А.Л.Никитин.   Эзотерическое масонство в советской России. Документы 1923-1941 гг.

ПОЛИСАДОВ Сергей Владимирович (1888 — 1942)

Полисадов Сергей Владимирович, родился в 1888 г. в г. Симбирске; в 1915 г. окончил юридический ф-т Петроградского ун-та; на государственной службе с 1915 г. — делопроизводитель в канцелярии Государственного банка в Петрограде (впоследствии — Народного банка), затем бухгалтер в Наркомфине и в Центроспирте. Жена — Екатерина Яковлевна Подладчикова, род. в 1895 г., счетовод. Жил у нее в Москве по адресу: Малый Николо-Песковский пер. 9, кв. 3. По инициативе Б.В.Астромова-Кириченко открыл и возглавил в Москве ложу «Garmonia». С 1925 г. по предложению органов ОГПУ состоял секретным осведомителем. В 1926 г. в связи с делом Астромова-Мебеса осужден на 3 года концлагерей (Соловки) по ст. 117 УК, но в апреле 1928 г. досрочно освобожден и сослан на жительство в г. Тулу, где работал счетоводом Тульской конторы Мосторга и жил по адресу: ул. Бундуринская, д. 48. Вторично арестован 05.02.30 г. ОО ОГПУ 84-й стрелковой дивизии и Тульского округа по делу «РНС» и Постановлением ОСО ОГПУ от 18.08.30 г. по ст. 58/10-11 УК РСФСР осужден на 5 лет ИТЛ с 05.02.30 г. В связи с пересмотром дела Постановлением ОСО КОГПУ от 16.08.32 г. досрочно освобожден из Бутырской тюрьмы с правом свободного проживания по СССР В третий раз арестован в Калуге 22.04.33 г. в связи с делом московских розенкрейцеров-«орионийцев» и освобожден по решению ОСО ОГПУ от 21.06.33 г. В четвертый раз арестован 27.04.40 г. и Постановлением ОСО НКВД от 15.03.41 г. приговорен к 3 годам ИТЛ. Умер в Вятлаге 17.02.42 г.

Реабилитирован по настоящему делу Прокуратурой СССР 21.01.91 г. на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 16.01.89 г.


Показания ПОЛИСАДОВА С.В. 26.02.30 г.

После моего возвращения из Соловков в конце апреля 1928 г. я поселился в Туле. До октября 1929 г. я был без работы, а с 8 октября 1929 г. я получил временную работу в Тульской окружной конторе Мосторга, работал там в качестве счетовода. Кроме того, я переводил с немецкого книгу «Динамический баланс» профессора Шмаленбаха.

В конце августа 1929 г. я переслал перевод и подлинник книги жене с тем, чтобы она похлопотала о продаже перевода какому-нибудь издательству, но судьба этого перевода осталась для меня неизвестной. Никаких денежных средств от своих прежних единомышленников-масонов я ни по почте, ни через свою жену не получал и переписки из них ни с кем не вел.

В конце 1924 г. или начале 1925 г., когда я вырабатывал программу масонской ложи «Гармониа», я поставил перед АСТРОМОВЫМ вопрос или о легализации этой ложи перед соввластью, и тогда я мыслил приступить к посвящениям в члены этой ложи, или к закрытию всего масонства, так как считал, что вовлекать людей в ложу, которая не может существовать легально, будет с нашей стороны преступно.

После возвращения из Соловков в Тулу я никакого отношения к масонству больше не имел, им совершенно не интересовался. Еще будучи в Соловках, я пришел к убеждению о ложности всяких масонских и оккультных учений. Пришел я к этому как путем внутренних умозаключений, так и под влиянием всех тех лишений, которые мне пришлось вынести после моего ареста. В конце концов я решил, что мое занятие мистицизмом и масонством в течение почти двадцати лет ничего, кроме неудачно сложившейся личной жизни, мне не принесло, и я решил окончательно от них отказаться, а заняться всецело устройством своей личной жизни.

Была ли создана ложа «Garmonia» после моего ареста и кто персонально в нее входил — мне неизвестно. Об этом я никогда и ни с кем, а в частности — со своей женой, никаких разговоров не имел. Моя жена, как и вообще женщины, ничего об организации масонской ложи знать не должна была, поэтому я считаю, что если бы ей было или стало что-либо об этом известно, то в таком случае мы могли иметь или «[неразб.] в масонство», или организацию масонства с какими-либо нечистыми целями, например, целями политическими, личной наживы и тому подобное.

Приблизительно к тому времени, когда намечалось создание ложи «Garmonia» из лиц, интересовавшихся масонством и посещавших меня, я помню следующих: КЕЙЗЕРА, ПЕРЕВЕРЗЕВА, ВАСИЛЬЕВА, приятеля ПЕРЕВЕРЗЕВА, фамилию его сейчас не помню, КРАСОВСКОГО, кажется, он бывший белый, которого рекомендовал мне АСТРОМОВ. Бывала у меня также некто Алла Ивановна, фамилии также не помню, с которой мы беседовали на оккультные темы. АСТРОМОВ также рекомендовал мне ЛЮДВИГА, бывшего петербургского адвоката (хромой), который интересовался как масонством, так и оккультизмом. Никто из бывавших у меня и перечисленных мною мужчин и женщин посвящен в какую-либо степень не был. С некоторыми из них я проводил беседы, а некоторым раздал уже катехизисы.

Протокол мною прочитан и записан верно.

С.Полисадов

Допросил П.Ефремов
[ЦА ФСБ РФ, Р-40164, т. 19, л. 9 — 9об]


Показания ПОЛИСАДОВА С.В. 10.05.30 г.

До 1920 г. я принадлежал к Ордену мартинистов, который возглавлял МЕБЕС Григорий Оттонович.

В 1920 г. я из этого Ордена был исключен за несоответствие учению Ордена поведения (разгульный образ жизни).

Извещение об этом я получил в 1920 г. через АСТРОМОВА Бориса Викторовича письмом. До этого времени я АСТРОМОВА не знал и познакомился с ним только в 1923 г., когда он приезжал в Москву по своим каким-то делам и зашел ко мне. В то время он являлся Генеральным Секретарем «Великой ложи Астреи» и одновременно был причастен и к Ордену мартинистов.

На мою просьбу вернуть меня в лоно мартинизма АСТРОМОВ категорически отказался сделать это сразу, а предложил сначала посвятиться в масонство, заняться формированием ложи «Garmonia» и этим заслужить право быть принятым обратно в Орден мартинистов. На другой день АСТРОМОВ зашел ко мне и посвятил меня в 18-ю степень масонства (шотландского), соответствующую 3-й степени Ордена мартинистов, которую я имел до своего исключения оттуда. При этом мне АСТРОМОВ дал полномочия посвящать подбираемых мною людей вплоть до мастерской (3-й) степени Иоанновского масонства. Так как масонство у нас было мистического (оккультного) направления, то мне пришлось самому вырабатывать программу занятий по оккультизму. В это время у меня единственным кандидатом для привлечения в масонство был КЕЙЗЕР Петр Михайлович, с которым я и познакомился, приблизительно, за год до этого. Я пользовался его знанием иностранных языков для чтения литературы по оккультизму.

Таким образом, элементарно подготовив его как заинтересовавшегося оккультизмом, я дал ему неполное посвящение — первые три степени, т.е. звание Мастера, что давало ему право уже самостоятельно подбирать подходящих людей и посвящать их в первые две степени. Оговариваю, что делать это он мог только в мое отсутствие. Полного посвящения я КЕЙЗЕРУ не дал, считая его для этого еще слишком молодым и легкомысленным. Кроме КЕЙЗЕРА, я никого в масонство не посвящал, но у меня была группа из интересовавшихся оккультизмом, из числа которых некоторые в будущем могли получить посвящение. В группу входили: 1) КРАСОВСКИЙ Борис, бывший белый офицер, в то время артист-танцор, 2) ЛЮДВИГ Карл, бывший петербургский адвокат по бракоразводным и наследственным делам, рекомендованный мне АСТРОМОВЫМ, 3) ПЕРЕВЕРЗЕВ Борис Владимирович, в то время студент, ныне инженер-энергетик, 4) ВАСИЛЬЕВ Сергей Дмитриевич, работник кино, 5) БУТОВТ Борис, старик, бывший издатель журнала «Менталист», 6) приятель ПЕРЕВЕРЗЕВА, фамилию которого сейчас не помню.

Кроме того, были случайные женщины, также интересовавшиеся оккультизмом, быстро это дело бросавшие ввиду серьезности его и строгости предлагаемых мною требований. Никого из них я сейчас не помню. Вообще женщины интересовались этими делами побочно, т.к. в масонство они принятыми быть не могли. Все эти лица собирались у меня в неделю или в две раз, и я с ними занимался оккультными науками. Так продолжалось до 1925 г., когда в Москву вторично приехал АСТРОМОВ, ознакомился с моей работой по созданию ложи «Garmonia» и посвятил меня в 4-ю (высшую) степень мартинизма, и попутно рекомендовал обратиться в ОГПУ по вопросу о легализации масонства. Я категорически против этого возражал, считая это преждевременным и никчемным, т.к. был убежден, что все равно добиться этого не удастся. Здесь должен оговориться, что впервые я согласился на предложение АСТРОМОВА — организовать масонскую ложу — только потому, что видел в этом единственное средство — возвратиться в Орден мартинистов.

Ввиду того, что надежды мои не оправдались, т.к. АСТРОМОВ при вторичном приезде формального прощения мне от мартинистов не привез, а посвящение, о котором говорил выше, сделал только сам, персонально, с одной стороны, и надоевшая мне преподавательская (по оккультизму) деятельность — с другой, а также боязнь ответственности за нелегальную деятельность перед ОГПУ, заставили меня поставить ребром вопрос о легализации масонства, хотя я и наперед знал, что таковой не последует. С этой целью я подписал составленный АСТРОМОВЫМ доклад, и мы вместе с ним подали его в ОГПУ тов. ГЕНКИНУ. Сделал я это по указанию тов. ДЕМИДЕНКО. На этот доклад мы получили отрицательный ответ, и я настоял, чтобы АСТРОМОВ провел закрытие «Великой ложи Астрея» и подчиненных ей, что и было выполнено в конце 1925 г., причем фотоснимок с постановления ложи «Астрея» о закрытии ее и подчиненных ей лож был представлен мною в ОГПУ тов. ДЕМИДЕНКО через неизвестного мне сотрудника.

С момента этого постановления я считаю себя свободным от масонских клятв и ничего общего с масонством не имею.

Посвященному мною в масоны КЕЙЗЕРУ П.М. я объявил как о закрытии ложи, так и рассказал ему об отрицательном отношении Соввласти к масонству и о неудавшихся хлопотах по легализации его.

Затем вскоре я был арестован и заключен в концлагерь.

Никаких поручений КЕЙЗЕРУ о продолжении масонской деятельности и связи с ним, ни личной, ни письменной, через кого бы то ни было, с момента первого своего ареста не имел. Никакой кассы у меня никогда не было. Взносов я никаких не собирал, т.к. был всегда против этого, считая, что «торговать» духовными знаниями не этично. Вообще же в масонстве существование кассы взаимопомощи принято. В России отчислялись взносы в размере двух рублей ежемесячно.

Никакой политической работы масонство не проводило, по крайней мере в ложе «Гармониа», я могу сказать это с полной уверенностью, т.к. считаю всякую работу против Соввласти преступной и с точки зрения оккультной совершенно недопустимой.

Записано с моих слов правильно и прочитано, в чем и расписываюсь.

С.Полисадов

Допросил П.Ефремов
[ЦА ФСБ РФ, Р-40164, т. 19, л. 12 — 14об]


Показания ПОЛИСАДОВА С.В. 14.05.30 г.

Все свои прежде данные показания подтверждаю. В дополнение к ним на поставленные мне вопросы совершенно категорически и правдиво заявляю:

Никогда в жизни я ни к какой политической организации не принадлежал и политикой не занимался.

В послереволюционный период мне никогда ничего не было известно (кроме как из газет) о существовании каких-либо контрреволюционных организаций или группировок.

Масонство, к которому я принадлежал («Великая ложа Астрея») никаких политических целей не имело, никакой политической работы не проводило. Наше масонство — масонство чисто мистическое, оккультное. Насколько мне известно из истории масонства, только «Великий Восток Франции», имевший в России свои филиалы, преследовал политические цели.

Никогда, ни с кем — ни с АСТРОМОВЫМ, ни с КЕЙЗЕРОМ, мне не приходилось говорить на политические темы или слышать от них о политических задачах нашего масонства.

ЗАБРЕЖНЕВА — коммуниста, работающего в НКИД, я знаю как бывшего масона, до революции принадлежащего к «Великому Востоку Франции», а затем, по возвращении в СССР (во время революции), порвавшего с масонством.

До 1925 г. я с ним часто встречался. Он рассказывал мне о своем пребывании в масонстве, о постановке дела в тех ложах и так далее. Никаких других отношений у меня с ним не было.

БЕЛЮСТИНА Всеволода Вячеславовича я знаю очень мало. Познакомился с ним незадолго до ареста в 1925 г. и встречался два-три раза.

К масонам он не принадлежал, мистикой не интересовался. Он большой философ и этим был занят. Общего у меня с ним во взглядах было очень мало, никакого обмена литературой между нами не происходило.

Еще раз утверждаю, что со времени роспуска ложи «Астрея» я никакой масонской деятельностью не занимался. С того времени я как с масонством, так и с мартинизмом порвал окончательно и навсегда.

Что происходило по масонской линии в Москве, в частности в «Гармонии» после моего ареста, я совершенно не знаю. Во всяком случае, если КЕЙЗЕРОМ и проводилась какая-либо работа по созданию ложи, то с точки зрения масонских правил это несерьезно, т.к. однажды распущенные ложи возрождаться самостоятельно не могут.

Записано с моих слов правильно и мне прочитано, в чем и расписываюсь

С.Полисадов

Допросил П.Ефремов
[ЦА ФСБ РФ, Р-40164, т. 19, л. 18 — 18об]


Показания ПОЛИСАДОВА С.В. 16.05.30 г.

Как я уже говорил в своих прежних показаниях, «Великая ложа Астрея» в 1925 г. после неудавшихся нам хлопот с легализацией масонства вынесла постановление о ликвидации (закрытии) себя и всех подчиненных ей лож, в том числе и московской «Гармонии», над созданием которой я работал.

После этого постановления всякая масонская деятельность кем бы то ни было должна быть прекращена, никто не имел никакого права продолжать ее, создавать ложи или даже производить посвящения.

Я никогда никаких поручений КЕЙЗЕРУ о продолжении масонской деятельности не давал, и даже наоборот, объявляя ему постановление ложи «Астрея» о ликвидации, говорил сказанное мною здесь вначале.

Таким образом, КЕЙЗЕР не имел права в какой бы то ни было форме продолжать масонскую деятельность, давать посвящения и так далее, и если это делал, то, очевидно, преследовал какие-то другие цели, прикрываясь ширмой масонства. Не допуская мысли о чисто политических целях, т.к. зная КЕЙЗЕРА, как легкомысленного, несерьезного человека, я думаю, что целью его было объединить известный круг людей, должных помогать друг другу в продвижении по службе, устройству на таковую, оказывать друг другу всевозможную поддержку материального свойства и тому подобное, т.е. целей близких «Великому Востоку Франции».

В общем, организованная КЕЙЗЕРОМ ложа «Гармония» являлась самозванной, и она не могла быть никем признанной.

Давая посвящение, продолжая таким образом масонскую деятельность, КЕЙЗЕР уклонился от устава масонства и нарушил послушание, а это дает мне основание еще раз сомневаться в чисто мистическо-оккультных устремлениях КЕЙЗЕРА.

Записано с моих слов правильно и мне прочитано.

С.Полисадов

Допросил П.Ефремов
[ЦА ФСБ РФ, Р-40164, т. 19, л. 21 — 21об]

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1343


Возможно, Вам будут интересны эти книги: