А.Л.Никитин.   Эзотерическое масонство в советской России. Документы 1923-1941 гг.

ЛОЖА «GARMONIA» И МАСОНЫ В «РНС»

Материалы архивно-следственного дела Астромова-Мебеса 1926 г., рисующие начало широкомасштабной акции ОГПУ по разгрому масонских лож и мистических групп в Ленинграде, ничего не говорят о судьбе С.В.Полисадова и возглавляемой им ложи «Garmonia» в Москве, которая, как и сам Полисадов, явились детищем и объектом постоянной заботы Б.В.Астромова, связывавшего, похоже, с ней и с Москвой вообще далеко идущие планы по легализации масонства в СССР. Это следует из показаний как самого Астромова, так и отложившейся в материалах дела его переписки с Полисадовым. Действительно, ни сам С.В.Полисадов, ни называемые им в письмах лица не фигурируют в обвинительном заключении по делу Астромова-Мебеса настолько, что В.С.Брачев в своей первой публикации прямо утверждал, что «по делу ленинградских масонов Сергей Владимирович Полисадов привлечен не был»1. Более того, насколько мне известно, в архивах ФСБ РФ отсутствуют документы, позволяющие говорить о каких-либо следственных действиях органов ОГПУ, предпринятых в 1926 г. против ложи «Garmonia» и ее членов. Единственным членом ложи, подвергшимся аресту и сосланным на Соловки, оказался сам С.В.Полисадов, не оставивший после себя обязательного в таком случае архивно-следственного дела, чем побудил другого исследователя высказать предположение, что «спасение» московских масонов обязано «чрезвычайной осторожности, осмотрительности и стойкости С.В.Полисадова, принявшего всю "вину" на себя»2.

Между тем в действительности все было гораздо проще.

Как следует из показаний самого С.В.Полисадова на допросе 30.08.40 г., еще 26.05.25 г. во время очередной беседы с сотрудником КРО ОГПУ Демиденко он дал согласие и подписал обязательство выполнять обязанности секретного сотрудника и консультанта ОГПУ по вопросам масонского подполья [ЦА ФСБ РФ, Р-39775 (преж. 1291, 903710, Н-15436) 1941 г., л. 76 и 80] и с тех пор неукоснительно выполнял принятые на себя обязательства. Естественно, что и все сведения о членах ложи «Garmonia» с исчерпывающей полнотой были им представлены в ОГПУ, однако не в Секретный (или Особый) отдел, по которому проходили обычно оккультисты и мистики, а в Контрреволюционный отдел, который, как мы увидим дальше, использовал эту информацию в своих целях. Что же касается самого Полисадова, то он, по-видимому, после ареста в феврале 1926 г. не был подвергнут обычному дознавательному процессу и оформлению протоколов (поскольку все уже было им изложено в докладных записках), и, будучи приговорен Постановлением КОГПУ от 19.04.26 г. к 3 годам заключения в концлагерь (т.е. на два месяца раньше , чем ленинградские масоны), был направлен туда вместе с Астромовым-Кириченко Б.В., Мебесом Г.О., Гредингером В.Ф., Ларионовым С.Д. и Клименко А.В. 23.12.27 г. по общей амнистии (видимо, в связи с 10-летием Октябрьской революции) срок Полисадову был сокращен на 1/3 (вместо 1/4 для остальных масонов), так что он был освобожден в апреле 1928 г., получив ограничение в правах «минус 6», вынудившее его поселиться в Туле.

Иная судьба ожидала его сподвижников по ложе «Garmonia». Если бы их списки попали в Секретный отдел, можно не сомневаться, что большая их часть разделила бы судьбу Полисадова (который проходил как раз по Секретному отделу ОГПУ). Но поскольку судьба распорядилась так, что в качестве осведомителя Полисадов (и «освещаемые» им лица и организации) находились под юрисдикцией Контрреволюционного, гораздо более страшного для подследственных отдела ОГПУ, то они были использованы для разработки одного из политических миражей, над созданием которого уже работал этот отдел, — так называемого «Русского Национального Союза».

Как следует из справки, составленной в недрах ОГПУ в 1936 г., РНС как «организация была заложена в 1920 г. бывшим генералом А.А.Брусиловым, но организационно оформилась лишь в 1926 г., после смерти Брусилова. В состав организации входили преимущественно крупные представители научной и технической интеллигенции дореволюционной формации, пользующиеся значительным влиянием в широких кругах интеллигенции. Свое влияние РНС проводил под прикрытием остатков русского масонства...» [ЦА ФСБ РФ, Р-40164 (преж. 546836, Н-6168) в 35 тт.; т. 1, л. 1].

Программа, приписываемая РНС, не останавливалась на том, как именно должна произойти смена власти, хотя именно это провозглашалось целью организации («РНС ставит своей целью свержение Советского строя»), а все внимание направляла на обустройство новой России. Так, согласно п. 3, «после свержения Советского строя при помощи крестьянских волнений в стране под руководством интеллигенции (либо при посредстве интервенции) - созывается Русский всенародный Земский собор, который устанавливает конституционно-монархический образ управления объединенной национальной России», однако «с момента свержения Советской власти до созыва Земского собора устанавливается диктатура и обязательно военная», а «православная церковь и религия объявляется господствующей». Не менее характерными положениями этой программы оказывается признание «частной собственности на землю, фабрики, заводы и т.д.», «в иностранной политике - полное признание всех долгов и других обязательств», а в «отношении экономического возрождения страны делается установка на приток иностранных капиталов». Точно так же должна быть воссоздана «мощная армия и флот на старых основных принципах и положениях», «гласный суд» и пр.3

Из большого количества арестованных дошли до приговора 53 человека — ведущие инженеры НКПС (Барнашвейлев В.А., Голицын С.В. Савин А.А.), профессора (Кругликов Ф.И., Кейзер П.М) и руководители Военной Академии РККА (Озеров И.Х., Снесарев А.Е), видные экономисты и востоковеды (Попов М.Г., Петров А.Н.) и многие другие старые специалисты высокого класса, проверенные временем и своей работой. 20 человек обвиняемых были приговорены к ВМН (5 из них ВМН была заменена сроком 10 лет ИТЛ); эти же 10 лет ИТЛ получили еще 15 человек; из оставшихся 12 человек были приговорены к 5 годам ИТЛ каждый, 2 человека получили высылку на 3 года, дела 2 человек были отправлены на доследование и только для 4 человек дело по той или иной причине было прекращено. Однако самым замечательным в этом «заговоре», как кажется, до сих пор не получившем всестороннего освещения в печати, являются два факта: 1) что его «главари» были расстреляны 17.08.30 г. — т.е. за полтора месяца до того, как это «Обвинительное заключение» скрепил своей подписью 30.09.30 г. Председатель ОГПУ Менжинский4, и 2) что далеко не все «расстрелянные» оказались действительно расстреляны, как это выясняется относительно «главы заговора» А.Е.Снесарева и, кажется, И.Х.Озерова, поскольку список расстрелянных по этому делу 17.08.30 г.5 намного меньше списка приговоренных к ВМН, находящегося в материалах дела. Стоит также заметить, что по непонятной причине даже в этом укороченном списке приведены далеко не все фотографии расстрелянных, хотя все они присутствуют в альбоме архивно-следственного дела. Следует ли из этого заключить, что «Расстрельные списки» далеко не полны и составлялись крайне небрежно и выборочно по отношению к имеющемуся материалу?

Особая роль, как следует из специально посвященной этому вопросу главы «Обвинительного заключения.», которая публикуется после показаний арестованных, отводилась масонству и масонам, в число которых попали люди, даже не подозревавшие о существовании ложи «Garmonia». И это вполне естественно, поскольку ложа была закрыта еще в 1925 г. по настоянию С.В.Полисадова, убедившегося в бесперспективности ее существования и в отрицательном отношении к масонству со стороны органов ОГПУ. В особенности на его решение окончательно отойти от масонства повлияло заключение в Соловецкий ЛОН с последующим поражением в правах, так что если мы и обнаруживаем его в апреле 1933 г. в числе «орионийцев» B.В.Белюстина, то это объясняется не столько даже его личной приверженностью к эзотерике, сколько обязательствами, взятыми на себя в мае 1925 г. перед органами ОГПУ.

Действительно, после ареста Полисадова в феврале 1926 г. всю работу по поддержанию связей между бывшими членами ложи «Garmonia» взял на себя П.М.Кейзер-Ясман, преподаватель иностранных языков, связанный своей общественной работой с ЦКУБУ и Домом ученых в Москве. В какой-то мере именно его активность в этом направлении и, одновременно, в сохранении связей с Полисадовым через жену последнего, Е.Я.Подладчикову, могла способствовать включению масонов в дело РНС. Трагическую роль при этом сыграли жилищные условия тогдашней Москвы и «перекрестные» брачные связи действующих лиц. В одной московской квартире по адресу Малый Николо-Песковский пер. д. 9, кв. 3, жили сестры Подладчиковы с мужьями — С.В.Полисадовым и экономистом С.В.Голицыным, который, таким образом, оказывался «причастным» масонству, хотя не терпел Полисадова и не разговаривал с ним. Но главное, что одна из сестер, А.Я.Подладчикова, жена Голицына, по Екатерининскому (Смольному) институту благородных девиц была соученицей и приятельницей сестер инженера А.А.Савина. Последние жили в одной квартире с братом, причем одна из них была замужем за инженером В.А.Барнашвейлевым, а другая — за востоковедом, профессором Военной Академии М.Г.Поповым, которого привлек к занятиям масонством П.М.Кейзер, в свою очередь связанный с Поповым по совместной деятельности в ЦКУБУ и в Кружке по изучению иностранных языков при Доме ученых6.

Так была очерчена «масонская фракция РНС», в которую, естественно, попал и востоковед А.Н.Петров, представленный С.В.Полисадову еще Б.В.Астромовым в 1925 г., а после ареста обеих оставшийся «на связи» с П.М.Кейзером, постоянно бывавшем по масонским делам у жены Полисадова, Е.Я.Подладчиковой. Если к этому прибавить, что М.Г.Попов и востоковед А.Н.Петров были тесно связаны между собой по работе, а по деятельности в ЦКУБУ и в Доме Ученых — с П.М.Кейзером, то наличие подобного «клубка заговорщиков-масонов» обретает явственную доказательность, точно так же, как и наличие между всеми ими «организационной связи» (вечеринки у Барнашвейлевых) с инженерами-путейцами (Барнашвейлев, Голицын) и командно-профессорским составом Военной Академии.

Похоже, что именно такой территориально-родственный подход к выявлению злоумышленников объясняет отсутствие сколько-нибудь выраженного интереса следствия к другим членам ложи «Garmonia» в Москве, которые были названы C.В.Полисадовым (Б.Красовский, К.Людвиг, Б.В.Переверзев), оказавшимися за пределами следствия и обвинительного заключения, более чем произвольно использовавшего показания обвиняемых (см. ниже). Так следует отметить, что в одном из своих показаний А.Н.Петров категорически отметал все показания М.Г.Попова о якобы «заговорщическом» характере знакомства поименованных лиц, называя их «клеветническими»: «Достаточно сказать, — показывал он, — что за отсутствием хотя бы самых отдаленных фактов, реальных случаев моего прикосновения к вышеуказанных заговорщическим организациям, Попов цепляется за две пьянки-вечеринки, и пользуясь отдаленностью их по времени и хмельным состоянием моим и, вероятно, других бывших там людей, успевших начисто перезабыть не только последовательность, но и самое содержание разговора, рассказывает о разных небылицах, извращая факты по своему желанию и выдавая их за реальность»[т. 8, л. 31 об].

Такое заявление А.Н.Петрова заслуживает особенного внимания в связи с показаниями М.Г.Попова 25.05.30 г., где подследственный, как видно, поддавшийся нажиму следователей, говорит уже не о масонской организации (которой фактически не было), а о своем вхождении в «контрреволюционную организацию «Русский национальный союз»», и не через Полисадова или Кейзера, а через В.А.Барнашвейлева и Савина с тем, чтобы вовлечь в нее А.Е.Снесарева и И.Х.Озерова, наиболее видных представителей Военной Академии РККА из числа «старых спецов». Трудно сказать, что вынудило М.Г.Попова дать такие показания, безусловно противоречащие истине, однако именно этот факт сыграл роковую роль как для него самого, так и для всего круга очерченных им лиц, приговоренных к ВМН. Впрочем, как я отметил выше, сам факт приведения приговора в исполнение в отношении отдельных лиц требует специального изучения, поскольку, напр., тот же А.Е.Снесарев, выступающий главой «заговора» и — вроде бы — расстрелянный 17.08.30 г., оказался на свободе в 1934 г. и умер (?) 04.12.37 г. в Москве [СИЭ, т. 13, М., 1971 г., стб. 99].

В этом кратком введении к масонским материалам дела РНС я не считаю нужным сколько-нибудь подробно останавливаться на их содержании уже потому, что они не дают ничего принципиально нового в отношении организации масонства и рода занятий самих масонов, а все необходимые, порою существенные дополнительные сведения исследователь откроет для себя сам в показаниях арестованных. Как мне представляется, в этих документах наиболее ценным материалом является раскрытие личностных характеристик арестованных, их жизненного опыта, мировоззрения, оценок текущего момента и то освещение исторических событий первой трети XX столетия, в которых они принимали участие. Приходится только сожалеть, что в настоящую публикацию, подчиненную специфике материала и отбору фактов, нельзя было включить остальные присутствующие в деле документы биографического и автобиографического характера, представляющие безусловной высокий интерес для исследователя событий в Дальневосточном регионе России и на ее рубежах в первой четверти минувшего века.

«Дело РНС», с начала и до конца провоцированное и сфабрикованное Контрреволюционным отделом ОГПУ, бесцельное и бессмысленное по своей жестокости, как и другие «дела», вышедшие из недр этого ведомства, поставило некую «точку» в истории развития масонства и масонских лож в России, после которой они, похоже, действительно прекратили свое существование до конца 80-х или начала 90-х гг., когда произошло их очередное возрождение, на этот раз инспирированное европейским Западом. Подтверждением такого вывода может служить дело «Мракобесов» 1940-1941 гг., материалы которого являются предметом следующей публикации этого тома, подводящее своего рода итог потайной духовной жизни России на протяжении первых четырех десятилетий XX века.




1 [Брачев В.С.] Ленинградские масоны и ОГПУ (протоколы допросов, вещественные доказательства). // Русское прошлое, кн. 1. Л., 1991, с. 276, прим. 3.
2 Асеев А.М. Посвятительные ордена: масонство, мартинизм и розенкрейцерство.// Богомолов Н.А. Русская литература начала ХХ века и оккультизм. М., 1999, с. 437, прим.
3 СССР. Объединенное Государственное Политическое Управление. (Особый отдел). Экземпляр № ... Совершенно секретно. Обвинительное заключение по делу контрреволюционной монархической организации "Русский Национальный Союз" 1926-1930 гг. Москва, 1930, с. 14.
4 Там же, с. 1.
5 Расстрельные списки. Выпуск 2. Ваганьковское кладбище. 1926-1936. М., 1995, с. 71-75.
6 В материалах дела РНС отмечены далеко не все масонские связи П.М.Крейзера. Так, из показаний художника-рериховца Б.А.Смирнова-Русецкого, который принадлежал к Московской масонской ложе еще с революционных времен, занимая в ней какое-то высокое положение. Сама Дадонова была мистиком и познакомилась с Крейзером еще в 1926 г.[ЦА ФСБ РФ, Р-19568 (2962, 051645), т. II, л. 75, 94, 171, 183-184].

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1341


Возможно, Вам будут интересны эти книги: