.О.М. и НЕСТЕРОВА) на Греческий. Там я встречал в качестве лекторов мало мне знакомых Василия Васильевича БОГДАНОВА (служившего в Госбанке) и РОДЫНСКОГО (кажется, инженер). Затем А.Н.СЕМИГАНОВСКИЙ поссорился с НЕСТЕРОВОЙ и мы перестали там бывать.

Служба в Красной Армии отвлекла меня и я почти никого не видел. Кажется, в 1922-23 гг. у нас с СЕМИГАНОВСКИМ, увлекавшимся тогда христианством и хотевшим стать священником, возникает мысль собрать в свой кружок «духовных христиан» под названием «Братство Святого Духа». Для этого мы собирались у некоего Александра Николаевича ОРДОВСКОГО, жившего тогда на Бассейной и служившего бухгалтером где-то на заводе. ОРДОВСКИЙ был человек религиозный и мечтал тоже стать священником. У нас тогда стали бывать Борис Викторович АСТРОМОВ и Петр Васильевич КАЗАНСКИЙ. Б.В.АСТРОМОВ раскритиковал тогда наши идеи о «Братстве», как нетрадиционно создававшемся, без всякого преемства из древних братств. Возникли несогласия. Был суд над СЕМИГАНОВСКИМ, где я упрекал его в наркомании, и Братство распалось.

Я стал бывать у АСТРОМОВА, который принимал меня единолично в приемные дни. О политике АСТРОМОВ не распространялся, говорил лишь об «аристократии духа», о крайней осторожности и необходимости тайны при всяких общественных сношениях; мечтал о соединении и сношениях с заграничным масонством, судя по некоторым его словам.

В 1924 г., в начале, он предложил мне работать в масонстве. Оказалось, у него было две или три ложи, во главе которых стоял он сам. До этого я познакомился у него с П.В.КАЗАНСКИМ ближе. Последний жил в его квартире и был заведующим лабаза. Этот КАЗАНСКИЙ был масон, и под руководством какого-то знакомого гипнотизера изучал гипноз. В один прекрасный день у него был обыск и, говорят, нашли эсдековскую литературу и сослали в Сибирь. АСТРОМОВ стал еще осторожнее и пачками относил куда-то свою масонскую литературу.

Другим был Василий Федорович ГРЕДИНГЕР, военный юрист, владеющий хорошо языками, бывавший за границей и при старом режиме занимавший какую-то видную должность. К существующему строю он относился отрицательно, критиковал местные порядки и т.д.

Далее я узнал, что он был масон, и АСТРОМОВ полагал на него большие надежды. (Жил ГРЕДИНГЕР тогда на Кирочной улице, угол Таврической). У него на квартире иногда собиралось несколько человек, интересующихся оккультизмом: три институтки, одна из них САДОВСКАЯ, ученица вуза, профессор Консерватории БРУНИ, СВЕРЧКОВ. От ГРЕДИНГЕРА я как-то слышал, что какому-то еврею, видному коммерсанту, уезжавшему временно в Америку, АСТРОМОВЫМ были даны высшие масонские степени с тем условием, чтобы он завязал связь с американскими масонами. Кроме того, АСТРОМОВ дал мне раз текст одной молитвы, в которой не было ничего интересного, но которая, как он говорил, получена из Америки, «от наших братьев», которые в этой молитве якобы духовно объединяются с нами. В этой молитве, насколько я помню, были слова: «помоги бороться нам с тьмой, невежеством» и так далее...

Когда я согласился вступить в масонство, АСТРОМОВ посвятил меня единолично у себя на квартире, говоря, что ввиду тревожного времени он не может обставить церемонию принятия со всей обстановкой. При принятии он брал обет послушания и говорил, что я нахожусь на испытании и не могу быть посвящен во все тайны масонства. АСТРОМОВ сам рассказывал, как он бывал за границей и встречался там с некоторыми иностранными масонами. Работая у АСТРОМОВА, я писал различные работы по чисто отвлеченным вопросам, а также переписывал его тетрадки, и иногда получал такие поручения, как, например, сходить к его портному за брюками.

Позднее он предложил мне прочитать несколько лекций в кружке у ГРЕДИНГЕРА, о котором я уже говорил. Но когда ГРЕДИНГЕР был арестован у КАНЕВСКОГО, собрания кружка прекратились. В бумагах ГРЕДИНГЕРА АСТРОМОВ нашел документ о «мистическом браке» ГРЕДИНГЕРА с САДОВСКОЙ, судил его и отлучил от Ордена, распустив о нем слухи, как о тайном агенте ГПУ.

В начале 1925 г. я, видя, что работа с АСТРОМОВЫМ ничего не дает и чувствуя себя очень остро стоящим на платформе нелегального движения, желая уйти от всякой таинственности, разочаровавшись в АСТРОМОВЕ как в человеке, официально заявил, что прошу не считать меня членом его Ордена.

Когда я работал в масонстве, я слышал о том, что в Ленинграде возможно существуют ложи французского политического масонства Grand Orient, но где они работают, так и не узнал. Что касается АСТРОМОВА, то он, видимо, иронизировал над ними, но считал ли он себя представителем парижского политического масонства, или не считал, я не понял. АСТРОМОВ говорил также о Штейнере, передавая о нем последние новости. Какая была связь у АСТРОМОВА с заграницей — я не знаю, он был всегда очень скрытен, но что эта связь так или иначе существует — весьма возможно, тем более, что он и сам не скрывал желания наладить подобную связь хотя бы с масонством.

Сам АСТРОМОВ из бывшей аристократии, у него было много знакомств в бывшем «большом свете» и теперешней белогвардейщине, из которой многие находятся за границей. Возможно, что с этими людьми АСТРОМОВ поддерживает и доныне связь, тем более, что среди масонства в старое время было много офицеров, подобно заграничному масонству. Сам АСТРОМОВ, кажется, впервые сделался масоном, по всей вероятности, лет пятнадцать-двадцать тому назад, и, кажется, в Италии.

Относительно АСТРОМОВА мне вспоминается еще следующее. Как-то летом 1924 г. я случайно застал у него незнакомого господина, которого он представил как масона, называя его, кажется, Михаилом Михайловичем [ПЕТРОВ]. За стаканом вина понемногу разговорились. Сначала говорили о самых обычных вещах, а затем и на политические темы. Они (главным образом, АСТРОМОВ) резко критиковали коммунистов, говорили, что возможен приход белых, и что последние жестоко бы расправились с населением. Я слушал и меня поразила резко выраженное отношение АСТРОМОВА к настоящему строю, которого я раньше не замечал. Затем я случайно узнал, что АСТРОМОВ, помимо своей квартиры на Московской, имеет еще где-то квартиру на Михайловской площади, кажется, для главных масонских собраний.

Бывая на Греческом проспекте у Г.О.МЕБЕСА, я заметил, что посещающие его лекции оставляли в прихожей кульки с припасами — это было в период экономического кризиса, когда МЕБЕС находился в тяжелых материальных условиях.

За последнее время, уже отойдя ото всех названных лиц, я слышал о неком БАРЧЕНКО, живущем в Новой Деревне, в буддийском храме, где он собирает кружок и устраивает нечто вроде хлыстовских радений. От Александра Адельфиевича НАУМОВА, бывавшего у НЕСТЕРОВОЙ в кружке и впоследствии, по приезде МЕБЕСА, ушедшего оттуда, я слышал, что, кажется, в 1919-20 гг. МЕБЕС хотел основать в Ленинграде и Москве масонские ложи, и для этого собрать крупные денежные суммы с московского купечества.

Среди современных оккультистов часто заключаются так называемые «мистические браки», и сам Г.О.МЕБЕС подает тому пример. Эти «мистические браки» представляют в сущности чисто физическую половую связь, прикрываемую оболочкой духовного единения. Примером подобного брака является рассказанная мною связь ГРЕДИНГЕРА с САДОВСКОЙ. Говорят, что и АСТРОМОВ имеет какую-то «мистическую жену». Сам МЕБЕС имел уже несколько таких браков (БАШМАКОВА, НЕСТЕРОВА и другие), и от последнего мистического союза с какой-то ученицей получился далеко не мистический плод в виде девочки, которой теперь уже около двух лет.

СЕМИГАНОВСКИЙ, будучи ярым наркоманом и обвиненный в этом со стороны МЕБЕСА, отзывался о последнем чуть ли как не о пьянице, который не может жить без вина. Действительно, среди подачек, приносимых на Греческий, бывало и вино, якобы необходимое для здоровья Г.О.М. О половой распущенности Г.О.М. знает чуть ли не весь оккультный Ленинград. В области половой распущенности выплывает еще фигура одного оккультиста НАВАШИНА (не знаю его имени), который страдал повышенной ненормальной половой возбудимостью, чуть ли не открыто занимаясь онанизмом. Он ежедневно спал со своими ученицами. Одно время он был в кружке известного своими проделками ЛЮБАРСКОГО и БАККАРА. У них в кружке я не бывал, но слышал о нем от других. Там под покровом таинственного мистического братства скрывалась эксплуатация истеричных женщин, половая разнузданность и вымогательство денег. Этот кружок недолго был в Петрограде — в период до революции, а после революции БАККАРА со своими сподвижниками перебрался в Ташкент, где продолжал свои гнусности еще и провокатором, т.к. каким-то образом пробрался в компартию. Говорят, что за свои проделки он и еще несколько человек сидели в тюрьме.

Не чужды денежному вымогательству и ленинградские масоны. АСТРОМОВЫМ за все значки, коим грош цена, брались приличные суммы — вдвойне против стоимости предмета. Кроме того, у них существует так называемая «касса взаимопомощи». Треть кассы идет на нужды братьев, а две трети — на нужды ложи и высших протектирующих лож. Конечно, рядовые братья этих денег не видят, и они, по всей вероятности, уплывают в карманы старших. За хорошее денежное пожертвование, я думаю, можно получить любую старшую степень, ибо подобное часто имеет место за границей. Про Греческий тоже ходили слухи, что лица богатые пользовались наибольшим почетом и им давались высшие степени посвящения.

Такова работа представителей российского просветительного течения, которые под своими плащами «учителей» и «пророков» скрывают такие грешки, как половая распущенность, вымогательство и использование чужих слабостей в свою пользу.

Что касается наркомании, то и тут не все благополучно, ибо употребление морфия и кокаина иногда рекомендуется для вызова способностей «выхода в астрал», и недаром известный французский оккультист Гуайта, частенько занимавшийся этими «выходами», умер от морфинизма и различных злоупотреблений.

Показания писал собственноручно. Б.Киселев

17.02.26 г.

Дополнительно о своей работе в области оккультизма показываю следующее:

После ухода моего от АСТРОМОВА я с частью людей (И.О.КУЧНЕВ1 и жена ГРЕДИНГЕРА) и теми, кого направил ко мне НАУМОВ (Анатолий Александрович ЕГОРОВ и какие-то две барышни), стали собираться на Лермонтовском пр., где я читал лекции по сравнительной истории религий и мистических учений. Летом 1925 г. мы в составе значительно поредевшем собирались у меня на квартире для продолжения подобных лекций. С наступлением осени опять были три-четыре лекции на Лермонтовском. Чувствуя себя крайне усталым и болезненным, постепенно разочаровываясь в мистике и своих слушателях, иногда засыпавших на лекциях, я прекратил эти собрания. Никаких взносов я не брал, и опытов и посвящений в различные степени не проделывал, разочаровавшись на примере АСТРОМОВА и других.

В настоящее время, глядя на свою работу и работу других объективно, я сознаю, что причинял вред, запутывая идеологию масс, и тем самым расслаблял материалистическую основу Советской власти. Делал я это, действуя по инерции, получив толчок от СЕМИГАНОВСКОГО и АСТРОМОВА, и по слабости личной воли, болезненно отравленной наркотиком, заполученным от СЕМИГАНОВСКОГО.

Писал собственноручно. Б.Киселев

17.02.26 г.

Допросил Уполномоченный 3-го отделения СОЧ Денисов
[АУФСБ РФ по ЛО, № 12517, л. 190 — 192об]


Показания СЕВАСТЬЯНОВА М.М. 17.02.26 г.

ВОПРОС: Подписывали ли Вы протокол АСТРОМОВА о закрытии ложи «Кубического Камня» 10.12.25 г.?

ОТВЕТ: Нет, не подписывал. Такого протокола не знаю. Как указывал в предыдущем показании, мною подписывался лишь протокол, составленный в ограждении нас от возможности в будущем со стороны АСТРОМОВА неправильных объяснений по обвинению нами его в разврате.

ВОПРОС: Предъявляемую Вам на подлинном протоколе подпись под графой «скрепил» признаете за свою?

ОТВЕТ: Нет, не признаю. Эта подпись является, безусловно, подделкой, что легко устанавливается сравнением с другими, имеющимися в архиве АСТРОМОВА.

Вышеизложенное записано со слов моих правильно, в чем и подписываюсь.

М.Севастьянов

17.02.26 г.

Допросил Уполномоченный 3-го отделения СОЧ Денисов
[АУФСБ РФ по ЛО, № 12517, л. 195]


Показания АСТРОМОВА-КИРИЧЕНКО Б.В.17.02.26 г.

ВОПРОС: Брали ли серебро тещи, хранившееся в сундуке жены, когда последняя лежала в больнице?

ОТВЕТ: Никогда никаких серебряных вещей я не продавал и не давал другим продавать. Все давалось моей женой, которая с ведома НАГОРНОВОЙ продавала серебряные ложки, вилки и так далее, принадлежавшие ее покойной матери. Что же касается серебряных вещей самой НАГОРНОВОЙ, то она их продала, чтобы вы¬писать из Севастополя свою родную сестру, живущую теперь с ней.

ВОПРОС: Производили ли собственными средствами аборты жене?

ОТВЕТ: Нет, не производил. Применял лишь меру предосторожности, заключавшуюся в предохранительных шариках, губочках, тампонах.

ВОПРОС: Посылали ли масонов по своим личным надобностям?

ОТВЕТ: Такие поручения мною давались, но очень редко, и когда не выполнялись, то это не мешало нашим дружеским отношениям, так как эти поручения давались им не в плане масонской дисциплины, а в виде дружеских услуг. В частности, я просил СВЕРЧКОВА привезти мне брюки от портного, живущего в его районе, других просил купить мне хлеб по дороге и прочее.

ВОПРОС: Говорили ли братьям-масонам, что к Вам пришла молитва от братьев из Америки?

ОТВЕТ: Да, молитву «О мире всего мира» я им давал, и она действительно пришла из Америки (из Калифорнии) на имя НАГОРНОВОЙ, жившей тогда на Казанской, д. 3. Почему это тогда пришло ей — не знаю.

ВОПРОС: Говорили ли кому-либо о том, что жаждете принять итальянское подданство, добиться титула графа, даже если Вам для этого придется поцеловать папскую туфлю?

ОТВЕТ: Никому никогда об этом не говорил.

ВОПРОС: Находились ли в сожительстве с кем-либо из женщин, состоя одновременно в формальном браке?

ОТВЕТ: Нет, не находился.

ВОПРОС: Пытались ли, воздействуя на женщин физически и психически, понудить их ко вступлению с собой в нормальное и противоестественное половое сожительство?

ОТВЕТ: Нет, никогда не пытался применять ни физического ни психического насилия.

ВОПРОС: Давали ли объяснения в ложе масонам в том смысле, что масоны больших посвящений имеют право преподносить женщинам «трехпланное благословление»?

ОТВЕТ: После обвинения меня в смешивании мистики с эротикой, я объяснил масонам, СЕВАСТЬЯНОВУ, СВЕРЧКОВУ и ГРЕДИНГЕРУ, что если я и давал «трехпланное благословение», то только своим женам. Теоретически, в рукописных трактатах по магии имеется на это указание.

ВОПРОС: Сознались ли Вы СЕВАСТЬЯНОВУ, что обвинение Вас масонами в противоестественных половых сношениях с женщинами при наличии формального брака справедливо, т.к. базируется на фактах?

ОТВЕТ: Не помню, чтобы я это говорил СЕВАСТЬЯНОВУ. Во всяком случае, никогда половых сношений у меня с ученицами моими не было, и никогда не было элементов физического и психического воздействия.

ВОПРОС: Давали ли ЮРГЕВИЧ целовать масонскую пентаграмму и при каких условиях?

ОТВЕТ: Я этого случая не помню. ЮРГЕВИЧ никогда моей ученицей не была и, кажется, не занимается оккультизмом.

ВОПРОС: Читали ли Вы ЮРГЕВИЧ масонские посвятительные тетрадки?

ОТВЕТ: Посвятительные тетради я ей не читал, но лекции по элементарному оккультизму и выдержки из своей лекции «Искатели истины» я ей читал.

ВОПРОС: Кому принадлежит предъявляемая Вам подпись, кроме Вашей, на протоколе о закрытии Вами ложи «Кубического Камня»?

ОТВЕТ: Эта подпись сделана мною по его доверию (т.е. СЕВАСТЬЯНОВА). Признаю, что сделал юридический подлог.

Вышеизложенное записано со слов моих правильно, в чем и подписываюсь.

Б.Астромов

17.02.26 г.

Допросил Уполномоченный 3-го отделения СОЧ Денисов
[АУФСБ РФ по ЛО, № 12517, л. 197-198]


ПО ДЕЛУ № 188

Добавление к заявлению о возврате вещей О.Е.ИВАНОВОЙ-НАГОРНОВОЙ и Ю.Н.АСТРОМОВОЙ-КИРИЧЕНКО:

1. Обручальное кольцо с красным эмалевым крестом.

2. Бинокль кожаный, совсем плоский, карманный, складной.

3. Бинокль серый, перламутровый.

По поводу рукописной тетради в синем переплете покорнейше прошу спросить Б.В.КИРИЧЕНКО и дать распоряжение вернуть ее мне.

С совершенным уважением О.Иванова-Нагорнова

19.02.26 г. пл. Лассаля 4/6, кв. 4
[АУФСБ РФ по ЛО, № 12517, л. 142]


Показания ГРЕДИНГЕРА В.Ф. 20.02.26 г.

ВОПРОС: Если бы АСТРОМОВ не остановил Вас от хождения к его второй жене с угрозами, как бы Вы поступили?

ОТВЕТ: Посылая, АСТРОМОВ нам адреса не дал, а сказал, что нас встретит старший брат, который к нам присоединится и приведет нас. Рассуждая о третьем лице, мы пришли к заключению, что им может быть только ДРИЗЕН Б.П., которому еще, как родственнику жены, предполагали заявить протест и принять объяснения на себя.

ВОПРОС: Хорошо ли Вы помните, что АСТРОМОВ посылал Вас к жене за бумагами?

ОТВЕТ: Так как это было более двух лет назад, то хорошо не помню, но логически надо считать, что мы должны были взять бумаги, пользуясь коими, жена утверждала, что АСТРОМОВ связан с заграничным масонством. Делал ли АСТРОМОВ испытание или действительно имел намерение прошантажировать жену — не знаю.

ВОПРОС: В письме из-за границы, которое показывал Вам АСТРОМОВ, выражалась просьба прислать материалы по масонству или благодарность за присланный материал?

ОТВЕТ: Была ли благодарность за присланный материал или за обещание прислать — не помню за давностью; но благодарность, во всяком случае, была, также как и просьба присылать дальнейший материал, в результате чего я делал по поручению АСТРОМОВА переводы на французский и, кажется, на итальянский языки часть тетрадки «Идеология масонства», касавшуюся русского масонства (Новиков, Радищев, декабристы).

ВОПРОС: Что имеете добавить об АСТРОМОВЕ?

ОТВЕТ: Вспомнил, что в свое время АСТРОМОВ давал мне письмо примерно следующего содержания: «Дорогой товарищ! Если Вам по делам суда случится быть за Нарвской заставой, то зайдите к портному (фамилии не помню), у которого мы были вместе, и скажите, что если он к определенному дню не пришлет мне брюк, причитающихся мне в качестве гонорара за защиту, то дело будет передано в суд. С коммунистическим приветом АСТРОМОВ-ВАТСОН».

Вышеизложенное записано со слов моих правильно, в чем и подписываюсь.

Гредингер

20.02.26 г.

Допросил Уполномоченный 3-го отделения СОЧ Денисов
[АУФСБ РФ по ЛО, № 12517, л. 201 — 201об]


Показания СВЕРЧКОВА Н.Г. 20.02.26 г.

Дополнительно об АСТРОМОВЕ сообщаю следующее:

Приблизительно в начале 1923 г. я передавал АСТРОМОВУ два запечатанных конверта безо всяких почтовых штампов с надписью: Борису Викторовичу ВАТСОНУ. Конверты эти мне передал РУДАНОВ М.Я., и я утверждаю, что в пакетах были письма от КЮНА Р.А., масона, уехавшего в Америку.

ВОПРОС: Точно ли Вы помните, что Вас с ГРЕДИНГЕРОМ АСТРОМОВ посылал к своей жене за бумагами?

ОТВЕТ: Да, мы направлялись за бумагами.

ВОПРОС: Применялись ли еще АСТРОМОВЫМ подобные методы испытания?

ОТВЕТ: Вспоминаю случай с Сергеем Дмитриевичем ВАСИЛЬЕВЫМ, когда по распоряжению АСТРОМОВА мне было поручено провести аналогичное испытание и над ним. Мною было предложено пройти и затребовать бумаги у масона, который был выгнан из ложи и не отдавал бумаг ложе. Адреса я ему не давал, а сообщил, что в условленном месте его встретит масон, который и пойдет вместе с ним. В условленном месте я его встретил сам и объяснил ему, что это было испытание по распоряжению АСТРОМОВА. В этом же испытании, помимо ВАСИЛЬЕВА, участвовал и СНОПКОВ Петр Павлович, впоследствии отставший от работы в ложе.

ВОПРОС: Как бы Вы поступили, если бы АСТРОМОВ, посылавший Вас к жене за бумагами, сообщил бы Вам адрес и дальнейшему выполнению плана не препятствовал?

ОТВЕТ: Пошел бы по адресу и выполнил бы поручение до конца.

ВОПРОС: Рекомендовали ли Вы АСТРОМОВУ не возвращать рукоятку меча, украденную им из коллекции СОКОЛОВСКОЙ?

ОТВЕТ: Не возвращать рукоятку СОКОЛОВСКОЙ я АСТРОМОВУ не предлагал, и вообще разговоров на эту тему у меня с ним не было до момента возвращения.

ВОПРОС: За что АСТРОМОВ налагал на Вас взыскание и как протекали последующие события?

ОТВЕТ: АСТРОМОВ предложил мне начальническим тоном привезти его брюки от портного, после чего я перестал с ним видеться и без спроса уехал из города. По возвращении я передал готовое заявление об уходе масону КИСЕЛЕВУ, который к моему заявлению об уходе приложил свое и оба передал АСТРОМОВУ. В ответ на заявления АСТРОМОВ прислал напыщенное письмо с указанием, что ни один преступник не уходит из-под наказания (имелось в виду наложенное взыскание — отлучение на несколько месяцев). Спустя некоторое время я, по согласованию с АЛЕКСАНДРОВЫМ и ГРЕДИНГЕРОМ, решил работу с АСТРОМОВЫМ продолжать, но не из-за АСТРОМОВА, а благодаря заинтересованности самой работой.

Больше по данному делу показать ничего не имею.

Вышеизложенное записано со слов моих правильно, в чем и подписываюсь.

Н.Сверчков

20.02.26 г.

Допросил Уполномоченный 3-го отделения СОЧ Денисов
[АУФСБ РФ по ЛО, № 12517, л. 205-206]




1 Кучков И.О.

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1342


Возможно, Вам будут интересны эти книги: