Юрий Бегунов.   Тайные силы в истории России

ТЕКСТЫ

1. Письмо Е. Д. Кусковой к Н. В. Вольскому от 15 ноября 1955 г.

Самый трудный вопрос о масонстве. Наше молчание было абсолютным. Из-за этого вышла крупная ссора с Мельгуновым. Он требовал от нас раскрытия всего этого дела. А узнал он об этом от тяжко заболевшего члена его партии (хоть убей не помню его фамилию: на Л., народник, очень известный). Мельгунов доходил до истерик, вымотал из меня (еще в России!) данных и заверял, что ему «все» известно. Я хорошо знала, что ему ничего почти неизвестно, как и Бурышкину. Потом он в одной из своих книжек, сделал намек, что такое существовало. Скажу Вам кратко, что было.

1) Началось после гибели революции 1905 г. Во время диких репрессий. Вы их знаете.

2) Ничего общего это масонство с заграничным масонством не имеет. Никогда ни в какой связи с ним не состояло на том простом основании, что это русское масонство отменило весь ритуал, всю мистику и прибавило новые параграфы.

3) Цель масонства: политическая. Восстановить в этой форме «Союз Освобождения» и работать в подполье на освобождение России.

4) Почему выбрана такая форма? Чтобы захватить высшие и даже придворные круги. На простое название политическое они бы не пошли.

5) Изменение параграфов: а) прием женщин впервые. В масонские ложи заграничные женщины не допускаются; в) отменить все эти фартуки, всю амуницию, весь ритуал; с) посвящение состояло лишь в клятве — молчание, абсолютное. Качество — мораль, доверие. Форма — ложи по 5 человек и затем конгрессы. Ложи не должны были знать о существовании других лож. Но по встречам на конгрессах можно было судить о размахе движения и его составе; d) выход опять с клятвой: никогда и никому, просто «заснуть». Таких выходов не помню: интерес к движению был огромен, и наша «пробковая комната» действовала вовсю. Характерная особенность: я знаю двух виднейших большевиков, принадлежавших к движению. Когда произошла Октябрьская революция, мы с С. Н. были уверены, что все будет вскрыто. Партия ведь не терпела тайн членов. Ничего подобного! Уверена, что эти виднейшие большевики тайну соблюли, быть может, из боязни репрессий и по отношению к себе. Людей высшего общества (князьев и графьев, как тогда говорили) было много. Вели они себя изумительно: на конгрессах некоторых из них я видела. Были и военные — высокого ранга.

Почему нельзя вскрыть это движение? Потому, что в России не все члены его умерли. А как отнесутся к живым — кто это знает? Движение это было огромное. Везде были «свои люди». Такие общества как «Вольно-Экономическое», «Техническое» были захвачены целиком. Это — рецепт «Союза Освобождения». Ведь еще во время его действия в «Вольно-Экономическом обществе» прочно уселись его члены: Богучарский, Хижняков — секретари, С. Н. — председатель Экономической секции. То же и в «Техническом обществе»: Лутугин, Бауман — в центре. В земствах то же самое. Масонство тайное лишь продолжило эту тактику.

П. Н. Милюков, осведомленный об этом движении, в него не вошел: «Я ненавижу всякую мистику!» Но много членов кадетской партии к нему принадлежали. Но так как Милюков был в центре политики, его осведомляли о постановлениях конгрессов. Иногда и сам он прибегал к этому аппарату: надо, дескать, провести через него то-то и то-то.

Одно из правил: не обращаться за членством к людям, казавшимся непрочными в их моральном или политическом естестве. Многие кандидатуры, строго обсуждавшиеся, отвергались. Изумительно: не было там провокаторов, á 1а Марков, которого покойный В. А. Розенберг ненавидел и звал «косоглазым лгуном», и осуждал Сергея Николаевича за то, что тот привлек его к своему кабинету. Ведь и до сих пор тайна Движения, тайна этой организации не вскрыта, а она была огромна. К Февральской революции ложами была покрыта вся Россия. Здесь, за рубежом, есть очень много членов этой организации. Но — все молчат. И будут молчать — из-за России еще не вымершей. Один только В[ельмин] как-то случайно и уже под конец туда попавший, как будто пробалтывается. Но слышала об этом мельком, и с ним в контакт по этому поводу не вступила. После смерти С. Н. получила несколько телеграмм, кратких: «Fratеrnellement aves vous. Такой-то». Какое-то «братство», было очень ясно выражено в отношениях, хотя после Октября и разошлись во мнениях. Но личный контакт из-за этого прошлого всегда поддерживался. Писать об этом не могу и не буду. Без имен это мало интересно. А вскрывать имена — не могу. Мистики не было, но клятва была. А она действительна и сейчас по причинам Вам понятным.

Много разговоров о «заговоре» Гучкова. Этот заговор был. Но он резко осуждался членами масонства. Гучков вообще подвергался угрозе исключения. А после дела Конради, в котором он вел себя совершенно непонятно и вызвал скверные подозрения, с ним вообще старались в интимные отношения не вступать <… >

2. Из письма Е. Д. Кусковой к Л. О. Дан от 12 февраля 1957 г.

…Вы забываете, что 9/10 русских людей были не только беспартийны, но они ненавидели партии и партийность… Эту голую в смысле политическом среду надо было прежде всего вычистить. Этой работой мы и занимались. Она была очень трудна… Заметили, вероятно, наши широкие отношения с «князьями и графьями»? Это — земская среда. Ее надо было привлечь на сторону революции. Это было сделано. Причем, поистине дружеские отношения остались между нами и этой средой потом, после революции.

Надо было завоевать военщину. Лозунг — демократическая Россия и не стрелять в манифестирующий народ. Объяснять приходилось много и долго, — среда косная. Успех там был довольно большой.

Надо было «взять в наши руки» «Императорское Вольно-Экономическое общество», «Техническое общество», Горный институт и др. Это было проделано блестяще: всюду были там «наши люди»… Пропаганде было где развернуться. Особенно большую роль сыграл Горный институт (Лутугин, Бауман и другие профессора). Без всех этих подсобных учреждений мы не смогли бы так широко провести «Освобождение», банкеты, заявления земцев и т. д.

Учительская среда. Весьма косная. Проведение съездов, местных и всероссийских.

Кооперация… Все это было сплошь беспартийно, и в некоторых угла x— темно и антиобщественно. Работы было столько, что мы никогда не могли отдохнуть… Политически революционализировалась абсолютно беспартийная среда…

Что касается «поцелуя» и проч., то при одном из обысков у С. П. Мельгунова нашли целый ящик фартуков, крестов и т. д. — от деда его, масона. Все это из новой организации было выкинуто. Осталось одно: моральная связь и требование действий без партийных склок и всех этих болезненных явлений русской партийности. Так это и было. Ссор совершенно не помню, а взаимоподдержку — всякую! помню очень хорошо.

3. Диспозиция № 1.

1) Признать, что война ведется на два фронта: против упорного и искусного врага во вне и против не менее упорного и искусного врага внутри.

2) Отделить определенно и открыто людей, понимающих и признающих наличность внутренней войны, столь же важной, как и внешняя от людей, не понимающих или не желающих признать наличность двух войн.

3) Признать, что достигнуть полной победы над внешним врагом немыслимо без предварительной победы над врагом внутренним.

4) Признать, что полная победа внутри означает публичное и окончательное связующее преклонение всех без исключения лиц в империи перед утверждением: «Русский народ есть единственный державный хозяин земли русской», в соответственными из сего практическими выводами, а именно: право хозяина иметь свое мнение, открыто высказывать и требовать беспрекословного подчинения его организационной воле.

5) Для успешности борьбы по внутреннему фронту отстаивать идеи всяких блоков и объединений с элементами зыбкими и сомнительными, немедленно назначить штаб верховного командования из десяти лиц, предоставив сие основной ячейке: князь Львов, А.И. Гучков и А.Ф. Керенский и, отказавшись при выборе кандидата от назначения по признаку личного уважения и прошлых заслуг, а назначить исключительно по признакам: а) ясности мышления, б) честности слова и в) твердости воли.

6) Признать, что организация борьбы за народные права должна вестись по установленным правилам военной централизации и дисциплины, совместно с широкой инициативой отдельных частных начальников. Лозунг объединения и борьбы: возвращение в руки хозяина — Русского народа в лице его организованного представительства — прав, узурпированных за время его несовершеннолетнего приказчика.

7) Верховное командование организованным народом в борьбе за свои права принять на себя А. И. Гучкову, как объединяющему в себе доверие армии и Москвы, отныне не только сердца, но и волевого центра России.

8) Методы борьбы за права народа должны быть мирными, но твердыми и искусными. Памятуя, что лиц с именами, на которые с упованием взирают армия и народ, никто тронуть не посмеет, эти лица должны дерзать произносить своевременно слова и действия, другим недоступные. Коронованные народным доверием и надеждой, они должны принять на себя не только лавры венков, но и их тернии.

9) Мирная борьба разумеет, прежде всего, открытое и всенародное отделение козлищ от овец. Кто за народ, должен быть отделен и соорганизован, дабы тверды и дисциплинированы были его кадры. Кто против народа, тот должен быть занесен в особый список с занесением его поступков к ответственности за задержку дела обновления России.

10) Сия работа, не касающаяся обыкновенных граждан, а исключительно лиц, участвовавших в государственной машине и общественной деятельности, дает возможность определить силы обоих лагерей, и в зависимости от этого укажет и способы мирной борьбы.

11) Мирная борьба должна оперировать не методами забастовок, вредных для войны внешней и для интересов населения и государства, а методом отказа войск, борцов за народное дело от какого бы то ни было общения с лицом, удаление которого от государственных и общественных функций декретировано Верховным Командованием. В связи с этим все отрицательные поступки лиц у власти должны быть открыто и всенародно «записаны на книжечку», с предупреждением, что по окончании войны будет отдан приказ «К расчету стройся!», и никакие торжества по случаю мира и естественные утомления не смогут сломать решимости расчет этот произвести по заслугам перед народом и армией. Должно быть твердо установлено, что врагам народа в эту поворотную минуту амнистии не будет в течение 10 лет после заключения мира.

12) Признать, что внешним фактором успеха или проигрыша внутренней войны представляется пресса и ее повышающее — правдиво патриотическое — или понижающее — лживо пошлое — воздействие на массы. Посему:

а) перестать сентиментальничать с прессой, руководители которой цинично набивают себе карманы, покупая свои доходы прислуживанием к врагам народа;

б) подчинить прессу Верховному Командованию и требовать ее согласованных действий, несогласных же заставить молчать путем снятия с работы рабочего персонала и объявления бойкота неподчинившихся органов печати.

Пока не представляется желательным развивать далее сии основные решения. Сочувствующие приглашаются заявлять о том вышеуказанным лицам. Из числа этих заявлений будет видно, созрели ли обыватели до сознания неотложной необходимости по-военному организованной, не боящейся света армии для открытой мирной, но неослабной борьбы за победу и права народа. В зависимости от развития событий на внутреннем фронте диспозиция подлежит переменам и дополнениям, о которых будет сообщено.

Комитет Народного спасения

Дана в Москве

8 сентября 1915 г.

НАШ КОММЕНТАРИЙ

К документам №№ 1–3

Н. В. Вольский — Николай Владиславович Валентинов, он же — Самсонов или Юрьевский, социал-демократ-меньшевик, 1879–1964, после Октября жил в Москве и работал в «Торгово-Промышленной газете», в 1930 г. эмигрировал в Париж, написал три книги о Ленине.

Мельгунов — Сергей Петрович, 1879–1956, крупный историк революций, публицист, редактор журналов «Голос минувшего» и «Голос минувшего на чужой стороне».

Бурышкин — Павел Афанасьевич, 1887–1959, масон, из купцов, впоследствии автор воспоминаний «Москва купеческая» (Париж: УМСА-Press, 1954), министр финансов правительства Колчака, член лож «Юпитер», «Лотос», «Великий Восток Франции».

Отменило весь ритуал — отмена ритуала характерна для политического масонства.

Пробковая комната— кабинет Сергея Николаевича Прокоповича в Москве.

Двух виднейших большевиков — предположительно, Н. Д. Соколов и И. И. Скворцов-Степанов, масоны.

С. Н. — Сергей Николаевич Прокопович, 1871–1955, муж Е. Д. Кусковой, крупный ученый-экономист, теоретик «практического социализма», с 1904 г. — видный член партии октябристов, масон. После Февраля вошел как министр в состав Временного правительства. После Октября возглавил Временное правительство в подполье. В 1922 г. вместе с Кусковой выслан из Советской России. Жил в Берлине, Праге, Женеве и др.

«Союз освобождения»— политическая организация земцев и радикальной интеллигенции, основанная в июле 1903 г. в Швейцарии и действовавшая до конца 1905 г. Ее руководитель П. Б. Струве издавал в Штуттгарте журнал «Освобождение», пересылавшийся нелегально в Россию.

Богучарский, Хижняков— секретари «Вольно-экономического общества», принадлежали к левому крылу партии октябристов, объединившихся вокруг журнала «Без заглавия», масоны, помощники С. Н. Прокоповича.

Милюков— Павел Николаевич, 1859–1943, крупный историк и политик промасонского толка, активный деятель «Союза освобождения», лидер кадетской партии, министр иностранных дел Временного правительства (март — апрель), участник корниловского заговора, с 1920 г. эмигрировал в Париж. Профессор. Редактор газеты «День».

Марков— профессор, сотрудник парижских «Последних известий», генеральный секретарь «Союза советских патриотов» в Париже в 1941–1943 гг., в прошлом — масон.

В. А. Розенберг— масон.

Заговор Гучкова — см. Диспозицию № 1. Александр Иванович Гучков (1862–1936), крупный московский домовладелец и промышленник, основатель и лидер партии октябристов (1905–1917), председатель Центрального Военно-промышленного комитета, крупный масон, военмор-министр во Временном правительстве, в эмиграции жил в Берлине.

Дела Конради — Борис Конради — русский студент, убийца Воровского (1923); Гучков его осуждал.

Вельмин — масон.

Лутугин, Бауман — профессора Горного института, масоны.

Князь Львов— Георгий Евстигнеевич, 1861–1925, главноуполномоченный Всероссийского Земского союза, кадет, крупный масон, член 1-й Государственной Думы, Председатель Временного правительства (март — май); принимал участие в заговоре Корнилова.

Керенский А. Ф. — Керенский-Кирбиз, Аарон-Александр Федорович, сын народовольки Геси Гельфман, родившийся 22.04.1881 г. в Шлиссельбургской крепости, был дважды усыновлен: вначале — четой Кирбиз, затем — четой Керенских. Ум. 11.06.1970 г. в Нью-Йорке. Еврейский буржуазный политический деятель. Окончил юридический факультет СПб университета (1904), присяжный поверенный в судах до 1913 г., депутат IV-й Государственной Думы (1912–1917), возглавлял фракцию трудовиков (эсеров), масон с 1912 г., оборонец 1914–1918 гг. После Февральской революции — зам. председателя Совета, член Временного комитета Государственной Думы. С марта 1917 г. — член партии эсеров. В составе Временного правительства был министром юстиции (март— май), военно-морским министром и премьер-министром (май — октябрь). Главнокомандующий с 30 августа. Инициатор июньского наступления 1917 г., подавлял июльский путч большевиков и корниловский мятеж в августе, преследовал партию большевиков но сдал ей власть по приказу вышестоящих масонов. 25 октября бежал из столицы на фронт и возглавил мятеж Керенского-Краснова. 1 ноября бежал на Дон, затем жил нелегально в разных городах. В 1918 г. эмигрировал во Францию, прихватив с собой десять миллионов золотых рублей. С 1940 г. жил в CIIIA. Редактировал газету «Дни» (1922–1932), писал исторические и политические статьи и книги, воспоминания, издавал документы как профессор-историк. Масон 31-й степени.

Дан— Лидия Осиповна, сестра социал-демократа Мартова и жена видного меньшевика Дана (Гурвича) Федора Ильича (1871–1947).

4. Собственноручная записка Н. В. Некрасова следователю 3-го отдела ГУЛАГа НКВД, от 13 июля 1939 г.

Я был принят в масонство в 1908 г. ложей под председательством графа А.А.Орлова-Давыдова на квартире профессора М.М. Ковалевского. Ложа эта принадлежала к политической ветви масонства и была первоначально французской ложей «Великий Восток», но уже с 1910 г. русское масонство отделилось и прервало связи с заграницей, образовав свою организацию «Масонство народов России». В 1909 г. для очистки новой организации от опасных по связям с царским правительством и просто нечистоплотных морально людей организация была объявлена распущенной и возобновила свою работу уже без этих элементов (князь Д. О. Бебутов, М. С. Маргулиес — впоследствии глава белого Северо-западного правительства). Новая организация была строго конспиративна, она строилась по ложам (10–12 человек), и во главе стоял Верховный совет, выбиравшийся на съезде тайным голосованием, состав котopoгo был известен лишь трем особо доверенным счетчикам. Председателям лож был известен только секретарь Верховного совета, таким секретарем был я в течение 1910–1916 годов.

Масонство имело устав, даже печатный, но он был зашифрован в особой книжке «Итальянские угольщики 18-го столетия» (изд. Семенова). «Масонство народов России» сразу поставило себе боевую политическую задачу: «Бороться за освобождение родины и за закрепление этого освобождения». Имелось в виду не допустить при революции повторения ошибок 1905 года, когда прогрессивные силы раскололись и царское правительство легко их по частям разбило. За численностью организации не гнались, но подбирали людей морально и политически чистых, а кроме и больше того, пользующихся политическим влиянием и властью. По моим подсчетам, ко времени Февральской революции масонство имело всего 300–350 членов, но среди них было много влиятельных людей. Показательно, что в составе первого Временного правительства оказались три масона — Керенский, Некрасов и Коновалов, и вообще на формирование правительства масоны оказали большое влияние, так как масоны оказались во всех организациях, участвовавших в формировании правительства. Масонство было надпартийным, т. е. в него входили представители разнообразных политических партий, но они давали обязательство ставить директивы масонства выше партийных. Народнические группы были представлены Керенским, Демьяновым, Переверзевым, Сидамом-Эрастовым (исключен в 1912 г. ввиду подозрений в связи с азефовщиной). Меньшевики и близкие к ним группы имели Чхеидзе, Гогечкори, Чхенкелия, Прокоповича, Кускову. Среди конституционных демократов были Некрасов, Колюбакин, Степанов В. А., Волков Н. К. и много других. Среди прогрессистов отмечу Ефремова И. Н., Коновалова А. И., Орлова-Давыдова А. А. Особенно сильной была организация на Украине, где ее возглавляли барон Ф. Р. Штейнгель, Григорович-Барский, Василенко Н. П., Писаржевский Л. В. и ряд других видных имен до Грушевского включительно.

Переходя к роли масонства в Февральской революции, скажу сразу, что надежды на него оказались крайне преждевременными, в дело вступили столь мощные массовые силы, особенно мобилизованные большевиками, что кучка интеллигентов не могла сыграть большой роли и сама рассыпалась под влиянием столкновения классов. Но все же некоторую роль масонство сыграло и в период подготовки Февральской революции, когда оно помогло объединению прогрессивных сил под знаменем революции.

Незадолго до Февральской революции начались и поиски связей с военными кругами. Была нащупана группа оппозиционных царскому правительству генералов и офицеров, сплотившихся вокруг Гучкова (Крымов, Маниковский и ряд других), и с ними завязана организационная связь. Готовилась группа в с. Медыха, где были большие запасные воинские части, в полках Петрограда и другие. В момент начала Февральской революции всем масонам был дан приказ немедленно встать в ряды защитников новою правительства, сперва Временного комитета Государственной Думы, а затем Временного правительства. Во всех переговорах об организации власти масоны играли закулисную, но видную роль. Позже, как я уже указывал выше, начались политические и социальные разногласия, и организация распалась. Допускаю, однако, что взявшее в ней верх правое крыло продолжало работу, но очистилось от левых элементов, в том числе oт меня, объявив нам о прекращении работы.

Комментарий Н. Н. Яковлева

Николай Виссарионович Некрасов еще и еще раз подчеркивал сверхконспиративный характер организации. Он указал, что многие попытки единомышленников, искренних или нет, проникнуть в нее пресекались с порога. Так, рассказав об усилиях польских масонов связаться с русскими, Некрасов заключил: «Но мы на это не пошли, так как он был связан с французскими масонами, среди которых было много агентов охранки». Неожиданные познания, не из департамента ли полиции, центра зарубежной агентуры?

С другой стороны, наводит на определенное размышление и названная Некрасовым цифра масонов—300–350 человек. Известна резолюция последнего царского министра внутренних дел Протопопова на полях обзора печати об очередном выступлении против «темных сил». «Вся эта оппозиция выросла на ниве расстройства продовольственной части и тягот военных. Число ее вожаков невелико. Выразители ее — Дума, частица Государственного Совета и группа дворян (далеко не все, не купечество, не капитал, не деревня)». Число этих вожаков Протопопов определял именно в 300 человек. Весьма вероятно, что царское Министерство внутренних дел имело кое-какое представление об организации, где верховодил Некрасов.

В 1939–1940 гг. ни следствие, ни суд показания Некрасова не заинтересовали. Когда 14 апреля 1940 года он предстал перед Военной коллегией Верховного суда СССР, то его, по-видимому, из чистого любопытства спросили о масонах. «Я вступил в масонскую организацию, — ответил Некрасов. — Это была буржуазно-революционная организация. Эта организация была немноголюдной, но состояла из влиятельных людей. Цель этой организации была освобождение родины». Некрасова приговорили к расстрелу и казнили.



<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1100


Возможно, Вам будут интересны эти книги: