Чарлз Райт Миллс.   Властвующая элита

4

Несмотря на наличие некоторых местных особенностей, стиль жизни высших классов примерно один и тот же во всех крупных городах страны. Дома, одежда, светские развлечения, которыми интересуются люди из центральных городов, принадлежащие к прослойке "четырехсот", приблизительно одинаковы. Фирма "Братья Брук - одежда и белье" не так уж усиленно рекламируется, и за пределами Нью-Йорка она имеет всего лишь 4 филиала; тем не менее она хорошо известна во всех главных городах страны, и ни в одном из них представители этой фирмы не чувствуют себя лишними. В числе общераспространенных особенностей подлинного стиля жизни высших классов имеются и другие, чисто внешние признаки. И все же жизненный уклад старинных богачей содержит в себе во всей стране более глубокие особенности: привычку носить костюмы только от братьев Брук может ведь в конце концов усвоить любой человек, если у него есть деньги и охота.

Одна из глубоких особенностей жизненного уклада, отличающая светских богачей от простых богачей и от низших слоев населения, связана с их воспитанием и образованием и с теми представлениями, чувствами и ощущениями, которые их традиционная система воспитания и образования формирует у человека на всю жизнь.

Так, к примеру, девочка из нью-йоркской семьи, принадлежащей к старой знати, до четырехлетнего возраста обычно предоставлена заботам матери и няньки; затем она переходит на попечение гувернантки, зачастую говорящей по-французски так же свободно, как и по-английски. В возрасте 6-7 лет она начинает посещать частную дневную школу вроде, скажем, школы мисс Чепин или Брирлей. Часто ее отвозит в школу и привозит оттуда семейный шофер; после школы за ней присматривает гувернантка, которая теперь большую часть своего времени отдает младшим детям. В 15 примерно лет она поступает в пансион - скажем, в пансион Сан-Тимоти в Мэриленде или в пансион мисс Портер (или Вестовер) в Коннектикуте. По окончании пансиона она, возможно, начнет посещать нью-йоркский колледж Финча младшего и там "закончит" свое образование; если же она захочет учиться в настоящем колледже, то она поступит вместе с многими обыкновенными девочками из средних классов в один из таких колледжей, как колледжи БрингМоура, Вассара, Уэслея, Смита, Беннингтона. Вскоре после окончания школы или колледжа она выйдет замуж и, вероятно, начнет давать своим детям точно такое же воспитание.

Мальчик из этой семьи до семилетнего возраста воспитывается примерно так же, как девочка. Затем он тоже посещает дневную школу и в более раннем возрасте, чем девочка, поступает в пансион (или в "подготовительную школу", как называются пансионы для мальчиков): в школу Сейнт Марк или Сейнт Пауль, Гоэйт или Гротон, Эндовер или Лоуренсвиль, Филипс Эксетер или Хотки. Затем он поступает в Принстонский или Гарвардский, Иельский или Дармутский колледж. Нередко бывает так, что он кончает также юридическую школу при одном из этих колледжей.

Все звенья этой воспитательной системы имеют важное значение для формирования личности мужчины или женщины из высшего класса; такого порядка воспитания и образования придерживается высший класс во всех главных городах страны. Во всех этих городах существует ясно выраженное стремление отправлять детей учиться в один из наиболее фешенебельных пансионов или подготовительных школ Новой Англии, в которых можно встретить учащихся примерно из двадцати четырех штатов, а также из-за границы. Так как социальные притязания, основанные на родовитости, все труднее становится реализовать, то для завоевания высокого общественного положения обучение в соответствующей школе становится еще более важным фактором, чем родословная.

Следовательно, если мы хотим понять основу национального единства социальных верхов современной Америки, то лучший ключ для понимания этого явления дают нам подлинно закрытые пансионы для девочек и подготовительные школы для мальчиков.

Многие воспитатели из персонала частных школ отдают себе отчет в том, что экономические сдвиги вознесли на верхушку общества людей, чьи дети не приобрели в семье надлежащего общего развития и нравственных устоев, и что частная школа является главным учреждением, призванным подготовить их для жизни среди главенствующей над всей страной социальной верхушки, к жизни, построенной таким образом, чтобы она приличествовала людям из высшего класса. Представляется бесспорным, что частные школы - сознают ли это их директора или не сознают - выполняют задачу отбора и специальной подготовки новых членов всеамериканской социальной верхушки; они осуществляют в отношении детей ту же функцию, которую в отношении отцов выполняет иерархическая система клубов, но осуществляют ее гораздо основательнее и глубже. Эта задача так же присуща частным школам, как и задача преемственной передачи аристократических взглядов и правил поведения детям, происходящим из семейств, давно пребывающих на верхней ступени социальной лестницы. Именно в частной школе мы видим перед собой то "ближайшее поколение", в котором сглаживаются и даже совсем исчезают трения между богачами старой и новой формации. Именно под воздействием этих школ больше, чем под влиянием какого-либо другого единичного учреждения, дети старых и новых богачей становятся со временем, когда они вступают в самостоятельную жизнь, членами единого класса, сознающего себя высшим классом.

Как учреждение, занимающееся отбором и специальным обучением детей из высших общественных прослоек как старой, так и новой формации, частная школа выступает в качестве унифицирующего фактора, в качестве силы, формирующей общегосударственное единство высших классов. Чем меньше становится значение родовитых семейств в деле заботливой преемственной передачи нравственных и культурных особенностей знати, тем большее значение приобретает частная школа. В большей степени, чем семья, она служит важнейшим передатчиком традиций социальной верхушки и регулятором процесса включения в нее нового богатства и таланта. Учеба в частной школе - это отличительный признак жизненного пути людей из социальной верхушки. Если можно вообще говорить о существовании первичного общегосударственного центра социальных верхов Америки, то он представлен 15-20 такими привилегированными школами. Ибо в этих частных школах для юношества решаются задачи религиозного, семейного и культурно-образовательного воспитания социальных верхов и вместе с тем решается задача сохранения тех социальных норм, которые в этой среде существуют.

Школы эти функционируют на началах самоокупаемости и в политике своей автономны; самые лучшие из них представляют собой учреждения, не стремящиеся к получению прибыли. Они не являются "церковными школами" - в том смысле, что они не управляются религиозными организациями. Но они требуют от учащихся посещения церковных богослужений, и, не будучи фанатичными, они все же проникнуты религиозными принципами. В декларации основателей Гротонской школы, сформулировавшей принципы, которыми эта школа руководствуется и поныне, основная цель определена таким образом: "Все усилия будут направлены на то, чтобы создавать мужественные христианские характеры, всячески заботясь не только об интеллектуальном, но и о нравственном и физическом развитии учащихся. Во главе школы будет всегда стоять духовное лицо, принадлежащее к протестантской епископальной церкви".

"Основные достоинства, обеспечивающие той или иной подготовительной школе успех и популярность, не связаны обычно с ее учебной программой. Они связаны с целым рядом других признаков - и порой довольно странных. Решающую роль могут играть в этом отношении такие моменты, как характер взаимоотношений между мальчиками и преподавательским составом, социальный облик учащихся и районы проживания их родителей, наличие в школе готической часовни или специального гимнастического зала новейшего типа, архитектура здания, в котором живут мальчики, характер их занятий после ужина и, наконец, самое важное - личность директора". Существует своего рода идеал, к которому школа обязана стремиться; он не всегда выражается прямо, но всегда подразумевается: школа должна быть организованным продолжением семьи, должна быть большой семьей, в которой добропорядочные дети из Бостона, Филадельфии и Нью-Йорка совместно усваивают аристократический стиль поведения. Этот идеал родового единства усиливается общностью вероисповедания (чаще всего епископального), обычаем, распространенным среди известного круга знатных семей, посылать всех своих сыновей в ту же школу, где учился их отец и даже дед, системой денежных пожертвований на нужды определенной школы, а также светской и благотворительной деятельностью ассоциаций бывших воспитанников школы. Хоэйтская школа, например, считает, что ее главная цель - доказать, что семью и школу можно удачно соединить, так что мальчик, пользуясь всеми преимуществами, предоставляемыми школой, в частности "духовным руководством" и "общением с целеустремленными мальчиками", вместе с тем не лишается тех положительных задушевных влияний, которые должны быть свойственны приличной семье.

Школы эти обычно лишены какого-либо очевидного утилитарного назначения. Верно, конечно, что школы для мальчиков всегда занимаются подготовкой к колледжу. Школы для девочек дают, кроме программы, которая также является подготовительной к колледжу, законченный курс для девушек, предполагающих рано выйти замуж. Но дух соревнования, характерный для школ, где обучаются дети из средних классов, здесь, как правило, отсутствует. Школа как бы внушает каждому учащемуся, что его прилежание и успехи следует сопоставлять не с успехами товарища, а с тем жизненным назначением, которое он сам или учителя считают для него лично подходящим, и что, помимо того, проявлять слишком много рвения - значит вульгарно выделяться.

Гарвард, или Иель, или Принстон - этого еще недостаточно. Главное - окончить действительно аристократическую подготовительную школу, потому что это и определяет, в котором из "двух Гарвардов" ты будешь учиться. Клубы и студенческие кружки в колледже обычно представляют собой продолжение связей, завязанных в подготовительной школе; тот, кто имеет друзей в Гарварде, приобрел их еще в школе. Вот почему для высших светских кругов наличие диплома, скажем, одного из колледжей Лиги Айви само по себе еще не имеет большого значения. Это подразумевается с самого начала. Не так уж важно, что ты учился в Гарварде, вся суть в том, в каком именно Гарварде ты учился. Под "настоящим" Гарвардом подразумевают "Порселайн", "Флай" или "А. Д.", под "настоящим" Иелем - "Цета Пси" или "Фэнс", или "Дельта Каппа, Ипселон", под "настоящим" Принстоном - "Коттэдж", "Тайчер", "Кэп энд Гоун" или "Айви". Настоящим пропуском в мир городских клубов и светских сборищ является в любом центральном городе престиж, придаваемый надлежащим аттестатом об окончании средней школы и последующим членством в аристократическом клубе при одном из аристократических колледжей Лиги Айви. Что же касается провинциального светского общества, то оно преклоняется перед той манерой разговаривать и вести себя, которая формируется в подобных школах, ибо это приобретенное качество является главным ключом, открывающим доступ в ряды социальных верхов всеамериканского ранга, отличающихся однородностью состава и классовым самосознанием.

Школа естественным образом способствует бракам между молодыми людьми, получившими примерно одинаковое воспитание и образование. Подготовительные школы для мальчиков расположены обычно недалеко от пансионов для девочек аналогичного возраста; и несколько раз в году учащиеся тех и других школ встречаются на вечерах, устраиваемых под наблюдением взрослых. Здесь бывают также сестры некоторых мальчиков и братья некоторых девочек. А для тех, кто учится в более закрытых мужских и женских колледжах, устраиваются официально организуемые посещения и вечера для молодежи обоих полов, короче говоря - периодические смотрины. На той ступени обучения, которая представлена колледжами, аристократические школы становятся звеньями обширного брачного рынка, где завязываются интимные отношения между молодежью из высших классов.

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1357


Возможно, Вам будут интересны эти книги: