Джон Аллен.   Opus Dei

Влияние в Ватикане

Когда в Ватикане появляется новое официальное лицо, итальянские обозреватели чаще всего спрашивают: Di quale раrrocchia е?, то есть «К какому он относится приходу?» Дело совсем не в том, что новый человек может быть из прихода Святого Михаила или Святой Моники. Слово «приход» используется в качестве метафоры. Оно означает: «От какого круга людей он зависит?». Это, безусловно, очень связано с традиционными итальянскими предположениями об устройстве мира, о том, что за любой организацией стоит неформальная сеть родственных союзов, члены которых всячески помогают друг другу и пытаются расширить сферы своего влияния.

Эти замечания, возможно, помогут объяснить гипнотическое воздействие присутствия Opus Dei рядом со Святым Престолом. Обозреватели полагают, что работающие в Ватикане члены Opus Dei образуют свой собственный раrrocchia, и по мере того, как их число увеличивается и известность растет, расширяется контроль Opus Dei над Ватиканом и всей католической церковью. Многие католики считают, что в настоящее время Opus Dei совершил практически абсолютное вторжение в Ватикан, а во время понтификата Иоанна Павла II занимал там командное положение. Причем такое мнение высказывают люди различного социального уровня и взглядов. В процессе работы над книгой я интервьюировал одного члена кардинальской коллегии, который хорошо отзывался об Opus Dei, но в конце добавил, что у него есть некое беспокойство: «Я живу не в Риме, и мне интересно, как они смогли до такой степени расширить свое влияние на Римскую курию».

На самом деле присутствие Opus Dei в Ватикане весьма ограниченно. Только три члена Opus Dei занимают высшие посты в Ватикане (имея в виду девять конгрегаций, двенадцать советов, три трибунала и другие учреждения): испанец Эрранс — президент Папского совета по толкованию законодательных текстов, который отвечает за интерпретацию значения и подтекста Кодекса канонического права; другой испанец Хоакин Наварро-Валльс — пресс-секретарь Ватикана; итальянец Джио Мария Полес, руководитель Управления по труду Апостольского Престола, которое является чем-то вроде отдела кадров. Во время написания
этой книги Полес еще работал, хотя давно превысил пенсионный возраст. Кстати, Наварро сказал, что не считает, будто его членство в Opus Dei прямо отразилось на его должности. Более существенным было то, что он дважды избирался главой Ассоциации зарубежной прессы в Риме, и это, безусловно, — знак уважения коллег. Он сказал, что его членство в Opus Dei, возможно, было для папы «гарантией» его серьезного отношения к католической доктрине.

Кроме этих троих, в Ватикане в декабре 2004 года работали семь священников Opus Dei:

• монсеньор Франческо Ди Муцио, capo ufficio, то есть менеджер среднего уровня, в Конгрегации по евангелизации народов, миссионерском агентстве Ватикана;

• монсеньор Хосе Луис Гутьеррес Гомес, relator, то есть служащий, в Конгрегации по делам канонизации святых;

• монсеньор Мигель Дельгадо, capo ufficio, в Папском совете по делам мирян;

• монсеньор Стефано Мильорелли, итальянский служащий в Государственном Секретариате (Мильорелли работает в первом отделе секретариата, который занимается вопросами внутренней церковной жизни и организован по языковому принципу);

• монсеньор Освальдо Невес, служащий Государственного Секретариата (Невес работает во втором отделе, который занимается дипломатическими отношениями);

• отец Мауро Лонги, служащий младшей категории в Конгрегации по делам клира, который имеет дело с епархиальными священниками всего мира;

• монсеньор Игнасио Карраско де Паула, канцлер Папской академии в защиту жизни.

Кроме Наварро, еще два других мирянина — члена Opus Dei работают в пресс-центре Ватикана: Мигель Кастельви Виллаэскуса, глава Информационной службы Ватикана, и Альфонсо Бейли-Бальер, редактор.

Еще в Ватикане работают восемь священников — членов Священнического общества Святого Креста. Будучи священниками в своих епархиях, они также считаются членами Opus Dei. Однако стоит заметить, что договоренность об их работе в Ватикане была сделана через местных епископов, и в некоторых случаях Ватикан не в курсе, что данный священник — член Священнического общества. Это следующие лица:

• архиепископ Юсто Мюллор, президент престижной Папской духовной академии, школы ватиканских дипломатов;

• монсеньор Нгуен Ван Фуонг, capo ufficio в Конгрегации по евангелизации народов;

• монсеньор Жак Содо, служащий в Папской академии, занимающийся проблемой защиты жизни;

• отец Фрасиско Винаикса, служащий в Папском совете, член комиссии по толкованию законодательных текстов;

• монсеньор Сельсо Морга, capo ufficio в Конгрегации, занимается делами клира;

• монсеньор Хосе Мария Янгвас, capo ufficio в Конгрегации, член комиссии по делам епископов;

• отец Эндрю Бейкер, служащий в Конгрегации, член комиссии по делам епископов;

• отец Грегори Гастон, служащий в Папском совете, занимающийся вопросами семьи.

Есть в этом списке один уязвимый момент: его невозможно совместить с Annuario, ежегодником Ватикана, в котором даются списки чиновников различных отделов. Если вы ищете в указателе в конце Annuario священника из клира Opus Dei, там будет сказано «Opus Dei». Однако это не относится к мирянам — членам Opus Dei или к членам Священнического общества Святого Креста. В обоих случаях не будет указано, что эти люди — члены Opus Dei. Отсутствие указаний соответствует принципу секулярности, но также добавляет некую таинственность. Интересно, что это часто является тайной и для других членов Opus Dei: когда я интервьюировал членов Opus Dei, работающих в Ватикане, они обычно говорили, что не знают о других членах организации, которые работают там же. Большинство могли назвать шесть-семь других, включая высокопоставленные фигуры, такие как Наварро и Эрранс, но никто не представлял общей картины. Они утверждали, что не собираются вместе и не вырабатывают общей стратегии.

При подсчете всех вышеперечисленных имен получается, что в декабре 2004 года в Ватикане работали 20 членов Opus Dei. Для понимания общей обстановки — в Римской курии в 2004 году было 2659 сотрудников, и это означает, что число членов Opus Dei составляло 0,7 процента. Возможно, это в чем-то неправильный коэффициент, поскольку большая часть этих 2659 сотрудников подходит к телефонам, выдает пропуска и выполняет другие чисто административные функции. Существует порядка 500 должностей, определяющих политику Ватикана, и исходя из этого Opus Dei имеет 3,6 процента. Стоит заметить, что самым значительным учреждением Ватикана является Государственный Секретариат, который выполняет роль координатора остальных отделов. У Opus Dei там в каждом из двух отделений работает по священнику, правда, ни один из них не является «начальником», то есть не отвечает за принятие решений. Другими важными учреждениями являются «конгрегации», которые уполномочены принимать правовые решения в сфере своей компетенции. Ни один из членов Opus Dei в настоящее время не стоит во главе ни одной из конгрегаций.

Для сравнения можно привести цифры, относящиеся к иезуитам, монашескому ордену, который как по политическим, так и по историческим причинам часто считается «соперником» Opus Dei. В декабре 2004 года в Ватикане работали девять священников-иезуитов, если не считать Радио Ватикана. Если же сюда включить 17 иезуитов, работающих на Радио, то общее число будет равняться 26. В него входят один человек из Государственного Секретариата и двое руководителей учреждений. Отец Паскуале Боргомео стоит во главе Радио Ватикана, и отец Чеслав Дразек — глава польскоязычного варианта L'Osservatore Romano. Другими словами, трудно доказать, что Opus Dei заполонил Ватикан, если взглянуть хотя бы на одну из других церковных групп.

Кроме постоянного штата в Ватикане также существует широкая сеть «консультантов», включающая в себя священников и мирян, которые не работают в Ватикане, а вызываются в качестве экспертов. У Opus Dei два очень известных консультанта, и оба они содействуют работе Конгрегации доктрины веры: монсеньор Фернандо Окарис, главный викарий Opus Dei, и монсеньор Анхель Родригес Луньо, профессор нравственного богословия Университета Святого Креста. У иезуитов также есть влиятельные консультанты, такие как отец Карл Бекер из Грегорианского университета, тоже помогающий работе Конгрегации доктрины веры. Практически все монашеские ордена, католические группы и движения мирян имеют в своих рядах консультантов различных учреждений Ватикана.

В интервью для этой книги, которое состоялось еще до смерти Иоанна Павла II, Эрранс, чей стаж работы в Римской курии — сорок четыре года, отрицал, что внутри Ватикана существует «блок Opus Dei».

«Нет никакого лобби, никакого «белого масонства». Я слышал о таких вещах, но их нет. За все эти годы я только однажды заходил в Управление по труду и не для того, чтобы повидаться с Полесом, а потому что у меня был к ним вопрос. Время от времени я вижусь с Наварро. Мой прелат — это не прелат Opus Dei. Моего прелата зовут Иоанн Павел II. Я получаю указания от папы, и я их выполняю», — сказал Эрранс.

Эрранс добавил, что он никогда не обсуждал проблемы Ватикана с прелатом Opus Dei.

«Я никогда не советовался с прелатом по поводу каких-то дел Ватикана. Если такой совет необходим, то у нас пятьдесят пять консультантов по всему миру, которые являются экспертами в разных областях... Opus Dei страдает от того, что некоторые люди этого не понимают. Они ошибочно считают Opus Dei разновидностью политической или духовной партии».

Епископ Хавьер Эчеверрия, прелат Opus Dei, отверг предположение о том, что власть Opus Dei в Ватикане растет: «Я вспоминаю, как Эскрива, когда кто-нибудь просил его порекомендовать некоего человека из Opus Dei поработать в Ватикане, всегда говорил: «Хорошо, но я хочу, чтобы вы прислали мне письменный запрос, потому что не желаю, чтобы люди думали, что я пытаюсь внедрить кого-то в Ватикан в своих собственных интересах». Эчеверрия «категорически» настаивает, что Opus Dei никогда по собственной инициативе не выдвигал кого-либо из своих членов на должности в Ватикан. Более того, он не обсуждал проблемы Ватикана с членами Opus Dei, которые там работают.

Есть некий способ убедиться во влиянии Ватикана — посмотреть, что случается с теми, кто оказывается в неправильном parocchia. Частично своей репутацией властной структуры Ватикана Opus Dei обязан истории с архиепископом Луиджи Де Магистрисом, начавшим свою деятельность в Римской курии в качестве протеже известного кардинала Альфредо Оттавиани. Де Магистрис был главой Папского пенитенциария, конфиденциального ватиканского суда, и все были уверены, что он будет в числе новых кардиналов, которых Иоанн Павел II назовет в октябре 2003 года. Однако этого не случилось, через несколько недель он прекратил работать, и его заменил американский кардинал Френсис Стаффорд. В возрасте семидесяти семи лет, когда многие высшие церковные сановники еще вполне в силе, Де Магистрис вышел на пенсию без кардинальской шапочки. Риме ходили сплетни, что это была сильно задержавшаяся расплата за 1992 год, когда он, будучи экспертом Конгрегации по делам канонизации святых, был против беатификации Эскрива. Официальные представители Opus Dei отрицают свою роль в изгнании Де Магистриса, и некоторые источники в Ватикане утверждают, что он лишился своего места в Государственном Совете по другим причинам. Но это не удерживает обозревателей от комментариев, что судьба Де Магистриса является предостережением для желающих скрестить мечи с «Делом».

С другой стороны, члены Opus Dei побеждают не во всех столкновениях. Возьмем, например, случай с монсеньором Хоакином Льобелем, испанским священником Opus Dei и профессором канонического права Университета Святого Креста в Риме. Он очень уважаемый специалист по каноническому праву, который заседает в Apostolic Segnatura - Верховном суде Ватикана, а также в Апелляционном суде государства Ватикан. Он участвовал в качестве судьи ad саusam в уголовных делах, которые вела Конгрегация доктрины веры, в том числе по обвинению священников, в большинстве своем из США, в сексуальных преступлениях. Льобель также член комиссии, которая подготовила пакет нормативов для регулирования «серьезных правонарушений», включая сексуальные преступления, под названием Sacramentorum sanctitatis tutela, изданный 30 апреля 2001 года.

Несмотря на то что Льобель — верный католик, он также ярый приверженец закона, и он понимал, что в процессах, которые церковь вела по поводу сексуальных преступлений, были допущены серьезные нарушения. В марте 2004 года он выступил с публичной лекцией, в которой утверждал, что каноническое право требует реабилитации правонарушителя и некоей пропорциональности между преступлением и наказанием, то есть «одно и то же» наказание за все преступления чуждо каноническим традициям. Оба этих пункта были нарушены политикой «одного удара», которая применялась по отношению к американским епископам с одобрения Ватикана. Он также критиковал пересмотр нормативов, определяющих сексуальные преступления, одобренный Иоанном Павлом II в феврале 2003 года. Согласно этому пересмотру, был отменен закон о сроках давности, разрешено Конгрегации доктрины веры лишать священника духовного сана внесудебным путем, и решение Конгрегации не подлежало обжалованию. Льобель возражал против того, чтобы во главе трибуналов, которые занимались делами о сексуальных преступлениях, были обвинители. Никакая система правосудия не может быть справедливой, если судей выбирает и за ними наблюдает обвинитель. Речь идет не о «мягком» отношении Льобеля к сексуальным преступлениям священников: в конце 1980-х годов он заявлял, что американские епископы должны возбуждать уголовные дела против преступлений священников, руководствуясь Кодексом канонического права. Тем не менее он утверждает, что церковь не должна исправлять одну несправедливость другой, а современные нормативы, с процедурной точки зрения, он считает несправедливыми.

Некоторые с этим не согласны, включая ответственного за осуществление правосудия в Конгрегации доктрины веры монсеньора Чарльза Шиклуна, мальтийского священника, который отвечал за каноническую реакцию Ватикана на американский кризис. Шиклуна сказал коллегам, что, возможно, нормативы канонического права несовершенны, но церковь оказалась в кризисе и необходимо реагировать. Более того, Шиклуна проследил за тем, чтобы решения были приняты в относительно краткие сроки. До Ватикана дошло более 700 дел, и к весне 2004 года по 550 из них были начаты уголовные процессы, что является удивительным результатом для Ватикана, который известен своей склонностью «думать в течение столетий».

Льобель и Шиклуна — друзья и коллеги, поэтому нет речи о личном антагонизме, и Льобель уже перестал работать в Конгрегации доктрины веры, когда там появился Шиклуна. Тем не менее они являются выразителями двух различных канонических подходов, и точка зрения Шиклуна преобладает. С тех пор, как в 2001 году Льобель участвовал в работе над нормативами, его больше не приглашали к Конгрегацию, несмотря на волну уголовных дел, последовавших за американским кризисом. Эта история очень показательна, особенно если принять во внимание, что самым высокопоставленным членом Opus Dei в Римской курии является Эрранс — также специалист по каноническому праву. Его взгляды на процессуальные соответствия и законность установления нормативов сексуальных преступлений гораздо ближе к взглядам Льобеля, чем Шиклуна. Если бы Opus Dei действительно обладал в Ватикане сокрушительной силой, можно было бы ожидать, что в этих правовых спорах победит другая сторона.

Поэтому суть в том, что хотя члены Opus Dei и занимают некоторые значительные посты в Ватикане, они там не «хозяйничают». Если вопрос в том, имеют ли члены Opus Dei то, что итальянцы называют una voce in capitolo, то есть влияние, то ответ на него, безусловно, «да». Если вопрос в том, может ли Opus Dei всегда подчинить систему своей воле, то ответ на него — «нет».

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1559


Возможно, Вам будут интересны эти книги: