Росси Джанни и Ломбрасса Франческо.   Во имя ложи

Отречение великого герцога

В начале 1975 года Сальвини отдавал себе отчет в том, что дела его идут неважно, хотя до сих пор на протяжении многих лет он выдерживал конкуренцию со стороны более влиятельных «братьев» и ему удавалось несколько сдерживать «захватнические» поползновения своего покровителя Джелли.

В циркулярном письме от 30 декабря 1974 г. Сальвини сообщил о том, что «отстраняет» Личо Джелли от должности секретаря ложи «П-2». Деятельность ложи была приостановлена, и Спартако Меннини, в то время еще занимавший пост заместителя «великого» секретаря, должен был приступить к ее реорганизации. В ответ Джелли передал в июне — июле 1975 года исправленные, «почищенные» списки членов ложи с просьбой, чтобы «тайные братья» были включены в списки открыто действующих лож, прежде всего в «Лиру и меч», твердо сохранявшую верность идеям Джелли.

В этой обстановке «холодной войны» Джелли собирает свои силы и пытается заключить союз с «левыми» масонами (которыми руководили Франческо Синискальки, Эрменеджильдо Бенедетти, адвокат-социалист и «великий» ритор, Альберто Серавалли, флорентийский торговец, член ИСП, и врач Фердинандо Аккорнеро). Цель — сместить Сальвини и поставить на его место человека «вне партий» с «блестящим прошлым» — генерального прокурора Рима Кармело Спаньюоло. Гарантами операции, торжественно заверил Джелли, станут министр обороны Арнальдо Форлани, генеральный секретарь кабинета президента республики Никола Пичелла и адвокат Умберто Ортолани из «Суверенного военного мальтийского ордена». Но сделка не состоялась, поскольку «левые братья» почувствовали, что опасно опираться на подобную личность.

Джелли не признает себя побежденным и берется за перо. Накануне собрания ложи «Великий Восток» его друг и «брат» Мино Пекорелли передает по каналам своего агентства ОП детальную информацию, составленную от имени некоего комитета «достопочтенных мастеров», которую Джелли распространил среди итальянских масонов. Свидетельства, содержащиеся в этом документе, были сформулированы на заседании великой ложи 22 марта 1975 г. в отеле «Хилтон». Это были обвинения в коррупции, контрабанде, в получении взяток за так и не заключенные сделки, что, естественно, подрывало веру «братьев» в «масонскую солидарность». Рупором нападок со стороны Джелли стал (позже признавшийся в том, что был использован в качестве подставного лица) адвокат из Мессины Мартино Джуффрида, «достопочтенный мастер» ложи «Тито Чеккерини» из общины с Пьяцца дель Джезу. Он передал заместителю «великого мастера» Джованни Брикки длинный и подробный обвинительный акт против Сальвини. Чего только не было в этой записке: описание взяток, полученных беззастенчивым Сальвини, деляческих интриг в местных органах власти Тосканы, где правили социалисты, финансирование тех, кто выступал против профсоюзного единства (им было выплачено в 1971—1974 гг. около 670 млн. лир из денег Конфиндустрии33 и Аньелли)34.

Разразился скандал. Ход работ великой ложи был прерван. Мир между Джелли и Сальвини был заключен за несколько минут в маленьком зале отеля, вдали от нескромных глаз. Джелли получил возможность продолжать поиск новых членов «П-2», теперь уже в должности «достопочтенного мастера». Помогал ему в этом Гамберини.

Позднее, 13 июня, Сальвини спешит разослать членам всех лож в Италии, и прежде всего в Тоскане, копию письма, в котором Мартино Джуффрида приносит ему извинения и молит о прощении. Но органы правосудия, I отдел (секретная служба) финансовой гвардии и люди комиссара полиции Эмилио Сантилло, руководителя службы антитерроризма, уже не выпускают это дело из поля зрения, хотя с 1976 и до начала 1981 года против Сальвини, Джелли и Гамберини не было предпринято никаких судебных действий.

Даже основанный на фактическом материале «взрывной» документ, составленный в 1977 году бригадным генералом парашютных войск Сиро Россети, бывшим руководителем армейского СИОС35 центрального военного округа, занимавшим в 1970—1974 годах должность «технического советника» главы СИД Вито Мичели, не может заставить сдвинуться с места машину правосудия. Но все же документ Россети сыграл определенную роль. Анджело Велла, ведшему следствие о взрыве поезда «Италикус», удалось собрать факты, свидетельства, донесения секретных служб, из которых становилось очевидным, что уже в начале 1975 года ряд государственных деятелей знал о «темной» деятельности ложи «П-2» и об опасности, которую представляет собой Джелли.

В упомянутой памятной записке от 18 марта 1977 г. Россети подробно описывал, чем именно была ложа «П-2» в период 1971—1974 годов, какими возможностями она располагала в сферах власти, кем был Джелли й почему он вышел из тайной ложи и официально просил о 'прекращении ее деятельности. Член «П-2» с 8 июня 1970 г., Россети вошел в ее руководящий совет с тем, чтобы иметь возможность лучше контролировать ее деятельность, «поскольку в ее состав входили представители СИД, вооруженных сил, полиции и органов правосудия», как заявил он в интервью еженедельнику «Мондо» в декабре 1980 года.

Тем временем выяснилось, что, несмотря на заверения Сальвини, Джелли вовсе не намерен приступать к реорганизации официальной «П-2», напротив, он проводит втайне от Россети собрания своих доверенных людей в римском отеле «Эксцельсиор», на которых принимает в члены ложи новых людей. В марте— июне 1972 года он изымает из архива личные карточки многих новых членов «П-2» и кладет их на хранение в банковский сейф, ключи от которого, как заверяет Россети, были только у Джелли и Сальвини.

Таким образом, в конце 1972 года существовало по крайней мере две «П-2»: одна легальная, связанная с членами исполнительной джунты «Великого Востока» (Лино Сальвини, Джованни Брикки, Джузеппе Теларо и Джузеппе Бьянки); другая — тайная, в ней безраздельно царствовал Джелли, «прикрываемый» Сальвини.

Россети также отмечает, что членом ложи стал «рекомендованный самим Джелли» руководитель СИД Вито Мичели.

Подтверждение хороших отношений между Мичели и Джелли мы находим в показаниях самого Джелли в ходе допроса, проведенного 28 сентября 1976 г. флорентийскими судьями, занимавшимися делом об убийстве судьи Витторио Оккорсио. «Мичели был принят в масонство до того, как стал руководителем СИД,— говорил Джелли. — Я познакомился с ним случайно в 1968 году на одном приеме... Формально он был посвящен в масоны Сальвини. В то время он хотел стать руководителем СИД... Министром обороны тогда был Танасси (СИД находилась в ведении министерства обороны.— Лег.), а я состоял в дружеских отношениях с секретарем Танасси — Пальмиотти (который вместе со своим «крестным отцом» оказался соучастником дела «Локхид»36. — Лег.)».

В середине 1974 года Сальвини и Джелли посвятили в члены «П-2» Ортолани. В то же время в тайную ложу вступил генерал карабинеров Джулио Грассини, будущий руководитель СИСДЕ (секретной службы, создайной вместо СИД). В 1974 году была предпринята последняя попытка путча, который остался в истории под названием «белого переворота»37. Это был год эскалации фашистского терроризма (в мае — взрыв бомбы в Брешии, а в августе — взрыв поезда «Италикус»). В это же время была обнаружена «параллельная» СИД, а также возникло дело неофашистской организации «Роза ветров». Во всех этих кознях международного шпионажа и подрывных центров всплывает фигура руководителя «П-2», о котором Россети писал так: «Он афишировал свои большие возможности быть принятым и выслушанным в самых различных кругах и на различных уровнях: от секретарей министров до президентского дворца (Джелли похвалялся, что благодаря ему Леоне стал президентом.— Лег.), парламента и других сфер. В 1973 году Джелли попытается даже создать при ложе собственное агентство печати. Он распускает слух о том, будто ведет «переговоры с целью приобретения бывшего информационного агентства «Стефани», крупнейшего при фашистском режиме». В 50-е годы оно было приобретено Ортолани, создавшим на его основе агентство «Италия».

Руководить отделом информации «П-2», по замыслу Джелли, должен был сотрудник агентства ОП полковник Никола Фальде (бывший начальник отдела РЭИ — отдела экономических и промышленных исследований СИД, а с 1972 г. — советник института внешней торговли). Именно Фальде приносил и распространял среди членов ложи экземпляры вестника агентства ОП, когда он был всего лишь ротаторным изданием. И именно на него, Фальде, полковник Де Сантис (бывший начальник службы тыла римского военного округа) указал как на человека, посвященного в тайны «П-1», сверхсекретной ложи, созданной Сальвини, опятьтаки под руководством Джелли. Россети вспоминает, что Джелли неоднократно упоминал какую-то ложу «П-1» и, кажется, говорил, что размещается она на виа По в Риме. Значит, «П-1» по-прежнему существовала, а не была плодом воображения Сальвини? Значит, на ее собраниях встречались руководители секретных служб, особого отдела министерства внутренних дел, путчистские генералы и политики? Размышления над поведением Джелли и Сальвини привели Россети к следующему выводу: «Очевидна закономерность и истинная суть его связей с людьми и кругами, в различной степени замешанными в подрывной деятельности или в деятельности неофашистов».

Таким образом, не может быть сомнений относительно личности и роли Джелли, который, будучи винтиком огромной машины, смог «преодолеть явное несоответствие, существующее между присущими ему качествами и — иначе необъяснимыми — возможностями проникать всюду, договариваться с людьми любого уровня или просто шантажировать их».

Именно эти серьезные подозрения, высказанные Сальвини генералом Россети, убедили «великого мастера» в необходимости принять решение о роспуске (как того недвусмысленно требовал генерал) ложи «П-2». Сальвини так и поступил, поделившись со своими ближайшими сотрудниками сомнениями относительно самого Джелли к его деятельности.

Это подтвердил личный секретарь Сальвини Анджело Самбуко, служащий министерства финансов, социалист, на допросе у судьи Велла, ведшего дело о взрыве поезда «Италикус». В своих показаниях Самбуко сообщил, что именно летом 1974 года «великий мастер» сказал ему: «Никуда не отлучайтесь из Флоренции, поскольку там может начаться государственный переворот».

Мичели был арестован в Риме 31 октября 1974 г. по распоряжению судьи Тамбурино, который вел расследование деятельности организации «Роза ветров», на основании того, что «из различных достоверных источников в ходе следствия было установлено существование подпольной организации военнослужащих. Член этой организации («Роза ветров».— Лет.) подполковник Амос Спьяцци получил, по-видимому, приказ вступить в контакт с правыми экстремистами, многие из которых имели судимости, и оказывать им помощь в финансировании дел, которые... находятся в явном противоречии с нормами и принципами действующей конституции».

30 декабря кассационный суд принимает решение а передаче дела об организации «Роза ветров» в более высокую судебную инстанцию, и Тамбурино передает ведение дела римским судьям Клаудио Виталоне и Филиппа Фьоре. Последний принимает 27 марта 1975 г. решение освободить Мичели из-под стражи, поскольку тот «не принимал участия в преступных планах», а лишь способствовал им. В ходе следствия (в том числе и в ходе проводившегося в Турине судьей Лучапо Виоланте расследования обстоятельств «белого путча» Эдгардо Соньо38) судьи часто встречаются с масонами из дворца Джустиниани и из группы Гинацци, допрашивают Сальвини и Джелли. Но незадолго до вызова к римскому судье Фьоре Сальвини внимательно прочитывает один из вестников агентства ОП, написанный иносказательным, но понятным ему языком. Это был бюллетень за номером 171 от 5 ноября 1974 г. Там говорилось: «Масонский закон: вооружись или погибни». Сальвини отправляется на допрос со своим доверенным адвокатом «братом» Джузеппе Сотджу и пытается прикрыть Мичели. Более того, в письме от 10 июня 1975 г., предварительно дав понять друзьям,что намерен взять на себя расходы по защите Мичели, он напоминает старое масонское наставление, которое выглядит совершенно неуместным, если не принимать во внимание события тех дней.

Он привел текст «Древних обязательств по отношению к светскому судье, вышестоящему и подчиненному»: «Если «брат» восстает против государства, его не следует поощрять в его бунтарстве, к нему следует скорее отнестись с сочувствием, как к несчастному человеку; и хотя лояльное «братство» может и должно осудить его бунт и не давать повода или основания для чувств политической ревности со стороны правительства, он не может быть исключен из ложи, если за ним нет иного преступления, и узы, связывающие его с масонством, остаются нерушимыми». В заключение этой защитной речи Сальвини писал, что «так звучит наш основной закон на протяжении вот уже 252 лет, таковым он останется до тех пор, пока будут существовать правительства, способные относиться к нам с недоверием из-за политического соперничества».

Следовательно, поскольку правительства не всегда жалуют масонов, то масоны вольны замышлять заговоры с тем, чтобы устанавливать более благоприятные режимы, но это должно происходить таким образом, чтобы официально «община» не была ни в чем замешана. И если какой-либо «брат» попадется на этой деятельности, не следует раскрывать его принадлежность к масонству, однако, несмотря ни на что, ему необходимо оказать помощь. Именно такой линии поведения придерживались участники скандала «П-2» весной 1981 года.

Но уже в 1980 году, закончив следствие по делу о взрыве поезда «Италикус», следователь Анджело Велла выносит самый тяжелый из всех, прозвучавших до того Бремени, приговор ложе «П-2»: «Даты, факты и обстоятельства заставляют прийти к выводу, что в момент рассматриваемых событий именно эта организация располагала арсеналом опасных и действенных инструментов для ведения политической и моральной подрывной деятельности, и это происходило в бесспорном противоречии с зафиксированными в уставе организации целями». Таким образом, речь шла о тайном центре, представлявшем опасность для демократического государства, сотрясаемого актами терроризма, политическими убийствами и предательской деятельностью собственных секретных служб.

ПРИМЕЧАНИЯ ПЕРЕВОДЧИКА

В основном документе изложены подробные инструкции для сотрудников Пентагона, находящихся на службе в «дружественной стране», которую считают «политически нестабильной» и в которой размещаются американские базы.

Документ предписывает американским секретным агентам внедряться в ряды «восставших» (оставим выбор терминологии на совести его авторов), «организовывать специальные операции», чтобы убедить общественность «дружественной страны» в реальном характере «коммунистической опасности» и подтолкнуть правительство на «решительные карательные действия против левых сил».

Интересно также отметить, что масон Мино Пекорелли, близкий к специальным службам, сумел за три года до убийства Альдо Моро «предсказать» точную дату преступления.

Уместно, по-видимому, напомнить и признание, сделанное членом фашистской организации «Роза ветров» подполковником Амосом Спьяцци: «Именно масоны установили контакты между террористами, итало-американской мафией, секретными службами и американским ЦРУ».



33 Конфедерация итальянских промышленников.
34 Семья владельцев фирмы ФИАТ.
35 Один из отделов военной разведки и контрразведки.
36 Речь идет о взятках американской компании «Локхид» высшим государственным чиновникам, в том числе президенту республики Дж. Леоне, с целью заключения контракта на продажу итальянским ВВС крупной партии транспортных самолетов производства этой фирмы.
37 Попытка государственного переворота, предпринятая правыми силами.
38 Наиболее активные приготовления к путчу приходятся на лето 1974 года. Взрыв поезда «Италикус» входил в сценарий заговора.

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1330


Возможно, Вам будут интересны эти книги: