Льюис Кори.   Морганы. Династия крупнейших олигархов

Глава 12. Пираты повержены

 

Лупите своего сынка

За то, что он чихает.

Он дразнит вас наверняка,

Нарочно раздражает.

 

Алиса в Стране чудес


   Война за контроль над «Олбани и Саскуэханна» вновь обострилась на совещании акционеров железной дороги в сентябре 1867 года. Каждая из сторон привела с собой по полдюжины адвокатов, Джим Фиск «принес целый мешок судебных постановлений», но группа Ремси – Морган подготовились не хуже. Гулд и Морган не присутствовали на совещании, но это было их стратегией.

   Это совещание акционеров некоторым образом напоминало спектакль. Толпы народа, полиция, ораторствующие адвокаты, судебные постановления, боевые тревоги. Жизнь народа была тусклой, и толпа жаждала лицезреть войну, которую бизнесмены вели друг с другом. Красноречивый Джим Фиск, «как всегда изысканно одетый, веселый и жизнерадостный», был особенным любимчиком толпы, сентиментальный пират, о котором впоследствии пели: «Он никогда не обижал бедняков». (Как раньше пелось о Джесси Джеймсе: «Джессии был человеком – другом бедняков», и о другом бандите: «Он грабил богатых и все раздавал беднякам».)

   Фиск сделал первый выстрел на совещании. Это было постановление судьи Барнарда, запрещавшее голосование по незаконным и фальшивым акциям – акциям, выпущенным Дж. П. Морганом и Ремси, что фактически ограничивало голосование по каким-либо другим акциям, кроме тех, о которых Фиск и Гулд знали, что эти бумаги составляют большинство. В таких обстоятельствах Ремси и Морган решили, что единственная их надежда – это сорвать голосование, и они представили постановление, запрещавшее инспекторам получать голоса выборщиков. Фиск был готов и к такому шагу, и еще до представления этого постановления его совещание удалило прежних инспекторов и выбрало новых, на которых этот указ не распространялся. Тогда Ремси представил еще одно постановление, запрещавшее голосование по определенным акциям, но по этим акциям голосовал управляющий, назначенный Фиском.

   В результате таких маневров Фиск добился контроля над этим совещанием акционеров, а Ремси и Морган удалились для организации своего собственного совещания. Готовый и к этому, Фиск представил постановление, запрещавшее инспекторам Ремси получать голоса по определенным акциям, а также выпущенный за день до этого судьей Барнардом приказ об аресте Ремси и еще трех сотрудников «Олбани и Саскуэханна». От другого судьи Ремси незамедлительно получил приказ о своем освобождении под залог. Тогда каждая из сторон выбрала свой собственный совет директоров (в совет Ремси вошел Дж. П. Морган) и приняла резолюции, обвинявшие друг друга в мошенничестве, насилии, преступлениях и аморальных действиях.

   Совещание акционеров так и не приняло никакого решения, и война на уничтожение разгорелась с новой силой – еще семь судебных разбирательств, множество постановлений, слушания дел о неуважении к суду, а также множественные аресты. Построенная для того, чтобы служить людям, «Олбани и Саскуэханна» была полностью деморализована. Общественность негодовала, и тогда генеральный прокурор штата Нью-Йорк от лица народа возбудил дело против Моргана, Гулда, Ремси, Фиска и сорока двух других человек с целью определить, какие же лица являлись законными директорами «Олбани и Саскуэханна». Дело перешло под юрисдикцию высших государственных судов, чего именно и добивался Морган.

   Хотя Гулд и Фиск сохранили контроль над советом директоров «Эри» на выборах в октябре, их позицию сильно пошатнула черная пятница и ряд других событий. Предвидя развитие ситуации и готовясь к юридической борьбе за «Олбани и Саскуэханна» в Верховном суде, Морган совершил обходной маневр против Гулда и Фиска. В ноябре Ремси, как один из акционеров, добился постановления Верховного суда, отстранявшего Гулда, Фиска и их сообщников от службы на постах сотрудников и директоров «Эри» по причине глубоко неправильного поведения и крупных злоупотреблений на вверенных им постах. Жалоба Ремси рассматривалась в рамках устава Нью-Йорка, позволявшего Верховному суду снимать с поста любого директора корпорации в каждом случае, когда тот злоупотребляет доверием выборщиков. В своей жалобе Ремси обвинял Гулда, Фиска и их пособников в беспринципном узурпировании обманным путем контроля над собственностью акционеров, в присвоении миллионов долларов «Эри», в утрате доверия и репутации, в использовании денег компании для своих спекуляций золотом и подкупа политических деятелей, в невыплате дивидендов и в результате в деморализации работы «Эри», что повлекло за собой ужасные беды, разрушения и смертельные случаи. Помимо снятия Гулда, Фиска и их пособников с постов сотрудников и директоров, суд отказал им в использовании каких-либо прав, привилегий или полномочий в отношении указанной компании, или ее франшиз, прав собственности в любом виде до последующих указаний суда. Более того, неуволенным директорам «Эри» было запрещено выбирать новых директоров и иметь что-либо общее с отстраненными директорами и сотрудниками.

   Всем стало ясно, что поражение пиратов окончательное и полное. «Заговорщики «Эри» потерпели крах, – с радостью объявила «Нью-Йорк таймс». – Господа Гулд, Фиск и их сотоварищи лишились власти, которой они злоупотребляли и торговали как проститутки. Справедливость хоть и с опозданием, но все же встала на правильные рельсы».

   Но радоваться было еще рано, и обходной маневр Моргана не был столь успешным, как казалось. Решение об отстранении было принято 23 ноября и вступало в силу лишь на следующий день. Гулд и Фиск забаррикадировались в помещениях «Эри», выставили вооруженную охрану и отказались выполнить решение суда. И опять нелегалы обратились за помощью к закону. Судья одного из штатов, временно находившийся в Нью-Йорке, за пределами своей юрисдикции, согласился выписать постановление, приостанавливающее вступление в силу решения суда об отстранении Гулда и Фиска. Вслед за этим надежный судья Барнард издал постановление, которое запрещало Ремси продолжать это судебное дело, восстанавливало Гулда и Фиска в их должностях, запрещало им игнорировать выполнение каких-либо решений совета директоров «Эри». И снова посыпались слушания дел о неуважении к суду, новые постановления, аресты и огромные гонорары адвокатам. Газеты возмущались таким ведением дел. В самый разгар этой мелодраматичной тяжбы Гулд пробрался в Олбани и в своей оригинальной манере добился от легислатуры принятия решения о том, что государственный суд не может рассматривать дело о смещении директоров корпорации, возбужденное любой понесшей ущерб частной группой. Это было позволено только генеральному прокурору страны, а эту должность на тот момент занимал человек Гулда.

   Получив отпор в своем обходном маневре, Морган выиграл в главном – в обвинении против заговорщиков «Эри». В декабре 1869 года Верховный суд штата Нью-Йорк вынес свое решение по делу «Олбани и Саскуэханна». Выборы совета директоров под руководством Дж. Пирпонта Моргана были признаны неоспоримо законными, а действия группы Гулд – Фиск основывались на заговоре и мошенничестве. Гулду, Фиску и их сотоварищам «навсегда запрещалось» возбуждать какие-либо новые судебные дела по данному вопросу, а группа Моргана – Ремси получала право на возмещение всех расходов. Морган незамедлительно приобрел железную дорогу «Олбани и Саскуэханна» на правах аренды для «Делавэр и Хадсон кэнел компани», в результате чего стоимость их акций возросла до ста долларов и принесла прекрасные прибыли.

   Такое решение было уж слишком благосклонным для группы Моргана – Ремси, и после апелляции суд отменил законность выборов директоров Моргана, но оставил без изменения решение о компенсации расходов и недопустимости дальнейших судебных разбирательств. Но новые слушания больше не интересовали Джея Гулда. В 1872 году он был изгнан из «Эри» группой английских акционеров, которые использовали методы Гулда против него самого.

   Уже в течение многих лет эти английские акционеры старались отстранить Гулда от управления «Эри», чтобы покончить с воровством и восстановить получение дивидендов. Устав от несостоятельности закона, они решили использовать другие, далекие от закона методы, и Гулд предоставил им такую возможность, когда надумал придать «Эри» респектабельный вид путем создания нового совета директоров, в состав которого входили уважаемые бизнесмены (среди них был и Джуниус Морган, фирма которого представляла интересы «Эри» в Лондоне). Узнав о таких замыслах, прежние директора предложили себя на продажу группе английских акционеров. Сделка закончилась выплатой трехсот тысяч долларов и смещением Гулда. Генерал Дэниел Сиклс, американский посланник в Испании, взявший отпуск для проведения кампании против Гулда, получил сто пятьдесят тысяч долларов за свои услуги по подкупу директоров «Эри». Общая стоимость такого переворота составила семьсот пятьдесят тысяч долларов. Лондонские банкиры Бишофшайм и Голдсмит, которые организовали заговор против Гулда, обеспечивали представительство «Эри» в Англии.

   И все же старый Джуниус Морган отомстил, добившись выплаты семидесяти тысяч долларов в качестве компенсации за его отказ от договора о продаже облигаций «Эри». Бишофшайм и Голдсмит тоже получили компенсацию как за это, так и за расходы по отлучению Гулда от получения доходов от продажи ценных бумаг «Эри». Новое управление железной дороги потребовало от Джея Гулда возместить украденные у «Эри» девять миллионов долларов, и тот уладил дело за пять миллионов долларов, но при условии, что с ним будут консультироваться по вопросам работы железной дороги и позволят купить двести тысяч акций «Эри» по рыночной цене. Гулд сделал так, зная, что новости о решении этого вопроса поднимут цену на ценные бумаги «Эри», после чего он продал свои акции. Полученная прибыль, по словам Гулда, «возместила мне те деньги, которые я выплатил «Эри»». Сверх всего, оказалось, что стоимость ценных бумаг, которые Гулд использовал для урегулирования этого дела, составляла лишь двести тысяч долларов. На своем поражении, как и в заговоре черной пятницы, Джей Гулд умудрился сделать миллионы. Британские журналы рассматривали эту сделку как свидетельство очень нездорового состояния коммерческой морали, с чем не могла не согласиться «Нью-Йорк таймс».

   Победа Дж. П. Моргана над Джеем Гулдом и Джимом Фиском произвела огромное впечатление на его современников, по мнению которых это соперничество, которое велось как посредством законных актов, так и силой оружия, сделало господина Моргана всеми уважаемым финансистом. Это стало новой концепцией финансиста, учитывавшей тенденции того времени. Победа над людьми, которые сумели навязать свою волю самому Корнелиусу Вандербилту и терроризировали все деловое сообщество, стала достижением, отметившим появление на сцене доминирующей личности. Прежние банкиры либо побаивались Джея Гулда и Джима Фиска, либо участвовали в их аферах, либо сами использовали аналогичные методы. Более того, зачастую они опасались применять такую напористую тактику, которая требовалась при данных обстоятельствах. Но Морган этого не страшился. Он отвечал ударом на удар и вероломством на вероломство. Впоследствии для достижения своих целей он объединил эти методы с использованием большого капитала. Такое сочетание стало непобедимым.



<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1517


Возможно, Вам будут интересны эти книги: