Борис Башилов.   Александр Первый и его время. Масонство в царствование Александра I

XII. Создание Священного союза и его исторические последствия для России

Какие важнейшие политические задачи стояли перед Александром I в области внутренней политики после Отечественной войны? Те же самые какие были в момент его вступления на престол. В области политической — возвращение от идей западного абсолютизма — к идеям самодержавия, борьба с дальнейшей европеизацией русского общества. В области религиозной — ликвидация Синода и восстановление патриаршества.
       В области социальной — уничтожение крепостного права.
       Развитие миросозерцания у Императора Александра I после Отечественной войны пошло по иному пути, чем развитие европеизировавшихся слоев русского общества.
       Пожар Москвы пробудил у Александра религиозной чувство. "Деист, — замечает С. Платонов, — превратился в мистика". Но углубление религиозных чувств в Александре не принесло счастья русскому народу.
       Александр I стал смотреть на себя как на орудие Божьего Промысла, карающего Наполеона.
       "Не только в душе царя, но во многих думающих чутких людях либеральный энтузиазм сменился мистическим страхом перед силой Зла. Вера в Декларацию прав человека и гражданина сменилась смиренной верой в заповеди Христа. На них жаждал победитель Наполеона, Император Всероссийский построить свою власть, опираясь на эти заповедные мечты перестроить не только свою огромную Державу, но и всю Европу".
       В рождественском манифесте на 1815 год, вывешенном по всей России в церквах, Царь давал торжественное обещание "Принять единственным ведущим к благоденствию народов средством правило почерпнутое из словес и учения Спасителя нашего Иисуса Христа, благовествующего людям жить, аки братиям, не во вражде и злобе, но в мире и любви".
       Это было не мертвое официальное красноречие, это была действенная идеология, владевшая Александром, побудившая его создать Священный Союз. Но положить Евангельское учение в основу, как Российского Государства, так и в взаимоотношения между другими государствами было задачей, превышающей силы человеческие. Александр был уже надломлен. В нем не было цельности первых лет царствования, когда он провел ряд государственных реформ и начал борьбу с Наполеоном. При этом его собственная, искренняя, мучительно покаянная религиозность, в его ближайших сотрудниках и сановниках, претворилась в темное, принудительное ханжество..." 24
       По окончании заграничного похода у Александра I мистицизм (всегда бывший у него сильно развитым) окончательно завладел им, "он пришел к заключению, что Промысел Божий предначертал ему осуществить на земле братство народов посредством братства их монархов — некую всемирную теократическую монархию, "монархический интернационал". В это время Александр I перестал быть православным царем, "религиозность Государя носила в те времена характер интерконфессиональный, — он мечтал о "Едином народе христианском", думал реформировать христианство, переделывать Библию". 25
       В 1815 году, после окончательного разгрома Наполеона, Александр I составил в Париже план так называемого Священного Союза, к которому кроме турецкого султана и Папы Римского постепенно примкнули правители всех государств Европы.
       В акте Священного Союза (14 сентября 1815 года) заявлялось, что объединившийся монархи свою деятельность готовы "подчинить высоким истинам, внушаемым законом Бога Спасителя" и в своей политике "руководствоваться не иными какими-либо правилами, как заповедями сея святые веры, заповедями любви, правды и мира". Все члены Священного Союза обязались никогда не воевать друг с другом, а подданными управлять "как отцы семейств". "Императором Александром I, — указывает С. Платонов, — при совершении этого акта, руководил высокий религиозный порыв и искреннее желание внести в политическую жизнь умиротворенной Европы начала христианской любви и правды. Но союзники Александра, I особенности австрийские дипломаты (с Меттернихом во главе), воспользовались новым союзом в политических целях. Обязанность Государей всегда и везде помогать друг другу была истолкована так, что союзные Государи должны вмешиваться во внутренние дела от дельных государств и поддерживать в них законные порядок". 26
       Австрийский крещеный еврей Нессельроде был назначен Александром I министром иностранных дел. Бывший послушным орудием знаменитого австрийского дипломата Меттерниха, Нессельроде принес много вреде России.
       "По своим интересам и по своим привязанностям, — Нессельроде, — писал 1 октября 1823 года французский посол граф Лаферроне, — остается целиком преданным Австрии". "Русский министр" иностранных дел был послушной игрушкой в руках Меттерниха, использовавшего его для защиты эгоистических интересов Австрии и других государств во вред национальным интересам России".
       Химеры всегда останутся химерами и прекраснодушные идеологи всегда будут обыграны дальновидными политическими деятелями, использующими их в своих целях и проповедуемый ими интернационал — в своих национальных интересах.
       Весь трагизм этой идеи "заключался в том, что одна лишь Россия в лице двух венценосных сыновей Императора Павла искренне уверовали в эту метафизику, сделали Священный Союз целью своей политики, тогда как для всех других стран он был лишь средством для достижения их частных целей.
       Мистицизм Императора Александра I был таким образом умело использован, заинтересованными лицами и заинтересованными правительствами в своих собственных целях. В период с 1815 года по 1853 год, примерно в продолжении сорока лет, Россия не имела своей собственной политики, добровольно отказавшись во имя чуждых ей мистических тезисов и отвлеченной идеологии от своих национальных интересов, своих великодержавных традиций: более того, подчинив эти свои жизненные интересы, принося их в жертву этой странной метафизике, самому неосуществимому и самому бессмысленному из всех интернационалов — интернационалу монархическому". 27
       "С удивительной прозорливостью, — с горечью пишет Керсновский, — Россия спасала всех своих будущих смертельных врагов. Русская кровь проливалась за всевозможные интересы, кроме русских".
 
24Тыркова-Вильямс. "Жизнь Пушкина". Т. I, стр. 181
25Керсновский. "История русской армии", стр. 258.
26С. Платонов. Учебник русской истории.
27Керсновский. "История русской армии", стр. 280-281.

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1710


Возможно, Вам будут интересны эти книги: