Составители Ф. Эйджи и Л. Вулф.   Грязная работа ЦРУ в Западной Европе

Джон Марко — Как распознать шпиона

Эта статья впервые появилась
в ноябре 1974 г. в журнале
«Вашингтон мансли».




Однажды ночью, около десяти лет назад, сотрудник службы безопасности государственного департамента, бродя тайком по американскому посольству в Сантьяго (Чили) в поисках коммунистических микрофонов, обнаружил подслушивающее устройство, тщательно замаскированное в кабинете старшего «политического советника». Сотрудник безопасности, как и любой в посольстве, знал, что этот особый «политический советник» был в действительности руководителем резидентуры или старшим оперативным работником Центрального разведывательного управления в Чили. Подслушивание его кабинета было бы, несомненно, крупным успехом противника. Сотрудник службы безопасности с победным видом извлёк микрофон из стены и только позднее узнал, что он был установлен самим резидентом ЦРУ.

Поводом к тому, чтобы расположить помещение ЦРУ в посольстве (и это относится к посольствам США в большинстве стран мира) послужил президентский приказ, согласно которому государственный департамент отвечает за прикрытие и размещение ЦРУ. Подобно разведывательным службам многих других стран, ЦРУ не склонно создавать зарубежные представительства со своей вывеской, и поэтому необходимую ему крышу предоставляют американские посольства и реже — военные базы. Государственный департамент придаёт респектабельность оперативникам ЦРУ, снабжая их для этого такими титулами и визитными карточками, которые открывают «чистым» дипломатам двери в иностранные правительственные круги. Защищённые дипломатическим иммунитетом, оперативные работники вербуют местных служащих в качестве агентов для сбора разведывательных сведений и, особенно в странах третьего мира, для помощи ЦРУ в манипуляциях внутренними делами государств.

ЦРУ исключает своих людей из дипломатических списков только в Германии, Японии и других странах, где имеются большие американские военные контингенты. В таких странах штаб-квартира ЦРУ остается в посольстве США, а большинство разведывательного персонала имеет военные прикрытия. Около 500 тысяч солдат и офицеров армии США разбросаны по всему миру, и «подразделения» ЦРУ, растворённые среди них, не привлекают нежелательного внимания.

С другой стороны, для сотрудников ЦРУ затруднительно скрываться среди американского дипломатического корпуса, поскольку более четвертой части из 5435 служащих, работающих на государственный департамент за рубежом, на самом деле являются сотрудниками ЦРУ. В таких странах, как Аргентина, Боливия, Бирма и Гайана, где управление имеет специальные интересы и проекты, насчитывается почти столько же оперативных работников ЦРУ под прикрытием самостоятельных дипломатических должностей, сколько истинных служащих госдепартамента. ЦРУ также посылает небольшое количество своих работников на должности в другие правительственные учреждения США, которые находятся за границей, в частности в Управление международного развития, под прикрытием программы подготовки полицейских служб в Латинской Америке.

(Примечание составителей: После многочисленных общественных протестов против экспорта Соединёнными Штатами репрессивных методов путём массированных поставок полицейского снаряжения и обучения иностранной полиции тактике допроса и пыток, после 1961 года, отдел общественной безопасности Управления международного развития (УМР) был закрыт конгрессом в июле 1975 года.)

Удивительно, что, хотя ЦРУ заботится о маскировке своих сотрудников, их так легко выявить. Посмотрим, почему посольские прикрытия так прозрачны:

• ЦРУ имеет обычно ряд изолированных помещений в посольстве, часто с экзотически выглядящим цифровым замком на наружной двери. В Мадриде, например, как сообщает источник из государственного департамента, ЦРУ занимает весь шестой этаж посольства. Там работает около 30 человек. Одна половина замаскирована как «персонал ВВС», а другая — как «политические советники» государственного департамента. Все местные испанские служащие знают, кто работает на каком этаже посольства; это могут понять и посетители.

• Обычно сотрудники ЦРУ стараются держаться вместе. Если они отправляются на ленч, на коктейль или встречают самолет из Вашингтона, они скорее поедут со своими друзьями, чем с «чистыми» дипломатами. Выявив одного, можно легко установить остальных.

• В отличие от государственного департамента, ЦРУ имеет другую форму социального страхования. Ведомости страховых премий, которые не являются секретными и обычно доступны местным служащим, полностью раскрывают сотрудников ЦРУ.

• Сотрудник ЦРУ ещё на первоначальной стадии подготовки обучается тому, что громкий фоновый звук мешает подслушиванию. Вы можете быть уверены, что сотрудником ЦРУ в посольстве является тот, кто постоянно держит радио включенным.

• Как ни странно, несмотря на категорический отказ государственного департамента комментировать что-либо относящееся к ЦРУ, им регулярно публикуются два документа — «Список сотрудников дипломатической службы» и «Биографический справочник», которые при тщательном просмотре дают имена большинства разведчиков ЦРУ, действующих под дипломатическим прикрытием.

Вот как это делается.

Настоящие американские дипломаты в своих взаимоотношениях с ЦРУ настаивают на одном: чтобы корпус чиновников дипломатической службы (ЧДС) оставался чист. Хотя есть слухи об исключениях, заграничным сотрудникам ЦРУ всегда дают прикрытие в резерве дипломатической службы (РДС) или в аппарате дипломатической службы (АДС), но не ЧДС. Конечно, имеется ряд законных сотрудников государственного департамента, Управления международного развития и информационного агентства США, которые числятся в РДС и в АДС, поэтому надо проявлять осторожность, чтобы не спутать этих людей со шпионами.

Выявление шпионов начинают с просмотра «Списка сотрудников дипломатической службы» данной страны, где указаны их служебное положение и ранг.

«Список сотрудников дипломатической службы» даёт ещё один ключ к выявлению официальных должностей дипломатов. Из всех обязанностей, которые выполняют настоящие представители государственного департамента, самой важной обычно считается составление политических донесений. Хотя настоящие сотрудники РДС часто занимают административные и консульские должности, им никогда не поручают важной политической работы. Поэтому, если в списке всё же появляется сотрудник РДС как политический работник, это, скорее всего, работник ЦРУ, использующий свой пост в качестве прикрытия. Есть и исключение из этого правила: сравнительно немногие представители групп меньшинства привлекаются на дипломатическую службу в качестве резервных чиновников по особой программе. Они занимают исключительно низкие должности, и их биографические данные выглядят иначе, чем данные людей ЦРУ.

Наконец, есть ещё один почти верный признак. Если сотрудник включен в «Биографический справочник» как «аналитик» министерства армии (или военно-морских, или военно-воздушных сил), можете биться об заклад, что он в действительности работает на ЦРУ. Среди сотен просмотренных имён в списках не нашлось ни одного истинного сотрудника государственного департамента, занимающего такую должность.

Как-то, изучая эти документы, я узнал, что ЦРУ направило оперативного работника в Пекин. Для уточнения я позвонил эксперту государственного департамента по Китаю, исполняющему обязанности помощника государственного секретаря Артуру Хаммелю. После того как я представился в качестве репортёра, работающего над статьей для журнала, и объяснил, откуда я добыл информацию, Хаммель закричал: «Я знаю, что вы замышляете, и не стану вам содействовать. Большое спасибо!» — и бросил трубку.

Другой служащий государственного департамента подтвердил, что решение направить разведчика в Пекин было принято в начале 1973 года, но заявил, что предание огласке присутствия там оперативного работника могло бы повредить китайско-американским отношениям. Ни этот служащий, ни кто-либо из его коллег, казалось, не допускали и мысли, что правительство США не обязано назначать человека ЦРУ туда или куда-либо ещё. Первая американская миссия в Китай после 1949 года, вероятно, могла бы быть сформирована исключительно из подлинных дипломатов, если вопрос о подрыве отношений был настолько щепетилен. Однако убрать ЦРУ из Пекина означало бы идти против основной аксиомы послевоенной внешнеполитической установки — ЦРУ выступает под флагом американских посольств.

Можно предполагать, что китайское правительство достаточно сообразительно, чтобы выявить разведчика путём изучения доступных открытых документов. В действительности же его прибытие, возможно, было согласовано с китайцами, которые, вероятно, желали аналогичных привилегий для их секретной службы в Вашингтоне.

Принося в жертву государственный департамент. К большому беспокойству немногих высокопоставленных лиц в государственном департаменте, процент людей ЦРУ по отношению к персоналу департамента за рубежом в последние годы постоянно рос. Точные цифры тщательно скрываются, но некоторые источники из государственного департамента подтверждают эту тенденцию. Они называют главной причиной ряд сокращений в государственном департаменте, которые ударили по нему тяжелее, чем по ЦРУ. Если что и беспокоит государственный департамент, заявил один профессиональный дипломат, так это не «принцип», по которому он должен предоставлять ЦРУ прикрытие. Это бесспорно, говорит он. Скорее, дело в том, что большинство настоящих дипломатов не хотят стать меньшинством в своей профессии, не хотят, чтобы во всем мире их путали с исполнителями грязных трюков ЦРУ. Все они относят себя к людям более достойной профессии.

В то время как государственный департамент сравнительно спокойно принимал сокращения штатов, проводимые администрациями Джонсона и Никсона, два источника, знакомые с бюджетом ЦРУ, сообщили, что управление делало всё возможное, чтобы избежать сокращений. По традиции, когда посторонние, даже президенты, пытались вмешиваться в распределение кадров управления, ЦРУ сопротивлялось, выдвигая соображения «национальной безопасности». А когда этот аргумент не срабатывал, ЦРУ прибегало к бюрократическим уловкам: сокращало должность и затем заменяло ушедшего работника «договорным» или «местным» служащим, которого можно было не показывать в штатном расписании, или увольняло технического сотрудника, специалиста по вспомогательным тайным операциям — аренде «конспиративных квартир», обмену валюты и установке подслушивающих устройств, — а затем та же работа выполнялась специалистами из Вашингтона, направленными в «краткосрочную» командировку.

Не только государственный департамент предоставляет прикрытия для ЦРУ, но даже сенат, и особенно его комиссия по иностранным делам, поощряет существующую практику направления за границу 25 процентов нашего «дипломатического» корпуса под фальшивым предлогом. Ежегодно комиссия одобряет и направляет на рассмотрение и утверждение сената списки «сотрудников резерва дипломатической службы для назначения консульскими работниками и секретарями в дипломатическую службу Соединённых Штатов Америки». В 1973 году из 121 человека, представленного государственным департаментом, более 70 составили оперативные работники ЦРУ. Согласно осведомлённому источнику, комиссии было названо в неофициальном порядке количество людей ЦРУ в списках, но не уточнено, кто они. Насколько помнится, ни один сенатор публично не возражал против участия в устройстве крыши для ЦРУ.

Когда весной 1974 года государственный секретарь Генри Киссинджер решил исследовать вопрос о соотношении числа сотрудников государственного департамента и ЦРУ в зарубежном аппарате, выяснилось, что подлинных сотрудников государственного департамента за рубежом стало меньше. Высокопоставленный чиновник государственного департамента Дин Браун, который настаивал на срочном проведении исследования, поручил эту работу Малкольму Туну, профессиональному дипломату, послу США в Югославии. Тун возвратился в Вашингтон для составления совершенно секретного доклада.

Просивший не быть названным и отказавшийся предоставить конкретные цифры источник, близкий к Киссинджеру, говорит, что доклад Туна призывает к значительному сокращению сотрудников ЦРУ, находящихся за рубежом под дипломатическим прикрытием. Источник добавляет, что Киссинджер не принял решения по этому вопросу.

Киссинджер всегда действовал очень осторожно, когда дело касалось ЦРУ. Один из его бывших помощников замечает, что Киссинджер на правительственных совещаниях по-особому относился к управлению, хотя потом в частной беседе презрительно упоминал об этом. Во всяком случае, Киссинджер, бесспорно, является сторонником необходимости тайного вмешательства ЦРУ во внутренние дела других стран — он был главным вдохновителем действий управления против Сальвадора Альенде в Чили. Однако вопрос о том, сколько должностей для прикрытия обязан предоставить государственный департамент ЦРУ, является чисто формальным, а не основным для внешней политики Киссинджера. Государственный секретарь, вероятно, не займёт определённую позицию до тех пор, пока не увидит, какое противодействие вызовет ЦРУ в Белом доме и подкомиссиях конгресса, которые, как предполагается, наблюдают за деятельностью ЦРУ.

ЦРУ, не теряя времени, предприняло контрнаступление. 19 июля на закрытом совещании с помощниками ведущих конгрессменов-демократов Карл Дакетт, заместитель директора ЦРУ по информационной работе, сожалел о сокращениях, рекомендованных в докладе Туна. По словам одного из присутствовавших, Дакетт сказал, что даже без дальнейших сокращений в посольствах ЦРУ сейчас не располагает достаточным количеством людей за рубежом.

Сотрудников ЦРУ, должно быть, особенно обеспокоили рекомендации Туна, поскольку в странах, где нет военных баз США, единственной альтернативой посольскому прикрытию является глубокое, или неофициальное, прикрытие. Американские корпорации, действующие за рубежом, давно сотрудничают в предоставлении должностей ЦРУ и, вероятно, будут действовать так и впредь. Управление также, очевидно, должно сделать больший упор на использование мелких фирм, где меньше людей будет знать о тайных связях. Можно привести два примера такого рода:

• «Роберт Муллен энд Ко» — вашингтонский рекламный концерн, в котором работал Говард Хант после ухода из ЦРУ и до проникновения в национальную штаб-квартиру демократической партии. Муллен обеспечивал разведчиков ЦРУ крышами в Стокгольме, Мехико и Сингапуре, а в 1971 году создал совместно с ЦРУ филиал под названием «Интерпрогресс». Согласно секретному документу управления, включённому в свидетельства юридической комиссии палаты представителей, по меньшей мере два зарубежных источника (ЦРУ) имели касательство к приёму этой компании в качестве филиала концерна «Роберт Муллен энд Кo».

• «Сайколоджикал ассесмент ассошиэйтс» — вашингтонская консультативная фирма по вопросам психологии, специализировавшаяся на исследованиях и анализе поведения. По признанию её президента Джона Гиттинджера, большую часть деловых операций компании после её основания в 1957 году тремя бывшими психологами ЦРУ составляли контракты управления. Фирма имела двух представителей в Гонконге, по крайней мере до июня 1974 года.

Если их прикрытие будет оставаться крепким, то нельзя будет установить принадлежность компании этого рода и разведчиков, которые работают под её прикрытием, к правительственным учреждениям. Но управление с течением лет уяснило, что значительно труднее и дороже послать разведчика под видом бизнесмена (или миссионера, или журналиста), чем назначить его в посольство. Как частное лицо, разведчик автоматически не раскрывается перед ведущими официальными лидерами страны пребывания и иностранными дипломатами, не имеет прямого доступа к системам связи и вспомогательным средствам ЦРУ, которые обычно расположены в посольствах. Более того, как объясняет бывший сотрудник ЦРУ: «Парни под глубоким прикрытием лишены мобильности. Они не имеют соответствующего паспорта. Они подчиняются местным законам и должны платить налоги. Если вы попытаетесь поставить такого человека на влиятельный деловой пост, вы должны пройти через все формальности с компанией».

Кому нужны тайные агенты? Всё, за исключением необходимости держать в тайне его существование, говорит за то, что лучше иметь сотрудника разведки в составе посольства. Возникает вопрос, так ли в действительности важно сохранять в тайне его существование, что в свою очередь зависит от того, насколько важна его тайная деятельность.

Может ли разумный человек, изучив историю за последние двадцать лет, от Гватемалы до Кубы, от Вьетнама до Чили, оспаривать утверждение, что тайная деятельность ЦРУ принесла что-либо иное, кроме непрерывных бедствий? Наступило время покончить с ними. Большинство военных и экономических разведывательных сведений, которые нам необходимы, мы можем получать с помощью наших спутников (они уже обеспечивают почти всю нашу информацию о русском ядерном оружии), а также чтения прессы и имеющихся в избытке подборок открытых сообщений. Что касается политической разведки, которая, в сущности, сводится к оценке намерений иностранных руководителей, то мы фактически не нуждаемся в такого рода сведениях по странам третьего мира, если не стремимся вмешиваться в их внутренние дела. Относительно Советского Союза и Китая, стран достаточно могущественных, чтобы действительно угрожать нашей национальной безопасности, своевременная политическая информация могла бы быть большой подмогой. Но за последние 25 лет мы основывались на открытых источниках и сведениях, собранных с помощью технических средств, поскольку наши агенты доказали неспособность проникнуть в эти закрытые общества. Шпионская деятельность ЦРУ не приносит достаточной практической выгоды, чтобы морально оправдать и компенсировать содержание тысяч отлично подготовленных мастеров подкупа, подрывных действий и краж со взломом за рубежом в качестве «представителей» нашего правительства.

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 3684


Возможно, Вам будут интересны эти книги: