Чарлз Райт Миллс.   Властвующая элита

3

В конце XIX в. старый армейский генерал, облаченный в свой сильно помятый синий мундир, все еще, казалось, был окутан пороховым дымом гражданской войны. В гражданскую войну он отличился, а в период между гражданской войной и скандальной испано-американской войной отчаянно сражался с индейцами. Его кавалерийская лихость уже потускнела, хотя временами все еще толкала его на безрассудства (вспомним сражения при Кустере и Литл Биг Хорн!). Он вел жизнь, несколько похожую на ту суровую жизнь, которую уважал Теодор Рузвельт. Он часто носил усы, иногда и бороду, и обычно производил впечатление человека, мало заботящегося о своей внешности. Генерал Грант носил когда-то солдатский мундир с нечищеными пуговицами и старинные ботфорты - и по его примеру стали одеваться и другие генералы. Такой старый служака сам участвовал в боях - только в период первой мировой войны были приняты некоторые меры для "сохранения квалифицированных кадров". В боях гражданской войны, а затем в стычках с индейцами погибло много генералов и масса полковников. В старой армии генерал добивался уважения солдат не тем, что занимался разработкой интендантских планов в Пентагоне; он завоевывал его тем, что лучше всех стрелял, крепче всех держался в седле, быстрее всех соображал в трудную минуту.

Попробуем изобразить жизненный путь типичного генерала 1900-х годов. Он происходил из старинной американской семьи, имевшей английских предков. Родился он примерно в 1840 г. где-нибудь в северо-восточной части Соединенных Штатов и воспитывался либо там, либо в северо-центральной части, в сельской местности или в маленьком городке. Отец его принадлежал к лицам свободных профессий, и вполне возможно, что он обладал политическими связями, которые либо пригодились, либо не пригодились будущему генералу в его карьере. Чтобы стать генерал-майором, ему понадобилось более 38 лет службы со времени вступления в армию или поступления в военное училище Вест-Пойнт. К моменту занятия им высокого командного поста ему было уже около 60 лет. Если он был человек религиозный, то он, надо полагать, имел обыкновение ходить в епископальную церковь. Был он человек женатый, и отец его жены (это, возможно, была уже его вторая жена) также принадлежал к лицам свободных профессий и тоже, возможно, имел какие-то политические связи. В период службы в армии наш генерал не принадлежал ни к какой политической партии, но после ухода в отставку принимал, возможно, известное участие в делах республиканской партии. Вряд ли он что-нибудь написал в своей жизни, и столь же маловероятно, чтобы кто-нибудь много писал о нем. По закону ему надлежало уходить в отставку в возрасте 62 лет. Умирали эти старые генералы в среднем в возрасте 77 лет.

Только третья часть генералов старой армии окончила Вест-Пойнт, и только четыре генерала окончили колледж; командиры старой армии в массе своей не имели специального образования. Впрочем, следует помнить, что многие обучавшиеся в Вест-Пойнте южане, численно преобладавшие в офицерском корпусе старой федеральной армии, покинули в свое время армию и отправились домой, чтобы сражаться в рядах армии конфедератов. Некоторые из армейских генералов 1900-х годов получили офицерский чин еще в период гражданской войны, другие сделали карьеру в рядах добровольческой милиции штатов, а иные лично завербовали в армию положенное число солдат и получили за это в свое время звание полковника. Вступив в ряды регулярной армии, такой офицер продвигался по службе уже автоматически, на основе выслуги лет; в военное время это продвижение значительно ускорялось. Так, например, в период испано-американской войны случалось, что офицеров сразу производили из полковников в генералы. По меньшей мере половина генералов старой армии имела связи с высокопоставленными генералами и политическими деятелями. Так, например, генерал Леонард Вуд, который в 1891 г. был капитаном медицинской службы, стал затем врачом при Белом доме, а позднее (в 1900 г.), при правлении своих друзей - президентов Теодора Рузвельта и Уильяма Говарда Тафта, - начальником штаба армии.

Из нескольких десятков тогдашних высших военных руководителей только трое когда-нибудь занимались коммерческими делами, да и то двое из них не служили в регулярной армии. В пограничных городах местные торговцы часто с любовью относились к этой старой армии, ибо она воевала с индейцами и с конокрадами. И к тому же наличие военного гарнизона было полезно для местной экономики, ибо это поощряло торговлю. А в более крупных городах воинским частям иногда поручали задачу срыва забастовок. Любили армию и мальчишки.

В период между гражданской войной и военно-морской экспансией, связанной с именем Теодора Рузвельта, армия была больше на виду у широкой публики, чем флот, и ее притязания на престиж поддерживались низшими слоями населения. Флот же был скорее похож на джентльменский клуб, предпринимавший время от времени исследовательские и спасательные экспедиции. Флот пользовался почетом среди высших классов общества. Это объяснялось тем (и отчасти вело к тому), что флотское офицерство отличалось от армейского более высоким социальным происхождением, а также лучшей профессиональной подготовкой.

Помимо унаследованного от англичан представления об особом значении морского могущества, прославлению флота способствовала еще теория адмирала Мехэна, связывавшего величие страны с ее морской мощью,- теория, охотно подхваченная тогдашним заместителем морского министра Теодором Рузвельтом. Возросший престиж, которым флот стал пользоваться среди более широкой публики в период испано-американской войны, объяснялся тем, что профессиональное искусство морского офицера представлялось профанам более таинственным, чем искусство армейского офицера: мало кто из штатских отважился бы попробовать командовать военным кораблем, тогда как многие рискнули бы командовать бригадой. Так как во флоте в отличие от армии не существовало милицейской системы, то флотский офицер обретал двойной престиж, основанный на профессиональном искусстве и на обязательном профессиональном образовании, полученном в морской академии в Аннаполисе. Имело значение и то, что в корабли, которыми командовали офицеры флота, вкладывались большие средства. И, наконец, в том же направлении действовала безграничная власть, которой облечен "хозяин корабля", что особенно резко выделялось на фоне издавна установившегося в морском деле презрительного отношения к матросам. Подобное обращение, применявшееся и к военным матросам, особо подчеркивало, разумеется, высокое положение офицеров.

Попробуем изобразить типичные черты биографии адмирала 1900-х годов. Он родился примерно в 1842 г. в семье колониста, и его предки были англичанами. Отец его был деятелем той или иной свободной профессии; существеннее, однако, то, что он происходил из высших слоев населения северо-восточного побережья страны, и скорее всего из семьи, проживавшей в не очень крупном городе. Будущий адмирал получил образование в морской академии и два года провел на учебном корабле. Во флот он поступил, когда ему было 14 лет от роду. Если это был религиозный человек, то уж непременно протестант. Примерно через 43 года после поступления в академию, в возрасте 58 лет, он стал контр-адмиралом. Женился он на девушке своего круга. Возможно, что он написал книгу, но вряд ли кто-нибудь написал книгу о нем; не исключено, однако, что после войны 1898 г. он получил почетную ученую степень. Из флота он ушел в отставку в возрасте 62 лет. В чине контр-адмирала он прослужил всего лишь 3 года. Умер он через 10 лет после положенного срока ухода в отставку. Адмиралы умирали в среднем в возрасте 72 лет.

Еще в 1900-х годах высший командный состав флота состоял поголовно из людей, окончивших военно-морскую академию в Аннаполисе, и выделялся к тому же джентльменскими манерами и привычками.

Адмиральский состав рекрутировался из более высоких социальных слоев, чем армейский генералитет, в нем было больше уроженцев восточных штатов, он имел более солидную общеобразовательную и затем специальную подготовку, полученную в морской академии. Адмирал 1900-х годов тоже, как правило, участвовал в свое время в гражданской войне, после которой медленно продвигался по служебной лестнице, избегая всяких новшеств как в личной жизни, так и на военной службе. Так как продвижение по службе совершалось обычно крайне медленно, то для него очень важно было получить офицерский чин как можно раньше, дабы успеть стать адмиралом до 62-летнего возраста, по достижении которого ему полагалось уйти в отставку. Чтобы стать капитаном, надо было обычно прослужить около 25 лет. "Офицеры так много времени проводили на низших постах, что так и не успевали научиться думать самостоятельно. Как правило, они достигали высших командных постов поздно, уже утратив молодость и честолюбие и научившись лишь повиноваться, а не командовать..."

От одной трети до половины всего срока своей службы высшие офицеры проводили в плавании, и происходило это, конечно, преимущественно в тот период, когда они занимали низшие посты. Из 35 высших командиров американского флота около половины возвращалось в то или иное время в академию в Аннаполисе в качестве преподавателей или администраторов. Некоторые из них проходили там адъюнктуру. Главная причина бюрократической беспомощности, которая зачастую явно обнаруживалась во флоте, состояла в том, что корабли, орудия и материальное снабжение становились в техническом отношении все более сложными, а люди, командовавшие всем этим хозяйством, получали свои посты не столько по признакам технических знаний, сколько на основе выслуги лет. Вот почему командир корабля чувствовал себя на нем не вполне уверенно и ему приходилось брать на себя ответственность за решение вопросов, в которых он не вполне разбирался. Начальники управлений, в ведении которых находился флот, были вхожи к министру и часто имели близких друзей среди членов конгресса. Но, несмотря на связи с видными людьми, только один адмирал тех времен стал бизнесменом и только два адмирала занялись (местной) политикой.

Так в основном выглядело в конце XIX в. находившееся под гражданским контролем военное ведомство Соединенных Штатов с его высшим офицерским корпусом, состоявшим лишь наполовину из профессионалов. Люди эти ни в каком существенном отношении не принадлежали к американской элите, состоявшей из бизнесменов и политиков. Но сейчас не конец XIX в., и исторические факторы, лимитировавшие в те времена общественный вес военных, ныне в большинстве своем не оказывают больше ни малейшего влияния на структуру социальных верхов Америки.

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1225


Возможно, Вам будут интересны эти книги: