Энтони Саттон.   Орден «Череп и кости»: документы, история, идеология, международная политика

Меморандум номер три: что известно об Ордене?

Открыто опубликованная литература об Ордене сводится всего к двум статьям, вышедшим с промежутком в сто лет: в журнале «Иконокласт» (ч.1, №1), от 13 октября 1873 года, и уже цитировавшаяся статья в журнале «Эсквайр», написанная Роном Розенбаумом, вышедшая в 1977 году. Эта книга, как и последующие, базируется на неопубликованном архивном материале, произведённом Орденом.

«Иконокласт» (октябрь 1873)



В октябре 1873 года инициативный студент Йеля, терзаемый тем, что Орден взял власть над финансами университета и поставил его на грань бедности, взял на себя риск опубликовать разоблачительную статью. К несчастью, некоторые чрезвычайно проницательные наблюдения анонимного студента были испорчены не слишком изящным слогом [Дипломатичный Энтони Саттон не говорит, что на самом деле слог просто отвратительный; он остаётся таковым и в переводе (см. ниже). - Прим. пер.]. Ниже мы частично воспроизведем эту статью в оригинале, так как невозможно сделать её краткий пересказ.

Йельские газеты «Курант» и «Рекорд» придерживались политики запрета публикаций об Ордене. Как пишет «Иконокласт», «мы обсуждаем новую публикацию, так как пресса колледжа закрыта для тех, кто осмеливается открыто упоминать «Кости»».

Пресса колледжа контролировалась Орденом. Время от времени газетами руководили редакторы из Ордена. К примеру, одним из заслуживающих внимания редакторов йельского «Рекорда», также член Ордена, был Томас Кохрэн (инициирован в 1894), который сделал карьеру как влиятельный партнёр во влиятельной банковской фирме Дж. П. Моргана.

Три параграфа этой анонимной публикации вкратце излагают суть обвинений.

Во-первых, в Йельском университете существует тайное общество, открытое только для нескольких избранных: «Более сорока лет тайное общество под названием «Череп и кости» существует в Йельском колледже. Оно получает определённое количество людей из каждого класса. Они номинально избираются одноклассниками..., хотя понятно, что влияние известных людей помогает их друзьям и родственникам, а также после окончания ими колледжа. Наблюдая за людьми, избираемыми от года к году, мы находим, что они выбираются с явной целью - для приобретения наибольших почестей. Некоторые из этих почестей воздаются образованным, а некоторые богатым людям. Суть именно в этом. Люди получают знаки отличия от Йельского колледжа, или от всего класса, из-за того, что их взяли в это тайное общество. Если Йель чествует людей, то это братство также во всеуслышание делает это».

Во-вторых, «Иконокласт» заявляет, что Орден получил контроль над Йелем, и его члены более заботятся о своём обществе, чем о колледже:

Кого это может касаться


(приводим подстрочник поэтического текста. - Ред.)

Наш строй проходит перед колледжем, выступая на стороне Справедливости, Чтобы потребовать исправить зло, открыто творимое руками вандалов, Чтобы дать колледжу выразить свои чувства смело и свободно, Отстаивая естественные права каждого человека, если есть подобная вещь.

Мы не представляем никакую клику или клан, но честных и верных людей, Которые никогда не покорятся тому, что могут сделать пятнадцать человек, Которые чувствуют позорное ярмо, давно лежащее на колледже, И которые предлагают всё возможное, чтобы разбить это ярмо напополам.

Мы не «обиженные критиканы». Бог запрещает то, что мы должны хранить, Желания быть отождествлёнными с принципами, которые давно Разрушались от жизни и политики Йеля, перед чьими неправедными целями Померкло бы и наглое поведение «Босса Твида».

Мы представляем нейтральных людей, чьи голоса должны быть услышаны, И которых нельзя заставить замолчать надменным взглядом или словом, Чьё влияние здесь в Йеле может быть сведено на нет и аннулировано Потому как они не носят на груди две скрещенные кости и череп.

Мы не держим обид против кого бы то ни было, но желаем, Чтобы все могли быть объединены общими узами мира и гармонии; В то время, как немногие высокомерно и нагло претендуют на то, Чтобы вести все дела. Разве это справедливо?

Какое право, поистине, имеют пятнадцать человек распоряжаться всем? Какое у них право говорить, что весь колледж должен пасть пред ними ниц? Может, они «взрастили в себе болезненное величие»? И должен ли мы обращаться к ним с раболепными речами, как к «высшим»?

Есть ли у них основания считать свои требования справедливыми? Мы бросаем вызов и выставляем их на всеобщее обозрение, Чтобы все могли знать причины, по которым этот клан гордо Выбирает самих себя властителями «вульгарной толпы».

Мы не выражаем никаких протестов их существующему клану,
Никто и не обсуждает это право, однако мы спрашиваем о плане их действий.
Почему только тот, кто носит на груди их эмблему,
Будет сочтён лучшим для назначения на любой пост ?

Мы хотим, чтобы это поняли все. Пусть никто из читающих не скажет,
Что нами движет досадное недоразумение или личная злоба;
Мы боремся с ними именно из-за принципов Права,
Тех принципов, которые они игнорируют, и которые мы здесь защищаем.

О собратья студенты, которым, как и нам, дорога честь университета,
О вы, на чьём пути сияет его священная слава, -
Вы, одноклассники, чувствующие ответственность за нашу Альма-матер,
Скажите, достойна ли жизнь старинного колледжа нести в себе эту мерзость?

Разве мы не в праве действовать так, как всем кажется лучше? Зачем сжиматься от страха перед теми, кто носит голову смерти на груди?
Нет, пусть все встанут и разрушат заклятье, чтобы болезненные чары пали Со всего, что создаётся в этих старинных каменных стенах.

А если они не услышат наших требований, подкупят правосудие,
Чтобы править миром колледжа с гордым имперским тоном,
И будут упорствовать, разрушая славу Севера,
Да будут нашим паролем слова: «Прочь, прочь с черепом и костями!»



«Из каждого класса Череп и кости набирает себе людей. Они выходят в мир и становятся, во многих учреждениях, лидерами общества. Они добились контроля над Йелем. Его бизнес управляется ими. Деньги, перечисленные колледжу, должны попасть в их руки и стать объектом их воли. Без сомнения сами по себе они достойные люди, но многие, на кого они смотрели свысока во время учёбы в колледже, не могут забыть этого и отдать деньги им в руки. Люди с Уолл-стрит жалуются, что колледж приходит за помощью прямо к ним, вместо того, чтобы попросить у каждого выпускника его долю. Причину этого поясняет реплика, сказанная одним из первых людей Йеля и Америки: «Немногие дадут пожертвования, лишь члены «Костей», но они заботятся о своём обществе гораздо больше, чем о колледже».

В заключение «Иконокласт» называет Орден «смертоносным злом, растущим год за годом»:

«Год за годом смертоносное зло растёт. Это общество никогда не было таким несносным для колледжа, как сегодня, и именно это болезненное ощущение захлопывает кошельки не членов Ордена. Никогда ранее это общество не выказывало такой надменности и самодовольного превосходства. Оно крепко сжимает прессу колледжа и стремится управлять ею. Оно не снисходит до того, чтобы доказать свои права, но захватило власть и молчит, прекрасно осознавая свою вину.

Сказать что-либо о пользе для Йельского колледжа почти невозможно. Говорить о пользе, которую он (Орден) мог бы принести, было бы ещё труднее. Таким образом, вопрос сводится к следующему - с одной стороны находится источник неисчислимой пользы (выпускники-меценаты, не члены Ордена), с другой - общество виновное в серьёзных и далеко идущих преступлениях. Иельский колледж против «Черепа и костей»!

Сила ордена используется его членами и до того, как они покидают Йельский университет. Вот случай, произошедший в конце 19 века, который предшествовал случаям, представленным нами позже, и который показывает, как давно аморальное использование власти процветало внутри Ордена:

«Фаворитизм в отношении членов Костей»



«Идём ли мы к такому печальному положению вещей, когда открытая несправедливость может твориться руководством факультета, и когда тот факт, что человек является членом Черепа и костей может настроить их в его пользу? Вкратце случай, вызвавший этот вопрос, таков: два старшекурсника, один нейтральный, а другой член «Костей», возвратились в начале учебного года отягощённые некоторыми учебными задолженностями, одна из которых - экзамен, который они не сдали. С этой точки зрения, случаи были аналогичны, и снисхождение, если можно было применить снисхождение, должно было бы быть оказано нейтральному студенту, который сделал всё, что было в его силах, для содействия интересам колледжа, а не члену «Костей», который за три года учёбы в Йеле не сделал ничего примечательного. Но странно сказать, нейтрального студента исключили до конца семестра и обязали покинуть город, не позволив пройти пересдачу до возвращения. Члену «Костей» напротив позволили остаться в Нью-Хейвене, ежедневно посещать лекции, отвечать на них и пойти на пересдачу менее, чем через шесть недель. Почему же отношение столь различно? «О, мистер Такой-то - особенный случай», - сказал профессор (член «Костей»). Особенность, как мы полагаем, состоит в том, что мистер Такой-то носит на груди голову смерти и скрещенные кости. Мы понимаем, что мистер Такой-то заявляет, что он был болен на каникулах, и представляет болезнь как уважительную причину, по которой он не сдал экзамен; но нейтральный студент также был болен, о чём руководство факультета было своевременно осведомлено письмом его отца».

«Данное обстоятельство вызвало живейшее негодование на старшем курсе. Несомненно, настало время радикальных реформ, когда господа, надзирающие за нашими судьбами, и которые должны быть, по крайней мере, справедливыми, могут позволить себе попасть под влияние такой мелочной вещи, как общественные связи».

«Эсквайр» (сентябрь 1977)



Насколько нам известно, лишь одна статья об Ордене была опубликована за последние сто лет. К сожалению, это поверхностный, на грани фальши, обзор, который проливает некоторый свет, но мало обращается к историческим знаниям. Статья называется «Последние секреты «Черепа и костей»», написана Роном Розенбаумом («Эсквайр», сентябрь 1977).

Розенбаум - выпускник Йеля, привлечённый возможностью сделать интересную скандальную статью о тайном обществе, желающем контролировать мир; он явно не осознаёт участие Ордена в политике. Эта статья - смесь известных аутентичных документов и явных слухов. С другой стороны, в статье Розенбаума есть несколько интересных наблюдений. Среди них: «...юношеский характер людей, которые впоследствии сформировали характер американской нации в ту пору, когда она сама вышла из юношества, формировался в том склепе» (то есть «храме» в студенческом городке Йеля).

Другой комментарий: когда новый член инициируется в Орден, «ночью он умрёт для мира и возродится в Ордене, которому он с этих пор вверяет себя. Орден - это мир в себе, в котором у него будет новое имя и четырнадцать кровных братьев, также с новыми именами».

И когда Розенбаум начинает спрашивать об Ордене, ему говорят: «Они не любят любопытных и назойливых людей. Сила Костей невероятна. У них есть свои руки на всех уровнях власти страны. Вы увидите - это всё равно, что пытаться заглянуть внутрь мафии. Помните - они тоже тайное общество».

Статья из Эсквайра едва ли полезное чтение, она показывает нам ту сторону Ордена, которая не слишком нас касается.

«Адресные» книги



Так как Орден это тайное общество, он не издаёт протоколы или журналы. Как предполагает Розенбаум «они не любят любопытных и назойливых людей».

У автора, однако, есть копии «Адресных» книг, которые ранее назывались «Каталоги». Это членские списки вплоть до 1832 года - даты основания Ордена в Соединённых Штатах. Как этот материал попал в руки посторонних? Возможно, один или более членов, хотя и были связаны присягой, не испугались бы, если бы история была предана огласке. Это всё что мы скажем.

Существует и другой материал. «Череп и кости» всегда является излюбленной темой обсуждений в Йельском университете. Некоторое время назад несколько студентов с практичным умом провели своё собственное расследование; они проникли внутрь, устроив «Йельгейт». Результатом стали небольшой запас сувениров, план помещения и большое замешательство.

Основой исследования для этой книги являются «Адресные книги». С ними мы можем воссоздать картину мотивов, целей и действий. Действия индивидуальных членов уже описаны в «открытой» истории и архивах.

Определив, когда члены Ордена вышли на сцену, что они делали, каковы были их аргументы, кого они назначали на должности и когда оставили дела, мы можем составить модели и установить их цели.

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1380


Возможно, Вам будут интересны эти книги: