А.Л.Никитин.   Эзотерическое масонство в советской России. Документы 1923-1941 гг.

ДОКУМЕНТЫ АРХИВНО-СЛЕДСТВЕННОГО ДЕЛА ПОЛИСАДОВА С.В.

Р-39775 (прежн. 1291, 903710, Н-15436) ЦА ФСБ РФ

СПРАВКА

ПОЛИСАДОВ Сергей Владимирович, 1888 г. рожд., урож. г. Симбирска, Постановлением Коллегии ОГПУ от 19.04.1926 г. за к.-р. работу в масонской организации «Великая ложа Астрея» и в ее филиале ложа «Гармония» в Москве осужден в концлагерь на срок 3 года; по амнистии 1927 г. срок заключения ПОЛИСАДОВУ сокращен до 2 лет.

Решением Коллегии ОГПУ от 13.08.30 г. за масонскую к.-р. работу и установление контакта в работе с к.-р. организацией «Русский Национальный Союз» («Р.Н.С.») ПОЛИСАДОВ осужден на заключение в концлагерь сроком на 3 года. 16.08.32 г. дело ПОЛИСАДОВА было пересмотрено, он был досрочно освобожден из концлагеря с разрешением проживания по СССР. 22.04.33 г.

ПОЛИСАДОВ С.В. был в третий раз арестован в Калуге как участник нелегальной организации московских масонов, но по Постановлению Особого Совещания НКВД СССР от 21.06.33 г. был из-под стражи освобожден с зачислением в наказание срока предварительного заключения.

«Верно». Старший оперуполномоченный 6-го отделения 2-го Отдела ГУГБ

Лейтенант Государственной] безопасности Богомолов
13.01.41 г.
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 15]


ПОСТАНОВЛЕНИЕ НА АРЕСТ

г. Ташкент, 1940 г., апреля 25 дня. Я, начальник отделения 2 Отдела УГБ НКВД УзССР, ст. лейтенант Гос. Безопасности — РАЗУМОВ, рассмотрев указания 2-го Отдела ГУГБ НКВД СССР от 22 апреля 1940 г. за № 17245 об аресте гр. ПОЛИСАДОВА Сергея Владимировича — 1888 г. рождения, урож. г, Ульяновска, б/п, работающего гл. бухгалтером артели ОК ООП «Химлакокраска», прож. Ташкент, ул. Беш-агач, тупик Сарфараз, д. № 5,

ПОСТАНОВИЛ:

гр. ПОЛИСАДОВА С.В. подвергнуть аресту и согласно предписаний спецконвоем доставить в распоряжение 2-го Отдела ГУГБ НКВД СССР г. Москва.

Нач[альник] 1 Отделения 2-го Отдела УГБ
Ст[арший] лейтенант Государственной] безопасности Разумов
«Согласен» Нач[альник] 2-го Отдела УГБ НКВД УзССР
Ст[арший] лейтенант Государственной] безопасности Горелов
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 3]

Ордер .№ 65/10, 27.04.40 г. на арест и обыск ПОЛИСАДОВА Сергея Владимировича по адресу — г. Ташкент, ул. Беш-агач, тупик Сарфараз, д. 5
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 10]


Протокол допроса ПОЛИСАДОВА С.В. 07.05.40 г.

ВОПРОС: Расскажите, когда и за что Вы арестовывались раньше?

ОТВЕТ: Первый раз я был арестован в 1926 г. за участие в контрреволюционной организации масонов и был руководителем московской ложи масонов, так наз[ываемой] ложи «Гармония». Я хочу подробнее осветить вопрос моего мистического и масонского пути, предшествующего аресту в 1926 г.

Впервые я вступил в орден мартинистов в 1915 г. Вообще же изучением оккультных наук я занимаюсь с 1906 г. Мое вступление в орден мартинистов произошло следующим образом: в 1915 г. я пошел к редактору оккультного журнала «Изида», некоему ТРОЯНОВСКОМУ (умер в 1925 г.), и попросил его направить меня к человеку, который помог бы мне изучить еврейскую каббалу.

ТРОЯНОВСКИЙ направил меня к АНТОШЕВСКОМУ (умер в 1916 г.), который был посвятителем в ордене мартинистов. АНТОШЕВСКИЙ предложил мне написать работу по оккультизму на получение первой степени посвящения. Я ему эту работу написал, после чего в квартире АНТОШЕВСКОГО в присутствии главы ордена МЕБЕСА (умер в 1934 г.), я получил посвящение в степень ассоциатус (присоединенный — первая степень; всего в ордене мартинистов четыре степени; вторая — инициатус — посвященный, третья — супериус инкогнитус — высокий незнакомец, четвертая — адептус — адепт или иначе — высокий незнакомец, посвятитель мартинизма).

В 1916 г. под руководством того же АНТОШЕВСКОГО я получил от МЕБЕСА вторую степень посвящения в мартинисты. После смерти АНТОШЕВСКОГО моим руководителем был РОДЫНСКИЙ Михаил Антонович, живет он, кажется, в настоящее время в Ленинграде, о нем я не слышал с 1926 г.

В 1917 г. под руководством РОДЫНСКОГО, опять же от МЕБЕСА, я получил посвящение в третью степень мартинизма.

В 1918 г. вместе с Правлением Государственного Банка эвакуировался из Ленинграда в Москву. В Государственном Банке я служил с 1915 г. в качестве бухгалтера.
По приезде в Москву я продолжал самостоятельно заниматься изучением оккультизма, ведя иногда переписку по тем или иным вопросам в области оккультизма со своим руководителем РОДЫНСКИМ.

В 1918-1919 гг. в Москве был у меня в качестве ученика по мартинизму мой сослуживец по Государственному] Банку КЛИМЕНКО Алексей Викторович, который выехал в 1919 г. на постоянное жительство в Ленинград. При его отъезде я ему дал рекомендательное письмо к РОДЫНСКОМУ. По приезде в Ленинград он продолжал заниматься по оккультизму, и как я потом узнал, к 1926 г. он был приближенным МЕБЕСА, имея высокие степени посвящения. Последние сведения мои о КЛИМЕНКО относятся к 1926 г., когда я его встретил в Соловецких концлагерях, куда он был сослан вместе с остальными участниками ленинградских мистических и масонских организаций. С 1926 г. я о КЛИМЕНКО никаких сведений не имею.

В 1920 г. я был исключен из ордена мартинистов за недостойное поведение (у меня было три любовницы).

В 1922 г. я написал к РОДЫНСКОМУ письмо с просьбой вернуть меня в орден мартинистов. На это письмо он мне ничего не ответил.

В 1923 г. ко мне в Москву приехал КИРИЧЕНКО-АСТРОМОВ Борис Викторович (о нем я не имею сведений с 1927 г., где он сейчас, я не знаю). АСТРОМОВ мне сказал, что ему известно мое письмо к РОДЫНСКОМУ с просьбой вернуть меня в орден мартинистов, что по существующим правилам раз исключенные из ордена не могут быть приняты обратно, но он может мне помочь вернуться в круги оккультистов другим путем, а именно: он предложил мне сначала организовать масонскую ложу здесь, в Москве, эта ложа будет входить в его основную ложу «Астрея», находящуюся в Ленинграде, руководителем которой был он, АСТРОМОВ. С этой целью он даст мне посвящение в масоны, 18-ю степень, и присвоит звание «мастера стула». Это было равноценно моему посвящению в третью степень мартинизма. На следующий день я дал ему согласие и принял его предложение. Совершив обряд посвящения, он через два дня уехал, а я начал вести работу по формированию ложи.

С этой целью я предложил моим знакомым, с которыми я еще до этого в течение примерно двух-трех лет вел занятия по оккультизму, вступить в масонскую ложу. Это были: КЕЙЗЕР Петр Михайлович и КИЧИМ Георгий Николаевич. Они мое предложение приняли, и я их посвятил в третью степень масонства, в которой они находились до момента ареста меня в 1926 . Кроме того, в 1924 или 1925 году ко мне явился с рекомендательным письмом от АСТРОМОВА киномонтажер ВАСИЛЬЕВ Сергей Дмитриевич1, сейчас он кинорежиссер-орденоносец, которого я также принял в ложу «Гармония». ВАСИЛЬЕВ имел вторую степень посвящения.
Тогда же, в 1924-1925 годах в один из своих приездов в Москву АСТРОМОВ привел ко мне некоего ПЕТРОВА Аркадия Николаевича, профессора по экономическим наукам, как я слышал, он был арестован в 1938 г. в Самарканде. ПЕТРОВ был принят мной в ложу «Гармония», но на занятиях он никогда не был. Таким образом ложа «Гармония» состояла до 1926 г. из пяти человек: меня, — ПОЛИСАДОВА, КЕЙЗЕРА, КИЧИМА, ВАСИЛЬЕВА и ПЕТРОВА. Занятия ложи происходили у меня в комнате в порядке частных встреч, т.к. ритуального открытия ложи не было. Ложа, хотя и была масонская, но я проводил занятия по оккультизму, изучали «арканы Таро».

Таким образом я был арестован в 1926 г. как руководитель подпольной масонской ложи «Гармония» в Москве. После ареста я отбывал наказание в концлагерях в Соловках. Осужден был на три года, год мне был скинут по амнистии. В 1928 г. я вернулся из ссылки, но так как мне было дано «минус шесть», то я поселился в Туле, где работал до 1930 г. в качестве бухгалтера.

Протокол записан с моих слов верно и мной прочитан.

С.Полисадов

Допросил Опер[ативный] уполномоченный] 6 отд[еления] 2 Отдела ГУГБ НКВД
Лейтенант Государственной] безопасности Осовик
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 30-33; автограф]


Протокол допроса ПОЛИСАДОВА С.В. 09.05.40 г.

ВОПРОС: С кем из участников масонских и мистических организаций вы встречались в ссылке в Соловках в 1926 г.?

ОТВЕТ: В ссылке в Соловецких концлагерях в 1926 г. я встречался с масоном АСТРОМОВЫМ Борисом Викторовичем, с мистиком МЕБЕСОМ, масоном ГРЕДИНГЕРОМ из Ленинграда, с моим бывшим учеником мартинистом КЛИМЕНКО, который был арестован в 1926 г. в Ленинграде.

ВОПРОС: Какие между Вами были разговоры о судьбах вашей дальнейшей масонской и мистической работы?

ОТВЕТ: Разговоров по вопросам масонской и мистической работы и о судьбах этих организаций между нами не велось. Между нами были разговоры на чисто житейские темы о продуктах, о письмах из дома и так далее.

ВОПРОС: После Вашего возвращения из ссылки как протекала Ваша подпольная мистическая работа? С кем Вы были связаны по этой работе?

ОТВЕТ: После возвращения из ссылки в 1928 г. был я проездом в Москве примерно в течение семи дней. За это время я имел встречи с КЕЙЗЕРОМ П.М., с ПЕТРОВЫМ А.Н. В беседах с ними я им дал совет прекратить активную масонскую работу, не организовывать лож и не вступать самим в ложи, если они встретят таковые; по линии изучения мистики я им советовал вести только индивидуальные занятия.

Кроме того, тогда же в 1928 г. я встретился в Москве со Всеволодом Вячеславовичем БЕЛЮСТИНЫМ. Должен заметить, что БЕЛЮСТИНА В.В. я впервые встретил по рекомендации Б.В.АСТРОМОВА еще в 1925 г. АСТРОМОВ мне сказал, что БЕЛЮСТИН является главой ордена розенкрейцеров и что я могу у него пользоваться руководством по изучению «каббалы» и «арканов Таро». АСТРОМОВ дал мне московский адрес БЕЛЮСТИНА, и я тогда связался с БЕЛЮСТИНЫМ и пользовался его руководством. В 1928 г. при нашей встрече БЕЛЮСТИН посвятил меня во вторую степень ордена розенкрейцеров. Тогда же он дал мне совет, чтобы я, будучи в Туле, продолжал индивидуальные занятия мистикой.

ВОПРОС: Каким образом БЕЛЮСТИН осуществлял руководство Вами по изучению мистики, когда Вы находились в Туле?

ОТВЕТ: Никакого общения как с БЕЛЮСТИНЫМ, так и с другими членами «Ордена Розенкрейцеров» я не имел, когда я был в Туле. Во время своей высылки в Туле я полтора года был безработным, жил на средства жены, потом я поступил на работу в качестве бухгалтера и проработал до своего ареста в 1930 г. За это время я вел индивидуальные занятия по мистике. В 1930 г. я был арестован по обвинению в участии в «Национальном Центре», контрреволюционной организации, в которой был замешан КЕЙЗЕР П.М. Я никакого участия в к.-р. «Национальном Центре» не принимал, но тогда я получил пять лет концлагеря. В 1932 г. мое дело было пересмотрено и я был освобожден. Когда я был в Москве в 1932-33 гг., я опять встретился с БЕЛЮСТИНЫМ и получил от него посвящение в третью степень «Ордена Розенкрейцеров». В 1933 г. в Москве я был арестован в третий раз как участник мистической организации «Ордена Розенкрейцеров». После двухмесячного содержания под стражей большинство арестованных по этому делу были выпущены, в том числе и я. По этому делу были осуждены супруги ТРУЩЕВЫ, которые получили три года высылки в Сибирь. В 1933 г. я видел последний раз БЕЛЮСТИНА в Комендатуре ОГПУ, когда мы получали свои паспорта после освобождения из-под ареста. С тех пор я с БЕЛЮСТИНЫМ не виделся, где он сейчас я не знаю, думаю, что в Москве.

В 1934 г. я после паспортизации вынужден был выехать в Тулу, т.к. московского паспорта я не получил. В Туле я жил с 1934 по 1936 год, работал там бухгалтером в советских учреждениях. В Туле я продолжал занятия по метафизике в индивидуальном порядке. Никакого общения и каких-либо связей по линии мистических организаций я не имел, т.к. решил раз и навсегда с этим порвать.

В 1936 г. из Тулы я выехал в Ташкент, где жил до дня своего ареста, служа бухгалтером в советских и кооперативных организациях. Никакого общения, переписки или встреч с кем-либо из участников мистических или масонских организаций я не имел.

Протокол записан с моих слов верно и мной прочитан.

С. Полисадов

Допросил Опер[ативный] уполномоченный] 6 отд[еления] 2 Отдела ГУГБ НКВД
Лейтенант Государственной] безопасности Осовик
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 38-40]


Протокол допроса ПОЛИСАДОВА С.В. 19.05.40 г.

Допрос начат в 21 ч. 30 мин.
окончен в 24.00


ВОПРОС: Расскажите следствию о своей преступной контрреволюционной деятельности, которую Вы проводили в Ташкенте с 1936 по 1940 год.

ОТВЕТ: Никакой преступной контрреволюционной деятельности во время моего пребывания в Ташкенте я не вел. Всякая связь с мистиками и масонами у меня прекратилась в 1934 г., когда я вынужден был выехать из Москвы в Тулу при проведении паспортизации, т.к. я не получил московского паспорта.

За это время моя жена имела только два письма. Одно в 1939 г. и одно в 1940 г. от ТРУЩЕВОЙ Ксении Петровны, которая в 1933 г. вместе со своим мужем ТРУЩЕВЫМ Константином Михайловичем была арестована по делу «розенкрейцеровского» Ордена, руководившегося БЕЛЮСТИНЫМ В.В.; тогда она вместе с мужем получили три года ссылки. ТРУЩЕВА К.П. в письмах к моей жене писала только на чисто личные бытовые темы, ни о какой активизации масонско-мистической деятельности в этих письмах ТРУЩЕВА вопроса не ставила.

Лично я все свое время проводил на работе и дома, никуда я не ходил и ни с кем встреч, живя в Ташкенте, не имел, все свое свободное время я посвящал изучению бухгалтерии.

ВОПРОС: С какой целью Вы поехали в Ташкент?

ОТВЕТ: В Ташкент я поехал потому, что давно собирался перебраться в теплый климат. Когда я жил в Туле, то познакомился с неким ГРЫЗЛОВЫМ Георгием Дмитриевичем. У него я одно время жил на квартире, он имеет два дома в Туле, работал он кассиром-раздатчиком на железной дороге. В 1936 г. ГРЫЗЛОВ поехал в Ташкент. При его отъезде я просил, чтобы он написал мне, как можно устроиться в Ташкенте на работу, достать комнату, какие условия жизни и так далее. Когда ГРЫЗЛОВ устроился в Ташкенте, он написал мне письмо, в котором писал, чтобы я приезжал в Ташкент, т.к. там легко можно найти работу и комнату. В 1936 г. я выехал с женой в Ташкент. Сначала я прожил там на квартире ГРЫЗЛОВА, затем нашел себе квартиру в Старом городе по улице Беш-агач, тупик Сарфараз, д. № 5 у узбека ХАШИМОВА Кахара. У него я прожил с 1936 г. до дня ареста. ХАШИМОВ Кахар работал начальником кадров в ташкентском «Хладопроме». С его слов я знаю, что он работал в ГПУ в пограничных войсках, был он членом партии и исключен за что не знаю, думаю, что за растрату.

ВОПРОС: Что Вам известно о шпионской работе масонско-мистического подполья?

ОТВЕТ: Мне неизвестна шпионская работа масонско-мистического подполья. Я всякую связь с членами этого подполья порвал в 1934 г.

ВОПРОС: Кого Вы знаете из членов масонско-мистического подполья, которые имеют связь с заграницей?

ОТВЕТ: Мне не известно, кто из членов бывшего масонско-мистического подполья имел связь с заграницей. Я слышал, что у АСТРОМОВА его вторая жена уехала за границу, с которой он, надо полагать, поддерживает связь. Ничего другого по этому вопросу я не знаю.

Протокол записан с моих слов верно и мной прочитан.

С. Полисадов

Допросил Опер[ативный] уполномоченный] 6 отд[еления] 2 Отдела ГУГБ НКВД
Лейтенант Государственной] безопасности Осовик
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 46-48]


ПОСТАНОВЛЕНИЕ НА АРЕСТ

[Утверждено Л.П.Берия 12.06.1940 г., санкционировано прокурором СССР Панкратьевым 14.06.1940 г.]

г. Москва, 2 июня 1940 г. Я, зам[еститель] нач[альника] 6-го отделения 2-го Отдела ГУГБ НКВД СССР старший лейтенант государственной безопасности — ХОРОШКЕВИЧ, рассмотрев поступившие в НКВД СССР материалы о преступной деятельности ПОЛИСАДОВА Сергея Владимировича, 1888 г. рождения, уроженца гор. Симбирска, сына подполковника царской армии, быв. дворянина, гражданина СССР, беспартийного, образования высшего, по специальности юриста, в настоящее время проживающего в Ташкенте, —

НАШЛА:

ПОЛИСАДОВ С.В., масон с 1915 года, до настоящего времени ведущий активную масонскую работу, как руководитель масонской дожи «Гармония», входящей в «Великую ложу Астрея», гроссмейстером которой является АСТРОМОВ В.В.

С 1915 по 1920 год ПОЛИСАДОВ С.В. принадлежал к масонскому ордену мартинистов и был исключен из ордена за «несоответствующее учению ордена поведение» (разгульный образ жизни).

В 1923 году АСТРОМОВЫМ принят в орден «розенкрейцеров», утвержден управляющим мастером ложи «Гармония», являющейся московским филиалом масонской ложи «Астрея», и приступил к активной работе по вовлечению в масонство новых лиц.

В 1925 году по заданию АСТРОМОВА, с целью обеспечить для себя безопасность масонской работы, ПОЛИСАДОВ предложил ОГПУ свои услуги в качестве осведомителя.

Предложение ПОЛИСАДОВА было принято, о чем он в тот же день поставил в известность АСТРОМОВА.

Состояв в 1925-1926 годах осведомителем ОГПУ, ПОЛИСАДОВ скрывал от ОГПУ известную ему деятельность масонских лож в СССР, в частности скрыл существование руководимой им ложи «Гармония», но подробно информировал АСТРОМОВА обо всем, что ему удавалось узнать благодаря своей связи с ОГПУ.

В начале 1926 года ПОЛИСАДОВ по предложению АСТРОМОВА пытался установить связь с секретарем французского посольства в Москве с тем, чтобы при его посредстве иметь регулярную связь с масонским центром, находящимся во Франции.

В феврале 1926 года ПОЛИСАДОВ С.В. был арестован ОГПУ и по Постановлению Коллегии ОГПУ осужден на заключение в концлагере сроком на ТРИ года. По амнистии 1927 года срок заключения ПОЛИСАДОВУ был сокращен до ДВУХ лет. Выйдя из концлагеря, ПОЛИСАДОВ поселился в Туле, где вскоре возобновил масонскую работу и установил контакт с контрреволюционной организацией «Русский Национальный Союз» («Р.Н.С.»), ставившей своей целью борьбу за свержение соввласти.

По делу этой организации 05.02.30 г. ПОЛИСАДОВ был вторично арестован ОГПУ и по Постановлению Коллегии ОГПУ от 13.08.30 г. осужден на заключение в концлагерь сроком на ТРИ года. 16.08.32 г. дело ПОЛИСАДОВА было пересмотрено и он был досрочно освобожден из концлагеря с разрешением свободного проживания по СССР.

22.04.33 г. ПОЛИСАДОВ был в третий раз арестован как участник нелегальной контрреволюционной организации московских масонов, но по Постановлению Особого Совещания от 21.06.33 г. из-под стражи освобожден с зачетом в наказание срока предварительного заключения.

В настоящее время по сообщениям агентуры ПОЛИСАДОВ С.В. ведет активную работу по восстановлению масонской организации и поддерживает регулярную связь с руководителями русских масонских организаций, в частности с гроссмейстером масонской ложи «Астрея» — АСТРОМОВЫМ Б.В. и рядом масонов-розенкрейцеров», проживающих в Москве. Исходя из вышеизложенного -

ПОСТАНОВИЛА:

ПОЛИСАДОВА Сергея Владимировича подвергнуть аресту и обыску.

Зам[еститель] Нач[альника] 6-го отд[еления] 2-го Отдела ГУГБ НКВД СССР
Ст[арший] лейтенант Государственной] безопасности Е.Хорошкевич
«Согласен». Нач[альник] 2-го отдела ГУГБ НКВД СССР
Комиссар Государственной] безопасности 3-го ранга Федотов
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 4-7]


Протокол допроса ПОЛИСАДОВА С.В. 21.06.40 г.


Допрос начат в 13.00 окончен в 15.30

ВОПРОС: Следствие предлагает Вам прекратить запирательство и дать искренние показания о той преступной контрреволюционной работе, которую Вы проводили, будучи в Ташкенте.

ОТВЕТ: Никакой к.-р. деятельностью я не занимался, живя в Ташкенте.

ВОПРОС: С кем Вы поддерживали связь за последнее время из лиц, связанных с масонско-мистическим подпольем?

ОТВЕТ: Начиная с 1933 г. моя связь с лицами из масонско-мистического подполья прекратилась. Никакой связи после своего отъезда в Тулу, а затем в Ташкент, с масонами и мистиками я не имею. Я прекратил всякую работу в этом направлении.

ВОПРОС: Через кого Вы связывались с БЕЛЮСТИНЫМ?

ОТВЕТ: С БЕЛЮСТИНЫМ я никогда ни через кого не связывался. После моего знакомства с ним, я с БЕЛЮСТИНЫМ всегда поддерживал личную связь, которая у меня прекратилась с ним в 1933 г.

ВОПРОС: А с АСТРОМОВЫМ Вы тоже не поддерживали связь?

ОТВЕТ: Да, после ареста в 1926 г. я последний раз видел АСТРОМОВА в 1927 г. в ссылке. С тех пор я с АСТРОМОВЫМ не виделся.

ВОПРОС: Когда Вы последний раз встречались с ВЕРЕВИНЫМ?

ОТВЕТ: Последний раз я видел ВЕРЕВИНА в 1934 г. случайно на улице в Москве перед моим отъездом в Тулу. С тех пор я с ВЕРЕВИНЫМ никогда не виделся и связи с ним никакой не имею.

ВОПРОС: С кем из участников мистического подполья Вы встречались после 1934 года?

ОТВЕТ: После 1934 г. с момента приезда в Тулу я никакой связи с участниками мистического или масонского подполья не имею.

ВОПРОС: Но Вы же убежденный мистик. Как Вы поддерживали свои связи с мистическими кругами?

ОТВЕТ: Я убежденный мистик в области человеческого развития. Я продолжаю считать, что сознание человека не погибает со смертью его физической оболочки. Но в области метафизики у меня нет никаких убеждений. С организационной стороны, после того, как я подвергся трехкратным арестам, я решил порвать со всякими орденами и обществами и вести работу по самоусовершенствованию личности в чисто индивидуальной порядке. Политическими вопросами я никогда не занимался ни до 1933 г., ни после. В отношении Советской власти я всегда был настроен лояльно.

ВОПРОС: Вы упорно продолжаете скрывать свою преступную деятельность и хотите скрыть антисоветскую деятельность известного Вам подполья мистиков и масонов. Вы еще будете по этому вопросу допрошены.

Протокол записан с моих слов верно и мной прочитан.

С. Полисадов

Допросил Опер[ативный] уполномоченный] 6 отд[еления] 2 Отдела ГУГБ НКВД
Лейтенант Государственной] безопасности Осовик
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 52-54]


Протокол допроса ПОЛИСАДОВА С.В. 29.08.40 г.

Допрос начат в 13.10

ВОПРОС: В каком году, где и при каких обстоятельствах Вы впервые познакомились с АСТРОМОВЫМ Борисом Викторовичем?

ОТВЕТ: С КИРИЧЕНКО-АСТРОМОВЫМ Борисом Викторовичем я впервые познакомился осенью 1923 года, когда он, приехав из Ленинграда, зашел ко мне на мою московскую квартиру на Мало-Песковский переулок (Арбат), д. 9, кв. 3. До этого его прихода я АСТРОМОВА не знал и знаком с ним не был.

Придя ко мне, АСТРОМОВ мне объяснил, что ему известно мое письмо к РОДЫНСКОМУ в Ленинград с просьбой вернуть меня в орден мартинистов, что это он, АСТРОМОВ, прислал мне ответное письмо (в конце 1922 или в начале 1923 г.), в котором говорилось, что по вопросу моего возвращения в орден ждите личного свидания, и что вот теперь он и пришел ко мне за тем, чтобы об этом поговорить.

В развитии этого он мне сказал, что по существующим правилам раз исключенные из ордена мартинистов могут в него вернуться только после того, как они пройдут очищение от своих грехов, но что взамен этого он предлагает мне 18-ю степень масонства, которая дает право на открытие самостоятельной периферийной ложи. В масонство я идти не хотел, и поэтому сразу на это своего согласия ему не дал. Тогда он мне сказал, чтобы я подумал, а он зайдет ко мне на следующий день.

После ухода АСТРОМОВА я пошел за советом к ТРОЯНОВСКОМУ (бывший редактор оккультного журнала «Изида»), который хотя сам ни в каком ордене не состоял, но который прекрасно разбирался в оккультных вопросах и знал большинство членов этих обществ. ТРОЯНОВСКИЙ мне сказал, что я могу попробовать войти в масоны; если не понравится, что я всегда могу уйти.
На следующий день, когда ко мне пришел АСТРОМОВ, я ему свое согласие дал. Он посвятил меня в масоны и дал для переписки посвятительные тетради.

ВОПРОС: Кто присутствовал при этом Вашем посвящении в масоны?

ОТВЕТ: При этом посвящении никто не присутствовал. АСТРОМОВ посвящал меня один по принципу так называемого «свободного посвящения», которое было введено у мартинистов МЕБЕСОМ.

ВОПРОС: Какие задачи перед Вами поставил АСТРОМОВ как перед масоном?

ОТВЕТ: АСТРОМОВ мне тогда рассказал, чтобы я занялся подбором людей для вербовки их в масонскую ложу. Я и начал выполнять эти его указания. Правда, я это выполнял неохотно, т.к. не был большим сторонником масонства.

Ко второму приезду АСТРОМОВА в начале 1924 г. в Москву я ему сказал, что мною вовлечены в масонскую ложу мои знакомые КИЧИМ и КЕЙЗЕР, что больше народа я не подобрал, т.к. большинство интересующихся мистикой не желает идти в масонство.

В свои последующие приезды (их было около трех) в 1924 г. АСТРОМОВ в Москве хлопотал для своей жены о транзитной визе через какое-то прибалтийское государство (Латвию или Эстонию) в Японию, где жил какой-то престарелый родственник этой жены.

По линии ложи у меня дело не двигалось. Новых членов я не вербовал. Тогда АСТРОМОВ в конце 1924 или в начале 1925 года пришел ко мне с профессором ПЕТРОВЫМ Аркадием Николаевичем, которого рекомендовал принять в члены ложи, что я и сделал.

Незадолго до прихода ПЕТРОВА мною был принят в ложу киноработник ВАСИЛЬЕВ Сергей Дмитриевич, который явился ко мне на квартиру с рекомендательным письмом от АСТРОМОВА.

Примерно с середины 1924 г. АСТРОМОВ начал говорить о том, что он думает поставить перед ОГПУ вопрос о том, чтобы легализовать работу масонов у нас в СССР. Я ему в этом тогда не возражал, говоря, что надо попробовать, что из этого выйдет.

Примерно в ноябре 1925 г. в один из своих приездов в Москву АСТРОМОВ мне сказал, что он в Ленинграде услышал о том, что в Москве есть видный мистик БЕЛЮСТИН Всеволод Вячеславович, с которым он желал бы познакомиться, с этой целью он попросил меня через адресное бюро узнать московский адрес БЕЛЮСТИНА, что я и сделал. Точный адрес его не помню, но это было в конце Петровки, во дворе, комната 22.

АСТРОМОВ у БЕЛЮСТИНА тогда был, этим посещением остался доволен, говоря, что БЕЛЮСТИН произвел на него впечатление умного эрудированного оккультиста, мне он тогда советовал установить связь с БЕЛЮСТИНЫМ, использовать его как консультанта по мистическим вопросам. В качестве предлога для посещения БЕЛЮСТИНА АСТРОМОВ мне предложил снести БЕЛЮСТИНУ его, АСТРОМОВА, автобиографию, которую он пришлет из Ленинграда вместе с некоторыми своими литературными статьями для того, чтобы БЕЛЮСТИН, просмотрев их, мог определить, куда можно было бы утроить АСТРОМОВА на работу в Москве.

Я так и сделал, получив по почте письмо, в котором была автобиография АСТРОМОВА и его рукописи очень скверных статей. Я пошел и передал их БЕЛЮСТИНУ. Эта первая моя встреча с БЕЛЮСТИНЫМ была в конце 1925 г. в декабре месяце.

После этого я был у БЕЛЮСТИНА несколько раз. Он при этих встречах прощупывал мои знания в области мистики и однажды предложил вступить в его орден, бросив масонство по линии АСТРОМОВА. Я тогда ему свое согласие дал, но посвящен в орден не был, т.к. вскоре был арестован в 1926 г. До ареста я получил от БЕЛЮСТИНА несколько рукописных тетрадей по вопросам мистики.

Допрос окончен в 15.30.

Протокол записан с моих слов правильно и мной прочитан.

С.Полисадов

Допросил Опер[ативный] уполномоченный] 6 отд[еления] 2 Отдела ГУГБ НКВД
Лейтенант Государственной] безопасности Осовик
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 63-66]

Протокол допроса ПОЛИСАДОВА С.В. 30.08.40 г.

Допрос начат в 12.30

ВОПРОС: Какие задачи поставил перед Вами АСТРОМОВ, когда завербовал Вас в масонскую организацию и дал Вам 18-ю степень масонства?

ОТВЕТ: АСТРОМОВ передо мной поставил задачу, чтобы я организовал ложу в Москве и вербовал бы в нее людей, чтобы готовить в этой ложе лиц для более высоких степеней оккультного посвящения.

ВОПРОС: Какие указания давал Вам АСТРОМОВ по линии конспирации своей работы от советских разведывательных органов?

ОТВЕТ: Особых указаний по вопросу конспирации работы масонской ложи АСТРОМОВ мне не давал. Он мне говорил только то, что я должен об этом нигде не болтать, что о существовании ложи я могу говорить и довериться только такому лицу, которое мною будет всесторонне изучено и проверено, и в котором можно быть уверенным, что оно эту тайну сохранит.

ВОПРОС: Вам когда-либо приходилось быть у АСТРОМОВА в Ленинграде и знакомиться там с его работой по масонству.

ОТВЕТ: Нет. После того, как я выехал из Ленинграда в 1918 г., я больше в Ленинграде не был вплоть до 1928 г., когда я был в Ленинграде проездом, с поезда на поезд, после моего возвращения из ссылки. У АСТРОМОВА я в Ленинграде не был.

ВОПРОС: Как и от кого Вам было известно о масонской деятельности АСТРОМОВА?

ОТВЕТ: О масонской деятельности АСТРОМОВА мне было известно из его собственных рассказов.
Он мне говорил, что «Великая ложа Астрея», объединяющая «мастеров стула», опирается на четыре рядовых ложи в Ленинграде (названия этих лож я сейчас не помню, помню, что одна из этих лож носила название «Пылающего льва») и на пятую московскую ложу «Гармония», руководителем которой был я, ПОЛИСАДОВ.

ВОПРОС: Когда впервые АСТРОМОВ поставил перед Вами вопрос о том, что он думает обратиться в ОГПУ с предложением легализовать масонство?

ОТВЕТ: Вопрос о легализации масонства передо мной АСТРОМОВ поставил впервые в один из его приездов в 1924 г. Он говорил, что он хочет выяснить вопрос, как власти смотрят на развитие мистических обществ и можно ли этим заниматься, не рискуя быть арестованным и высланным. Его идеалом и целью было образовать третичное «розенкрейцерство», для чего была бы необходима широкая сеть мистических обществ низших степеней. Кроме того, я полагаю, он был заинтересован в этом и материально, т.к. легализация масонства дала бы толчок к массовому образованию этих лож, сборы бы от членских взносов поступали бы к нему как генеральному секретарю руководящей ложи.

ВОПРОС: Каким путем он, АСТРОМОВ, тогда думал осуществить вопрос о легализации масонства?

ОТВЕТ: В 1924 г. вопрос о легализации масонства стоял только в принципиальной постановке, о технике реализации вопроса тогда разговора не было. Позднее, в августе-сентябре 1925 г., АСТРОМОВ снова поднял этот вопрос, говоря мне, что он решил написать в ОГПУ мотивированное заявление с просьбой легализовать масонство.

Я тогда уже был секретным сотрудником ОГПУ, был связан с тов. ДЕМИДЕНКО, которому и рассказал о намерениях АСТРОМОВА, спросив при этом, как мне быть, как держать себя с АСТРОМОВЫМ, нельзя ли дело повернуть так, чтобы заявление АСТРОМОВА попало к нему, ДЕМИДЕНКО. ДЕМИДЕНКО мне тогда ответил, что он работник КРО, что он к этому никакого отношения не имеет, но что по этому вопросу можно обратиться к товарищу ГЕНКИНУ, работнику секретно-политического отдела. Как подходящим предлогом для нашего прихода к ГЕНКИНУ я воспользовался тем, что тогда по Москве среди оккультистов ходили разговоры, что секретно-политическим отделом ОГПУ были произведены аресты среди теософов, но что они все были якобы выпущены, т.к. было установлено, что они не занимались к.-р. деятельностью. АСТРОМОВУ я сказал, что я от кого-то слышал, что этим занимался ГЕНКИН, поэтому нам надо пойти в Комендатуру ОГПУ и попросить свидания с ГЕНКИНЫМ. Так мы и сделали. После того, как я был у ГЕНКИНА вместе с АСТРО- МОВЫМ, вопрос о легализации масонства был решен отрицательно ввиду его несвоевременности.

ВОПРОС: Будучи секретным сотрудником ОГПУ Вы по заданию АСТРОМОВА старались узнать, как смотрят в ОГПУ на существование тайных масонских лож?

ОТВЕТ: Я такого задания от АСТРОМОВА не получал, т.к. он не знал, что я являюсь секретным сотрудником ОГПУ. Я ему об этом никогда не говорил.

ВОПРОС: После Вашей вербовки в секретные сотрудники ОГПУ Вы писали АСТРОМОВУ письмо, где говорили, что были в НКВД и выясняли вопрос относительно того, что запрещено и что дозволено при занятиях масонской деятельностью. Почему Вы написали это письмо АСТРОМОВУ?

ОТВЕТ: Я написал о своем вызове в ОГПУ АСТРОМОВУ для того, чтобы завоевать у него доверие. Об этом я поставил предварительно в известность тов. ДЕМИДЕНКО, который мне разрешил написать такое письмо. В письме я написал, что был приглашен на чашку чая в большой дом, где рассказал все, «согласно данных Вами указаний». Это я сделал исходя из того, что между мной и АСТРОМОВЫМ был как-то разговор, как себя вести, если кого-либо из нас вызовут в ОГПУ и будут спрашивать о масонской деятельности. Тогда АСТРОМОВ говорил, что при этом вызове в ОГПУ надо рассказать все, что было нам известно о масонстве, не скрывая ничего. Поставив его в известность о том, что я был вызван на допрос в ОГПУ, я и сообщил ему, что рассказал на допросе все, что мне было известно.

Допрос окончен в 16.00.

Протокол записан с моих слов правильно и мною прочитан.

С. Полисадов

Допросил Опер[ативный] уполномоченный] 6 отд[еления] 2 Отдела ГУГБ НКВД
Лейтенант Государственной] безопасности Осовик
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 72-75]


Продолжение допроса ПОЛИСАДОВА С.В. 30.08.40 г.

Допрос начат в 20.05

ВОПРОС: Расскажите, когда и при каких обстоятельствах Вы впервые были привлечены к секретному сотрудничеству с органами советской разведки?

ОТВЕТ: Впервые к секретному сотрудничеству с органами ОГПУ я был привлечен в мае 1925 г. Обстоятельства тогдашнего моего привлечения следующие: 23 мая 1925 года я через домком получил повестку, в которой было написано, чтобы я явился 25 мая того же года к 5 часам вечера в отдел КРО ОГПУ по адресу Лубянка д. № 2, комната № сейчас не помню. Фамилия сотрудника в повестке указана не была. Я в указанный день и час пришел по данному адресу, где был встречен сотрудником, который назвался ДЕМИДЕНКО, с которым я пробеседовал часа полтора. ДЕМИДЕНКО меня спрашивал о масонских орденах, об истории масонства, о тех ложах, которые мне были известны в то время, в частности о моей ложе «Гармония», и о тех ложах в Ленинграде, которыми руководил АСТРОМОВ. После первой беседы ДЕМИДЕНКО попросил меня зайти назавтра, т.е. на 26 мая. 26 мая я опять пришел к товарищу ДЕМИДЕНКО и спросил его, если он отрицательно относится к существованию масонской ложи «Гармония», то я её распущу, на что мне тов. ДЕМИДЕНКО ответил, что этого делать не надо, что им известно, что политикой в нашей ложе не занимаются, а потому ничего опасного в ней пока нет. Тогда же, т.е. 26 мая, в конце нашего разговора мне ДЕМИДЕНКО сделал предложение, чтобы я стал секретным сотрудником и консультантом ОГПУ по вопросам масонского подполья. Я на это свое согласие дал. Мне тов. ДЕМИДЕНКО дал подписать обязательство секретного сотрудника, в котором было написано, что я обязуюсь сохранять в тайне это сотрудничество.

ВОПРОС: Когда Вы нарушили эту тайну и кому рассказали о своем сотрудничестве с ОГПУ?

ОТВЕТ: Я никогда и никому не говорил о том, что я являлся секретным сотрудником ОГПУ, за исключением того, что когда меня в лагере вызывало лагерное начальство и спросило, являлся ли я сотрудником ОГПУ или секретным сотрудником, я указал, что я был секретным сотрудником ОГПУ.

ВОПРОС: Каким образом Вы ставили в известность АСТРОМОВА, что были привлечены к сотрудничеству с органами ОГПУ?

ОТВЕТ: Я никогда не говорил и никак не ставил в известность АСТРОМОВА, что я был секретным сотрудником ОГПУ.

ВОПРОС: В таком случае, чем Вы можете объяснить причину посылки Вами письма к АСТРОМОВУ, которое Вы написали и послали ему на следующий же день после того, как были в ОГПУ и дали обязательство сохранять тайну?

ОТВЕТ: Основной причиной того, что я послал письмо АСТРОМОВУ, было желание иметь перед ним авторитет, что я был вызван в органы ОГПУ и что мне теперь многое стало ясно, что дозволено делать масонам и чего не дозволено.

ВОПРОС: Какие директива давал Вам АСТРОМОВ по части того, как себя держать в случае вызова в НКВД и привлечения Вас на работу в качестве секретного сотрудника?

ОТВЕТ: Он мне не давал никаких директив, т.к. он не мог знать, что меня вызовут в ОГПУ.
ВОПРОС: Вам зачитываются выдержки из Вашего письма к АСТРОМОВУ, которое Вы писали тотчас же после Вашей вербовки в секретные сотрудники ОГПУ: «Я был приглашен на чашку чая в известный Вам дом, где имел продолжительный разговор по нашим вопросам. Все Ваши наставления были приняты во внимание. Разговор закончился моим предложением открыть все ложи...» О каких наставлениях АСТРОМОВА Вы пишете в этом письме?

ОТВЕТ: Это письмо АСТРОМОВУ я написал в связи с тем, что хотел поставить его в известность, что я вызывался в ОГПУ, т.к. хотел тем самым завоевать его доверие. Должен сказать, что при одном из разговоров с АСТРОМОВЫМ, когда мы разбирали историю русского масонства, у нас зашла речь о том, как себя держать на допросах, если кто-либо из нас будет вызван в ОГПУ и там будут спрашивать про нашу масонскую деятельность АСТРОМОВ тогда сказал, что он считает, что самое лучшее — рассказать прямо и полностью всю правду, не скрывая ничего и никого. Вот об этом его указании я и имел в виду, когда писал ему это письмо. Кроме того, задолго до вызова меня в ОГПУ АСТРОМОВ говорил мне, что он хочет поставить вопрос перед ОГПУ о легализации масонства. Я тогда с ним в этом соглашался. Когда я был вызван в ОГПУ, я также предлагал тов. ДЕМИДЕНКО открыть все ложи. Но я тогда же ДЕМИДЕНКО ставил и другой вопрос, что если ОГПУ смотрит на масонство отрицательно, то я закрою свою ложу. Никаких других указаний я от АСТРОМОВА не получал.

Допрос окончен в 22.40.

Протокол записан с моих слов правильно и мною прочитан.

С.Полисадов

Допросил Опер[ативный] уполномоченный] 6 отд[еления] 2 Отдела ГУГБ НКВД
Лейтенант Государственной] безопасности Осовик
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 80-82]


Протокол допроса ПОЛИСАДОВА С.В. 02.09.40 г.

Допрос начат в 11.00

ВОПРОС: Какие причины побудили Вас написать письмо к АСТРОМОВУ, в котором сообщали ему, что были вызваны в ОГПУ и какой разговор там имели, и это на следующий день после того, как Вы дали органам ОГПУ подписку о неразглашении своей связи с ними?

ОТВЕТ: Написал я это письмо АСТРОМОВУ потому, что хотел завоевать у него некоторый авторитет в житейских вопросах, в вопросах того, как ОГПУ относится к масонству.

ВОПРОС: Ваше заявление о том, что Вы написали это письмо АСТРОМОВУ с целью завоевания у него авторитета, опровергается тем, что Вы и без этого письма пользовались у АСТРОМОВА достаточным доверием. Во-первых, Вы были лично им завербованы в контрреволюционную масонскую организацию, причем он Вам сразу дал степень «мастера стула» и доверил Вам посвятительные тетради; Вы были у АСТРОМОВА не рядовым членом ложи, а руководителем московского филиала ленинградской ложи «Астрея»; кроме того, Вы сами заявили на допросе 24 февраля 1926 года, что АСТРОМОВ передал Вам на хранение печати и некоторые масонские документы, привезя их из Ленинграда, т.к. он Вам доверял больше, чем кому бы то ни было из масонов, и так далее. Чем Вы теперь объясните истинную причину Вашего письма к АСТРОМОВУ?

ОТВЕТ: Причиной моего желания написать письмо АСТРОМОВУ было то, что я хотел завоевать у него доверие по вопросу, как относится ОГПУ к масонству, т.к. это возникло между нами, когда мы обсуждали с ним в 1924 г. вопрос о легализации масонства.

ВОПРОС: Какая договоренность была между Вами и АСТРОМОВЫМ в вопросе как себя держать с органами в случае, если кто-либо из вас будет привлечен к секретному сотрудничеству в ОГПУ?

ОТВЕТ: Между мной и АСТРОМОВЫМ никогда такой договоренности не было и не возникало.

ВОПРОС: Вы продолжаете утверждать, что такой договоренности не было?

ОТВЕТ: Да, я на этом настаиваю.

ВОПРОС: Вам вновь зачитываются выдержки из Вашего письма к АСТРОМОВУ, которое Вы ему написали после того, как дали подписку ОГПУ о неразглашении тайны Вашего сотрудничества: «Я был приглашен на чашку чая в известный Вам дом, где имел продолжительный разговор по нашим вопросам. Все Ваши наставления были приняты во внимание. Главное опасение, как видно, политика и иезуиты. Открытие какого-нибудь иезуитского центра могло бы принести большую пользу. Не мне Вас учить, но помните, что победа зависит сейчас от изворотливости и настойчивости. При умелом ведении дела мы можем добиться всего».

Объясните, можно ли допустить отсутствие предварительной договоренности между Вами и АСТРОМОВЫМ при наличии такого документа? Объясните, как понимать положение, изложенное в этом письме?

ОТВЕТ: Должен сказать, что между мной и АСТРОМОВЫМ была договоренность о том, как себя держать в случае, если кто-либо из нас будет вызван в ОГПУ по вопросу нашей масонской работы. Этот вопрос возник между нами в связи с тем, что как-то при разборе истории масонства АСТРОМОВ, приводя примеры того, что масоны преследовались царским правительством при Николае II, сказал, что до Александра I масоны существовали легально. В связи с этим он сказал, что если его вызовут в ОГПУ и будут спрашивать о масонах, то он расскажет все (что он советовал делать и мне). Фразу «все Ваши наставления были приняты во внимание» я отношу именно к этим указаниям.

Выяснив в ОГПУ вопрос о том, что иезуитские организации стоят в центре внимания некоторых работников ОГПУ, я решил, что ежели я вскрою иезуитский центр и сообщу об этом органам, то я буду иметь перед ними авторитет; чтобы успешнее провести в этом направлении работу, я хотел втянуть в нее АСТРОМОВА. Фраза об изворотливости, настойчивости и об умелом ведении дела для достижения победы относится к тому, что я так же, как и АСТРОМОВ, добивался перед органами ОГПУ разрешения легализации масонства.

ВОПРОС: Зачем Вам понадобилась легализация масонства, ведь Вы же показывали на предыдущих допросах, что Вас лично масонство не интересовало.

ОТВЕТ: Меня лично масонство не увлекало и я никогда не верил, что оно будет легализовано, но поскольку я вел такие разговоры с АСТРОМОВЫМ, то я считал необходимым, чтобы он сам до конца убедился в этом.

ВОПРОС: Следствие считает Ваш ответ неубедительным. Получается, что Вы, не веря в возможность легализации масонских организаций в СССР, желая убедить в этом же АСТРОМОВА, пишете ему: «Не мне Вас учить, но помните, что победа зависит сейчас от изворотливости и настойчивости. При умелом ведении дела мы можем добиться всего».

Вы противоречите сами себе. Дайте правдивый ответ на поставленный вопрос о своей договоренности с АСТРОМОВЫМ в плоскости использования Вашего секретного сотрудничества в органах ОГПУ в антисоветских целях Вашей организации.

ОТВЕТ: Я не могу опровергнуть Ваших доводов с точки зрения логики, но фактически дело обстояло так, как я уже показал. Я никогда не говорил АСТРОМОВУ, что я являлся секретным сотрудником ОГПУ. АСТРОМОВ мне никогда не говорил, как себя держать с ОГПУ, потому что он не знал, что я работал секретным сотрудником в органах. Убедить же его в том, что масонство не будет легализовано, я лично не мог, поэтому я считал, что самое лучшее, если он сам в этом убедится.

ВОПРОС: Какую именно победу и над кем Вы считали возможным одержать благодаря изворотливости и настойчивости, о чем Вы писали в письме к АСТРОМОВУ?

ОТВЕТ: Я не помню, к чему это относится. Я считаю, что эта фраза не имеет никакого смысла, т.к. я не организовывал ни над кем победу.

ВОПРОС: Какие установки давал Вам АСТРОМОВ, инспирируя Ваше секретное сотрудничество в органах ОГПУ?

ОТВЕТ: Он никогда от меня не знал, что я работал как секретный сотрудник в органах ОГПУ, и никаких установок как секретному сотруднику он мне никогда не давал.

ВОПРОС: Какие установки давал Вам АСТРОМОВ по линии завязывания связей с иностранными масонами?

ОТВЕТ: Он мне никогда таких установок не давал.

ВОПРОС: Следовательно, связи с иностранными масонами Вы искали самостоятельно? Дайте исчерпывающие объяснения, зачем понадобились Вам эти связи.

ОТВЕТ: Я и самостоятельно никогда этих связей не искал.

ВОПРОС: Вы лжете. Вам зачитывается выдержка из Ваших показаний от 24.02.26 г., где Вы показываете: «Секретаря французского посольства хотел видеть потому, что думал, что он масон, т.к. посол французский — масон...» Намерены Вы теперь давать правдивые показания зачем Вы искали связи с французскими масонами?

ОТВЕТ: Я должен признать, что я хотел связаться с французскими масонами, и в частности с секретарем французского посольства, для того, чтобы получить через него новый катехизис французской масонской ложи «Вирта». Но практически я этой связи не имел и ничего в этом направлении не сделал, т.к. я боялся, что эта связь может быть истолкована как шпионская связь с иностранным посольством.

Допрос окончен (с перерывом с 17.20 до 22.00) в 23.30.

Протокол написан с моих слов правильно и мной прочитан.

С. Полисадов

Допросил Опер[ативный] уполномоченный] 6 отд[еления] 2 Отдела ГУГБ НКВД
Лейтенант Государственной] безопасности Осовик
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 89-94]


Протокол допроса ПОЛИСАДОВА С.В. 09.09.40 г.

Допрос начат в 13.30

ВОПРОС: Когда и при каких обстоятельствах Вы впервые встретились со своей теперешней женой ПОДЛАДЧИКОВОЙ Екатериной Яковлевной? Кто был ее отец и из кого состояла ее семья?

ОТВЕТ: Впервые я с ней встретился в 1919 г., когда после переезда из Ленинграда в Москву занял у них комнату по Мало-Песковскому переулку, д. 9, квартира 3. Семья ее тогда состояла из четырех человек: ПОДЛАДЧИКОВОЙ Е.Я., моей теперешней жены, она тогда служила счетоводом в каком-то учреждении (где точно, не помню), ее сестер — Анны Яковлевны ПОДЛАДЧИКОВОЙ, служившей в Наркомпроде конторщицей, вышедшей в 1925 г. замуж за ГОЛИЦЫНА Степана Васильевича, из мелких дворян, который в 1925 г. работал бухгалтером в Наркомлесе (не точно). ГОЛИЦЫН С.В. арестован в 1930 г. и расстрелян по делу контрреволюционной организации «Русский Национальный Центр». Сейчас Анна Яковлевна живет в Москве на той же квартире, носит фамилию ГОЛИЦЫНА и работает в Боткинской больнице регистратором несчастных случаев.

Вторая сестра, Валентина Яковлевна ПОДЛАДЧИКОВА, живет там же, работает медицинской сестрой в Москве, где точно — мне не известно. Тогда же была ее мать, ПОДЛАДЧИКОВА М.Ю., которая умерла в 1923-24 годах. Отец ПОДЛАДЧИКОВОЙ Е.Я. — ПОДЛАДЧИКОВ Яков, отчества я не помню, дворянин-помещик, имевший около 800 десятин земли в Пензенской губернии Чембарского уезда, умер он в 1916 году от старости; в последние годы он был предводителем дворянства в Чембарском уезде.

ВОПРОС: Когда Вы женились на ПОДЛАДЧИКОВОЙ Е.Я.?

ОТВЕТ: Фактически, я сошелся с ПОДЛАДЧИКОВОЙ в 1925 г., за год до моего ареста в 1926 г. После того, как я вернулся из ссылки в 1928 г., я расписался с ней уже официально в загсе.
ВОПРОС: Вашей жене было известно, что Вы занимались мистикой, оккультизмом, масонством и так далее?

ОТВЕТ: Да, она это знала.

ВОПРОС: Это ей было известно с 1923-24 года?

ОТВЕТ: Да, я об этом ей говорил примерно в 1923-24 годах.

ВОПРОС: В какую из мистических организаций входила Ваша жена?

ОТВЕТ: Она ни в какую организацию не входила, хотя я несколько раз пытался ее привлечь к оккультным занятиям, но у нас ничего не выходило, т.к. она в этих вещах не разбиралась в силу своей неразвитости.

ВОПРОС: Расскажите, что Вам известно о контрреволюционной работе Вашей жены?

ОТВЕТ: После ареста в 1930 году я и моя жена были высланы в Соловецкие лагеря. Там я имел несколько встреч с нею. Она мне тогда рассказывала, что ее арестовали как участницу к.-р. организации «Русский Национальный Центр». Она мне рассказала, что она имела связь с участниками этой организации — профессором ПЕТРОВЫМ Аркадием Николаевичем и с ПОПОВЫМ Михаилом, который незадолго до их ареста принес спрятать пакет документов, принадлежавший вышеназванной организации. Она этот пакет взяла и спрятала. Когда же ее на допросах спрашивали о пакете, она от всего отказалась и не выдала пакет. Кроме того, моя жена, когда я был на высылке в Туле, приезжала ко мне в Тулу и привозила мне письма от КЕЙЗЕРА и БЕЛЮСТИНА, в которых они мне писали, чтобы я не скучал в одиночестве, т.к. они обо мне не забывают. Никакой другой деятельности я у своей жены не знаю.

ВОПРОС: В орден БЕЛЮСТИНА входила Ваша жена?

ОТВЕТ: Нет, в орден она не входила, но о существовании ордена она знала как с моих слов, так и со слов КЕЙЗЕРА. Кроме того, КЕЙЗЕР познакомил ее с супругами ТРУЩЕВЫМИ, с которыми она поддерживает переписку до настоящего времени.

Допрос окончен в 16.50.

Протокол записан с моих слов правильно и мной прочитан.

С. Полисадов

Допросил Опер[ативный] уполномоченный] 6 отд[еления] 2 Отдела ГУГБ НКВД
Лейтенант Государственной] безопасности Осовик
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 98-100]


Протокол допроса ПОЛИСАДОВА С.В. 16.09.40 г.

Допрос начат в 10.20
окончен в 15.20


ВОПРОС: Расскажите о своем двурушничестве по работе секретным сотрудником в органах бывших ОГПУ.

ОТВЕТ: В один из своих приездов ко мне в Москву в конце 1924 г. АСТРОМОВ, располагая какими-то одному ему известными данными, поднял вопрос о том, что, возможно, я или он будем вызваны в органы ОГПУ, где нам могут предложить секретное сотрудничество с ними. АСТРОМОВ говорил тогда, что от такого предложения отказываться ни в коем случае не следует, а наоборот, всячески его использовать, чтобы, став секретным сотрудником, вести это сотрудничество в интересах нашей к.-р. масонской организации. В последующие свои приезды в Москву в разговорах со мной АСТРОМОВ, развивая ту же мысль, указывал, что необходимо найти способы предложить ОГПУ свои услуги по секретному сотрудничеству, ибо этого требуют интересы нашей организации.

Последнее предложение АСТРОМОВА совпало по времени с моим вызовом в ОГПУ в мае 1925 г. В процессе беседы во время этого вызова, видя интерес органов к масонскому подполью, я предложил последним стать их консультантом по вопросам масонского движения, взяв на себя обязанность постоянно информировать органы о делах в нашей масонской организации и подписав соответствующее обязательство об ответственности за разглашение тайны этого сотрудничества.

Руководствуясь ранее данными мне указаниями со стороны АСТРОМОВА поставить его в известность, как только удастся мне добиться привлечения к секретному сотрудничеству, я в тот же день написал ему письмо, в котором в несколько завуалированной форме изложил, что я в ОГПУ был, стал секретным сотрудником, и что он может готовить некоторые материалы по вопросу о легализации масонства, о чем у меня с ним была договоренность раньше.

Немедленно после этого письма АСТРОМОВ приехал в Москву и зашел ко мне. Я его спросил: так ли он понял мое письмо, в котором я писал, что добился секретного сотрудничества в ОГПУ, на что он мне ответил, что это он прекрасно понял.

В дальнейшей своей работе в качестве секретного сотрудника я также руководствовался указаниями АСТРОМОВА о том, чтобы всячески скрывать к.-р. деятельность известных мне лиц, что и делал, давая ОГПУ только материалы общего порядка об истории масонства, о якобы имевшихся у них заслугах в дни Парижской Коммуны, о близости идей чистого масонства идеям коммунизма и т.д.

ВОПРОС: Какие цели и задачи Вы ставили, идя на сотрудничество с органами бывшего ОГПУ, добиваясь легализации масонства?

ОТВЕТ: Как мне было известно со слов АСТРОМОВА, необходимость секретного сотрудничества с органами ОГПУ заключалась в том, чтобы выяснить отношение ОГПУ к масонскому подполью, узнать, какие элементы в масонском учении являлись наиболее неприемлемыми с тем, чтобы зная это, опустить в нем острые, направленные против советской власти положения и сделать его приемлемым в советских условиях, обмануть тем самым бдительность советских разведывательных органов, т.к. истинные цели масонства мыслилось все же сохранить, зашифровав их для посвященных под соответствующими символами.

Кроме того, секретное сотрудничество открывало возможность из получаемых заданий узнавать планы и намерения органов ОГПУ в их борьбе с масонскими и другими к.-р. формированиями, что позволяло бы принять своевременно необходимые контрмеры для сохранения кадров масонских и других к.-р. организаций от разгрома.

Развивая идею легализации, АСТРОМОВ говорил, что легализация масонских лож даст возможность численно увеличить кадры вербуемых, даст людей для более высоких орденов оккультного посвящения в ордена «розенкрейцеров» и «тамплиеров», создать отборные кадры антисоветски настроенных людей, предварительно проверенных и приученных к конспирации и послушанию нам лиц.

Одновременно считалось возможным вербовать в масонство людей из идейно неустойчивых коммунистов, занимающих высокие государственные посты (в частности, АСТРОМОВ носился с мыслью вербовки ЛУНАЧАРСКОГО), о той же задачей приближения организации к государственным тайнам и планам.

ВОПРОС: Как осуществлялась связь Вашей организации с другими контрреволюционными формированиями?

ОТВЕТ: Мне были известны следующие связи членов нашей масонской организации с другими контрреволюционными формированиями, существовавшими в то время. Я, ПОЛИСАДОВ, был связан о «розенкрейцеровским» орденом, которым руководил Всеволод Вячеславович БЕЛЮСТИН. Связь была личная, я приходил к БЕЛЮСТИНУ для получения уроков по оккультизму.

Кроме того, ко мне часто приходили отдельные лица, которые, не входя официально в какую-либо оккультную организацию, просили у меня совета по тем или иным вопросам изучаемых ими оккультных наук. Из таких лиц могу назвать ЗАВЬЯЛОВА Николая Васильевича, служил в то время в Городском банке бухгалтером; его жену, Зинаиду Петровну (потом он с ней разошелся), служившей продавщицей в парфюмерном отделении ГУМа (на Красной площади). Они посещали меня в конце

1924 г. и в начале 1925 г., месяца четыре, затем от изучения оккультизма как будто бы отошли и ко мне больше не приходили.

Бывал у меня также СКОСЫРЕВ Николай Петрович, служивший бухгалтером в Гос[ударственном] банке, приходивший несколько раз в 1924-1925 годах. Прекратил я с ним связь ввиду моего ареста в 1926 г. С тех пор я о нем ничего не знаю. С ним у меня бывала также некая Александра Ивановна, муж которой служил бухгалтером в Гос[ударственном] банке, фамилии ее я не помню. По рекомендации ТРОЯНОВСКОГО в 1924 г. со мной познакомился ПЕРЕВЕРЗЕВ Борис Владимирович, инженер-электрик (тогда он был студентом), занимавшийся гипнозом.

Вторым человеком, занимавшимся у меня по рекомендации ТРОЯНОВСКОГО, был РОЗЕНЦВЕЙГ Николай Владимирович, инженер-экономист (был тогда также студентом). У меня он занимался в 1924 г., затем я его передал для дальнейших занятий члену ложи «Гармония» ВАСИЛЬЕВУ, который прозанимался с ним до марта

1925 г. Дальнейшие занятия РОЗЕНЦВЕЙГ прекратил, считая, что оккультизм — это сухая «премудрость» не для него. Кроме того, у меня занимались еще две ученицы, рекомендованные все тем же ТРОЯНОВСКИМ. Это Клавдия Александровна РЕМИЗОВА и Ирина Николаевна (фамилию не помню, она одно время была женой ПЕРЕВЕРЗЕВА Б.В.).

С ПЕРЕВЕРЗЕВЫМ, РОЗЕЙЦВЕЙГОМ, РЕМИЗОВОЙ и Ириной я виделся в 1932 г. Тогда мне РОЗЕНЦВЕЙГ сказал, что он от оккультизма отошел окончательно. Остальные вели изучение отдельных произведений по оккультизму.

В 1935 г., когда я приезжал из Тулы в Москву, я вместе с ПЕРЕВЕРЗЕВЫМ Б.В. был у РЕМИЗОВОЙ К.А., где были разговоры о дальнейших методах изучения оккультизма. Я тогда посоветовал РЕМИЗОВОЙ изучать «Энциклопедию» Г.О.Ма.

В конце 1935 или начале 1936 года, опять в один из своих приездов в Москву, я созвонился с ПЕРЕВЕРЗЕВЫМ и мы, предварительно договорившись о месте нашей встречи, поехали к его знакомой Лене ВЕРЖБИЦКОЙ (отчество не помню), жившей на Спиридоновке ул., номер дома не помню (в отдельном домике во дворе), работавшей машинисткой в каком-то учреждении, возраст ее тогда был лет 25-ть. В этот первый приезд она меня спрашивала, как ей начать изучать оккультизм, какую читать литературу, где ее приобрести. Я ей советовал взять у ПЕРЕВЕРЗЕВА «Энциклопедию» Г.О.М. и начать изучение с нее.

Перед своим отъездом в Ташкент весной 1936 г. я, вновь заехав из Тулы в Москву, был у К.А.РЕМИЗОВОЙ, встретился у нее с Леной и с Игорем (фамилию и отчество его не помню, он писатель, поэт, женился впоследствии на Лене). Игоря я в первый раз встретил в 1933 или в начале 1934 года, его со мной познакомил ПЕРЕВЕРЗЕВ, я ему тогда первый раз порекомендовал заняться изучением оккультизма с «Энциклопедии» Г.О.Ма.

В эту прощальную встречу они мне сообщили, что их группа в составе К.А.РЕМИЗОВОЙ, Лены и Игоря ведут работу по изучению Г.О.Ма, где с этой целью часто собираются у РЕМИЗОВОЙ. Я им посоветовал после изучения «Энциклопедии» Г.О.Ма перейти к дальнейшим занятиям по астрологии. На этом мы расстались.

В 1936 г. летом ко мне в Ташкент приезжал ПЕРЕВЕРЗЕВ. Он мне сообщил о своих успехах в изучении гипноза, говорил также о том, что ему удалось завязать новые знакомства среди мистиков в Москве, причем фамилии этих лиц он мне не называл.

АСТРОМОВ, как мне было известно с его слов, имел связи с другими к.-р. формированиями в Ленинграде — с Г.О.МЕБЕСОМ, в Москве — с БЕЛЮСТИНЫМ и СЕМИГАНОВСКИМ-ДИАЛЬТИ (он же епископ Антоний), с которым АСТРОМОВ, как я слышал, был знаком еще до революции по совместному пребыванию в ордене мартинистов. Здесь же, в Москве, он виделся с женой сына бывшего генерала БРУСИЛОВА, спириткой. АСТРОМОВ также был знаком с ЗАБРЕЖНЕВЫМ Владимиром Ивановичем, масоном.

Кроме того, член моей ложи «Гармония» КЕЙЗЕР был связан в 1924 г. с мистическим орденом «Люкс Астрорум» [Lux Astralis. — А.Н.], руководимым ЗУБАКИНЫМ. Потом он из этого ордена вышел.

Кроме показанного, ни о какой другой связи членов нашей масонской организации с другими к.-р. формированиями мне не известно.

ВОПРОС: Когда и с какой целью Вы и АСТРОМОВ провели псевдозакрытие своих лож?

ОТВЕТ: После того, как я и АСТРОМОВ получили в ОГПУ отказ в легализации лож, я по предложению АСТРОМОВА написал заявление в «Великую ложу Астрея» с предложением принять «гранд силанум» по причинам вышеизложенным.

В декабре месяце 1925 г. АСТРОМОВ в Ленинграде провел собрание ложи «Астрея», на котором на основании этого моего заявления был составлен протокол о закрытии лож. Копию этого протокола я представил в ОГПУ тов. ДЕМИДЕНКО, с которым был связан по секретному сотрудничеству.

Все это было проделано в целях показа органам ОГПУ, что мы якобы отошли от своей преступной деятельности, на самом же деле это был обман, т.к. АСТРОМОВ к этому времени уже имел новый орден «Эзотерико», куда и перешли основные кадры членов прежних московских орденов. Я сам перешел к этому времени в орден БЕЛЮСТИНА, а мои ученики по ложе «Гармония» продолжали поддерживать со мной связь, переведя ее на «чисто житейскую основу», встречи организовывались просто как «встречи хороших знакомых».

Таким образом, комбинация с закрытием лож АСТРОМОВЫМ и мною проведена была для того, чтобы обмануть бдительность органов бывшего ОГПУ.

ВОПРОС: Когда и в результате указаний какой иностранной разведки были созданы ваши к.-р. организации под общим названием «русское автономное масонство» (РАМ), в которое входила Астромовская ложа «Астрея» и Ваша ложа «Гармония»?

ОТВЕТ: Мне нечего ответить на этот вопрос, т.к. мне ничего не известно о какой бы то ни было связи масонских организаций с разведывательными органами иностранных государств.

ВОПРОС: Расскажите о своих связях с иностранными разведывательными органами и к.-р. организациями за границей, которые оказывали влияние на программные цели и задачи Вашей организации?

ОТВЕТ: Я лично никогда ни с какими разведывательными органами иностранных государств связей не имел, мне также неизвестно, чтобы кто-нибудь из членов масонских лож «Астрея» или «Гармония» имел бы какую-либо связь с иностранными разведками или с какими-либо к.-р. организациями за границей.

Мне только известно, что АСТРОМОВ имеет в Италии дядю-кардинала католической церкви, что он вел какую-то переписку со своими заграничными друзьями, что он в 1923-24 гг. хотел выехать вместе с женой в Италию, но это тогда ему не удалось: за границу выехала только его жена, а его не пустили.

Больше мне ни о каких заграничных связях членов наших к.-р. масонских лож ничего не известно.

Протокол записан с моих слов правильно и мной прочитан.

С. Полисадов

Допросил Опер[ативный] уполномоченный] 6 отд[еления] 2 Отдела ГУГБ НКВД
Лейтенант Государственной] безопасности Осовик
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 111-118]


Протокол допроса ПОЛИСАДОВА С.В. 26.09.40 г.

Допрос начат в 21.50
окончен в [время не указано. - А.Н.]


ВОПРОС: 21 июня 1940 г. Вам предъявлено обвинение в участии и руководстве подпольной контрреволюционной шпионской организацией масонов в СССР. Признаете ли Вы себя виновным в совершении этих преступлений?

ОТВЕТ: Я признаю себя виновным в том, что я являлся организатором и руководителем контрреволюционной масонской ложи «Гармония», существовавшей в Москве с 1923 по 1926 год; признаю себя виновным также в том, что несмотря на арест в 1926 г. по возвращении из ссылки в 1928-29 гг. опять начал заниматься оккультизмом, для чего вступил в к.-р. организацию «розенкрейцеров», руководимую БЕЛЮСТИНЫМ, где я пробыл до 1933 г., исключая время ареста и ссылки в 1930-1932 гг. Кроме того, я признаю себя виновным в том, что я по 1936 год продолжал изучение к.-р. мистической философии, для чего не терял связи со своими бывшими учениками — ПЕРЕВЕРЗЕВЫМ Б.В., РЕМИЗОВОЙ К.А., РОЗЕНЦВЕЙГОМ и другими, которым я также рекомендовал заниматься по изучению оккультизма. Я признаю себя виновным, что до последнего времени скрывал от следствия свое двурушничестве предательское поведение перед органами бывшего ОГПУ, когда я в 1926 г., пойдя на секретное сотрудничество с органами, на другой день нарушил данное мной обязательство о неразглашении этого сотрудничества и сообщил о своем секретном сотрудничестве руководителю к.-р. масонской организации масонов АСТРОМОВУ Б.В., но я не признаю себя виновным в какой бы то ни было шпионской работе, направленной против советской власти, т.к. я никогда никакой шпионской работы не вел, связей с иностранцами никогда никаких не имел и всячески избегал этой связи, за исключением того, что я хотел завязать знакомство с секретарем французского посольства в Москве в 1925-26 гг. с целью того, чтобы через него получать книги по масонству и оккультизму из Франции. Эту мысль я реализовать побоялся, т.к. считал, что связь с секретарем французского посольства может быть истолкована как шпионская связь.

Протокол записан с моих слов правильно и мной прочитан.

С. Полисадов

Допросил Опер[ативный] уполномоченный] 6 отд[еления] 2 Отдела ГУГБ НКВД Лейтенант Государственной] безопасности Осовик
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 121-122]


Дополнительное показание ПОЛИСАДОВА С.В. 15.01.41 г.

Мое сотрудничество с бывшими органами ОГПУ в качестве секретного сотрудника относится к периоду с 25 мая 1925 г. по 6 февраля 1926 г. и с августа-сентября 1932 г. по 22 апреля 1933 г.

15 января 1941 г.

С. Полисадов2
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 155; автограф]


ВРАЧЕБНАЯ СПРАВКА

По заданию Начальника Внутренней тюрьмы ГУГБ мною осмотрен заключенный ПОЛИСАДОВ С.В., 1888 г. рождения, причем обнаружено следующее: общее состояние удовлетворительно, отсутствие всех зубов, глухие шумы сердца, правый плечевой сустав деформирован. Диагноз по-русски: миокардит, деформированный сустав после перелома. Трудоспособен к легкому труду.

05.02.41 г.
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 176]


ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ

27 апреля 1940 года 2-м отделением ГУГБ НКВД СССР арестован ПОЛИСАДОВ Сергей Владимирович по подозрению в антисоветской шпионской деятельности.

Следствием по делу и личным признанием обвиняемого установлено, что ПОЛИСАДОВ С.В. с 1923 г. являлся участником подпольной антисоветской масонской организации «Великая ложа Астрея», а затем и руководителем одного из масонских антисоветских формирований ложи «Гармония». Следствием также установлено, что ПОЛИСАДОВ С.В. привлек в а/с масонскую организацию арестованных впоследствии органами НКВД и осужденных КЕЙЗЕРА П.М., КИЧИМА Г.Н. и ПЕТРОВА А.Н., поддерживал а/с связь с руководящими участниками масонского мистического подполья в СССР АСТРОМОВЫМ — КИРИЧЕНКО Б.В. и БЕЛЮСТИНЫМ В.В. (арестованы).

В целях дезинформации органов государственной безопасности и сокрытия наиболее активных участников мистических и масонских формирований, ПОЛИСАДОВ проник в секретные сотрудники ОГПУ и скрыл известную ему к.-р. работу масонских лож в СССР, а также не сообщил о существовании ложи «Гармония», руководимой им (л. д. 27-29, 58-61, 67-69, 101-104, 130, 132, 135, 138, 140-146, 149-153, 158).

В период с 1928 до 1930 г. ПОЛИСАДОВ поддерживал а/с связь с участниками существовавшей к.-р. организации «Русский Национальный Союз», ставивший своей целью свержение советской власти (л. д. 34-37, 106-107).

ПОЛИСАДОВ также пытался установить антисоветскую связь с закордонным масонским центром в Париже (л. л. 87-88).

В перечисленных выше преступлениях ПОЛИСАДОВ С.В. признал себя виновным, кроме того изобличается показаниями арестованных БЕЛЮСТИНА В.В. и АСТРОМОВА-КИРИЧЕНКО Б.В. и очными ставками с последними. На основании изложенного ОБВИНЯЕТСЯ:

ПОЛИСАДОВ Сергей Владимирович, 1888 г. р., ур. г. Симбирска, беспартийный, русский, гр-н СССР, дважды судившийся: в 1926 г. Коллегией ОГПУ за к.-р. работу (л. 173) к 3 годам ИТЛ, в 1930 г. Коллегией ОГПУ за к.-р. работу к 3 годам ИТЛ. В 1933 г. арестовывался органами ОГПУ как участник к.-р. масонской организации; до ареста в 1940 г. работал гл. бухгалтером артели «Химокраска» в гор. Ташкенте, что —

на протяжении ряда лет являлся руководящим участником подпольной антисоветской масонской организации «Великая ложа Астрея», затем руководителем ложи «Гармония».

В целях дезинформации органов Государственной безопасности и сокрытия антисоветской работы участников масонского мистического подполья проник в секретные сотрудники ОГПУ.

Поддерживал антисоветскую связь с участниками подпольной к.-р. организации «Русский Национальный Союз», ставивший своей задачей свержение советской власти.

На основании изложенного дело по обвинению ПОЛИСАДОВА Сергея Владимировича подлежит направлению на рассмотрение Особого Совещания при Народном Комиссаре Внутренних Дел СССР.

Составлено в гор. Москве 22 февраля 1941 года.

Старший Оперуполномоченный 6-го отд[еления] 2 Отдела ГУГБ НКВД СССР
Лейтенант Государственной] безопасности Н.А.Богомолов
«Согласен» Зам[еститель] Нач[альника] 6 отд[еления] 2 Отдела ГУГБ НКВД
Лейтенант Государственной] безопасности Зубов

СПРАВКА: обвиняемый ПОЛИСАДОВ С.В. арестован 29.04.40 г., содержится во внутренней тюрьме ГУГБ НКВД.

Старший оперуполномоченный 6 отд[еления] 2 Отдела ГУГБ НКВД
Лейтенант Государственной] безопасности Н.А.Богомолов

Утверждаю. 25.02.41 г.
Нач[альник] 2-го Отдела ГУГБ НКВД СССР
Комиссар Государственной] безопасности 3-го ранга Федотов
Внести на рассмотрение Особого Совещания НКВД СССР.
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 171-173]


ВЫПИСКА ИЗ ПРОТОКОЛА № 29 ОСО при НКВД СССР от 15.03.41 г.

ПОЛИСАДОВА Сергея Владимировича за участие в антисоветской организации заключить в исправительно-трудовой лагерь сроком на ТРИ года, считая срок с 29 апреля 1940 г.
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 175]


КОРЕШОК ОРДЕРА № 2

Согласно Постановлению Особ. Совещания НКВД СССР от 15.03.41 г. дано указание начальнику Бутырской тюрьмы НКВД СССР об отправке осужденного ПОЛИСАДОВА Сергея Владимировича, год рожд. 1888, первым отходящим этапом в станцию Яр-Фосфоритная в распоряжение Нач[альника] Управления Ветлага НКВД для отбывания срока наказания в Ветлаге НКВД.

Начальник 1 спецотдела НКВД СССР [подпись]

22.03.41 г.
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 174]


ИЗВЕЩЕНИЕ (об убытии заключенного из лагеря)

ПОЛИСАДОВ Сергей Владимирович, 1888 г. рожд, осужден 15.03.41 г. Особ[ым] Сов[ещанием] по ст. 58-11 на 3 года. Умер 17 февраля 1942 г. Вятский ИТЛ НКВД.

Нач[альник] 2-го Отдела Вятлага НКВД [подпись]

27.02.1942 г.
[ЦА ФСБ РФ, Р-39777, л. 177]

Реабилитирован С.В.Полисадов по настоящему делу 21.02.90 г. Прокуратурой СССР.





1 По справке 1941 г.: Васильев-Белобоков Сергей Дмитриевич, род. в 1900 г. в г. Ленинграде (Петербург), кинорежиссер; архивно-следственное дело № 3490. Арестован 18.01.35 г. по закону от 01.06.34 г. Осужден Тройкой НКВД 08.04.35 г. на 1 год ИТЛ с 18.01.35 г. Агентом-осведомителем не был.
2 По справке 1941 г., личное дело Полисадова С.В. хранилось в архиве 1-го Спецотдела НКВД СССР за № 56478 (агент-осведомитель).

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1797


Возможно, Вам будут интересны эти книги: