Д. Г. Великий.   ЦРУ против Индии

Американская «душегубка» Бхопала

Декабрьской холодной ночью из резервуара химического комбината, принадлежащего американской транснациональной корпорации «Юнион карбайд» в индийском городе Бхопале, вырвалось пухлое белое облако. Помедлив минуту-другую, облако, расползаясь во все стороны, поплыло, подхваченное предрассветным ветерком, на город. Многим его жителям увидеть рассвета было уже не суждено: они были задушены щупальцами ядовитого газа, вползавшего в дома струйками белого дыма и безжалостно приканчивавшего свои жертвы. Целый город превратился в одну большую душегубку. В результате трагедии более 2,5 тыс. жителей погибло, более 50 тыс. остались калеками.

Вот как описывают катастрофу корреспонденты информационного агентства АП: «"Белая смерть" пришла в лачугу Бимлы Деви через час после полуночи. Она проснулась, встревоженная кашлем свекра и странным жжением на губах и роговице глаз. Муж немедленно приказал ей взять на руки их единственного ребенка и бежать из дома. За порогом ночь уже была полна топотом тысяч бегущих ног и паническими возгласами. Люди не могли сдержать рвоту, хватались за нестерпимо болевшие глаза. Каждый пытался спасти детей и имущество. Бимла Деви, настигаемая зловещим облаком беловатого цвета, бежала наперегонки со смертью и победила, но когда она оказалась в безопасности, у нее на руках лежало безжизненное тело ребенка. Ее муж и страдающий от астмы свекор, которого тот не захотел покинуть, умерли еще до рассвета».

Облако смертоносного газа — метилизоцианата — поднялось в небо с соседнего предприятия по производству пестицидов, расположенного в 50 м от жилища Деви и нескольких тысяч таких же жалких лачуг в поселении Джайпракаш-Нагар. «Безопасность — дело каждого», — гласит плакат над входом на предприятие. Однако в ночь на 3 декабря 1984 г. здесь разразилась ужасная авария. В эти два часа (с 23 часов до 2 часа ночи) произошла одна из самых кошмарных в истории катастроф производственного характера. К концу недели, по официальным данным, число погибших превышало 1680 человек. Кроме того, среди примерно 150 тыс. человек, обратившихся за медицинской помощью, тысячи пострадали серьезно. По неофициальным данным, погибло более 2 тыс. человек.

Появилось несколько различных версий происшедшего, возбуждено уголовное дело с целью найти виновных. Некоторые правительственные должностные лица и руководители фирмы, включая управляющего индийским филиалом «Юнион карбайд» Й. П. Гокхала, так объяснили происшедшее: газ, используемый для производства пестицида, хранился на предприятии в залитом бетоном бункере из нержавеющей стали. В нем постоянно должны были поддерживаться условия, необходимые для того, чтобы газ оставался в сжиженном состоянии. В ночь инцидента газ оказался под большим давлением, чем обычно. Предохранительные клапаны на одном из 45-тонных хранилищ открылись и газ начал поступать в газоочиститель, наполненный раствором каустической соды, которая в нормальных условиях должна была бы обезвредить его. Однако в данном случае необезвреженный газ вырвался в ночное небо. Чем было вызвано нарастание давления, неизвестно. Во всяком случае об этом ничего публично не сообщалось. Вскоре появилась еще одна версия трагического происшествия: Мадан Лал Рамджи, возглавлявший профсоюзную организацию на предприятии, заявил, что все 40 т газа, не проходя через газоочиститель, попали в атмосферу. По его словам, газоочиститель в то время был на ремонте, и утечка газа из хранилища произошла вследствие бурной химической реакции, вызванной, видимо, попаданием в хранилище воды.

Индийский министр химической промышленности и производства удобрений Васант Сатхе заявил, что режим безопасности на предприятии в Бхопале был не столь строгим, как на заводах «Юнион карбайд» в США. Сатхе утверждал, что незадолго до полуночи по показаниям одного из приборов рабочие заметили, что давление в хранилище возросло сверх «допустимого предела», вскоре после этого началась утечка газа. Они поставили в известность руководство предприятия и дали сигнал тревоги.

В прессу просочились неподтвержденные сведения о том, что в атмосферу над городом попал также фосген, еще более токсичный газ, использовавшийся в ходе боевых действий во время первой мировой войны. Последствия были ужасными. Сначала газ поднялся высоко в небо над предприятием, затем облако отклонилось несколько севернее, оказавшись над поселением Чхола Манбир, а потом, гонимое ветром, стало двигаться в направлении на юго-восток над спящим городом. Из-за ночной прохлады облако газа опускалось все ниже к земле.

На железнодорожной станции в 4 км к востоку от предприятия начальник железнодорожного узла Хариш Друв поднялся рано утром, чтобы встретить гостя. Он так и умер на своей станции, а вместе с ним — около 25 носильщиков и нищих. Зал ожидания для пассажиров первого класса превратился в полевой госпиталь. По соседству в автобусном депо на скамьях для пассажиров спала группа бездомных бедняков, которым уже не суждено было проснуться. Первые и, видимо, наиболее ужасные опустошения газовое облако произвело в поселениях Чхола-Манбир и Джайпракаш-Нагар, где жили в основном бедные, неграмотные люди. Хотя они жили у самой стены предприятия, практически никто из них не знал, что на нем производят. Некоторые думали, что там делают лекарства. «Люди гибнут в наводнениях, умирают от болезней, но я никогда не слышал, чтобы люди умирали от смертоносных испарений», — говорил Ашок Кумар Джайн, потерявший отца, мать и младшую сестру.

Люди, пережившие катастрофу, утверждают, что кое-кто, услышав сигнал тревоги на предприятии и заметив поднимающееся в небо облако, которое они приняли за дым, подумал, что на заводе пожар, и хотел помочь в тушении огня. Они побежали к предприятию навстречу своей смерти. Другие запирали двери, однако газ все-таки проникал внутрь через щели, превращая комнаты в газовые камеры. Некоторые, вдохнув жгучего газа, начинали биться в судорогах. Многие умирали во сне.

В последующие после катастрофы несколько часов, примерно с 1 часа ночи до 4 часов утра, газ-убийца накрыл в Бхопале территорию площадью примерно в 40 кв. км. Он пронесся над 11 поселениями, где проживало почти 200 тыс. человек. Самыми тяжкими последствия оказались в полосе к югу от предприятия в радиусе около 5 км. На северной окраине города, где расположен завод, газом были выжжены огороды, пожухли листья деревьев, на всей зелени выступил беловатый осадок.

Больше всего в Бхопале пострадала беднота, нежели люди состоятельные. Это объясняется достаточно просто: бедняки строились на дешевых участках в непосредственной близости от предприятия на окраине этого симпатичного городка с его живописными холмами и озерами. Их дети в основном были ослаблены недоеданием, и поэтому они не могли длительное время сопротивляться смертоносному газу. Бедняки спасались от облака газа бегом, люди более состоятельные уезжали на машинах и грузовиках, причем некоторые не останавливались, пока не отъезжали от города на расстояние 200 км.

Гибли целые семьи: девятилетний Шан Би и его младший братишка бежали за отцом и матерью до тех пор, пока их не согласились подвезти до крупнейшей в городе больницы «Хамидия». Отец умер еще по дороге. Мать скончалась в больнице. Братья умерли спустя несколько дней. Сунил Кумар, моторизованный рикша, был на работе, когда почувствовал в воздухе привкус газа. Он быстро вернулся домой, забрал отца, мать и сестру, посадил их в свой фургон и заткнул все щели. В это время началась паника. Велев родственникам крепко-накрепко зажмуриться, Кумар отъехал от города почти на 20 км. Все, кроме Кумара, теперь чувствуют себя вполне сносно. Сам же он ослеп.

Первые жертвы трагедии начали поступать в больницу «Хамидия» примерно в 3 часа утра, однако поначалу работа больницы также была дезорганизована заражением атмосферы. По мере нарастания притока жертв людей начали размещать в палатках на территории больничного комплекса. Из-за нехватки коек пострадавших клали на столы. По словам д-ра Н. Р. Бхандари, благодаря помощи добровольцев в больнице работало 300 врачей и 1000 медсестер и студентов-медиков. К этой и другим больницам с предложениями о помощи обратились общественные организации. По радио начали зачитывать скорбный перечень фамилий погибших и пропавших без вести, описание неопознанных. Люди, выжившие в катастрофе, затаив дыхание, слушали эти передачи.

Очевидцы видели мать, рыдавшую над телами четырех своих погибших детей. Такие же сцены можно было наблюдать и в последующие дни — люди продолжали умирать. Помещение морга было быстро переполнено, и тела умерших складывали на лужайке. Вскоре после полудня 4 декабря первую партию трупов отправили в места захоронения и кремации. У дороги на Чхолу тела складывали в пирамиды, чтобы ускорить кремацию. Мусульмане хоронили детей в братских могилах.

По словам очевидцев, некоторые пострадавшие умирали быстро, буквально через 15 мин. после попадания в зараженную зону. Другие, успев уйти довольно далеко, умирали через несколько часов или даже дней. По свидетельству врачей, попавший в атмосферу газ производил такое же воздействие, как очень сильный слезоточивый газ. Кроме того, он вызывал сильнейшее раздражение легких, которые впоследствии наполнялись жидкостью, что приводило к тому, что люди как бы «захлебывались». Врачи считают, что даже те, кто выжил, всю жизнь будут страдать болезнями печени и почек, у них будут появляться мертворожденные дети, наблюдаться случаи слепоты и умственной отсталости1.

Вот что писал корреспондент Рейтер из Бхопала в апреле 1985 года: «Сотни людей стоят около бунгало, окрашенного в беловато-серый цвет, держа в руках папки с рентгеновскими снимками и рецепты, выстроившись очередью на дороге, окаймленной сухими кустами, лишенными листвы. То и дело кашляя, изможденные мужчины, дети в изодранной одежде, худые, как скелеты, женщины-мусульманки в накинутых покрывалах или черных халатах, медленно продвигаются к веранде. В полукилометре отсюда на востоке виднеется завод «Юнион карбайд»...»

Напротив предприятия раскинулся поселок Джайпракаш-Нагар, где более 800 человек погибли в своих лачугах, сооруженных из холста и досок от упаковочных ящиков. Опустели десятки хижин, владельцы которых умерли или бежали. Оставшиеся в живых после самой гибельной в мире промышленной катастрофы прилагают всяческие усилия, чтобы как-то вновь устроить свою жизнь, искалеченную смертоносным газом, вырвавшимся из хранилища 3 декабря... В Бхопале, административном центре штата Мадхья-Прадеш, имеется правительственный госпиталь на 30 коек. Сюда приходят жертвы отравления газом, приходят ежедневно для получения рентгеновских снимков, лекарств. Госпиталь стал тем центром, вокруг которого вращается жизнь этих людей, с тех пор как он был создан 13 января 1985 г. Число пациентов, однако, всегда больше, чем количество коек. Больные отдыхают на лежанках, сооруженных из груд красных больничных одеял, между кроватями и т. д.

«Большинство их остается здесь примерно на две недели. Они уходят отсюда, когда начинают лучше себя чувствовать, — сказал д-р Шринатх Аггарвал. — Однако им приходится возвращаться вновь после того, как ослабевает действие лекарств». Д-р М. М. Нанда, управляющий госпиталем, сообщил, что около 600 человек получают медицинскую помощь в амбулаторных пунктах этого госпиталя ежедневно. «Более половины из них оказались жертвами ядовитого газа, и все они жалуются на болезни органов дыхания, — сказал он корреспонденту агентства Рейтер. — Эти люди не могут пройти даже и 100 ярдов без одышки. Нам остается только продолжать их лечение и надеяться на то, что их состояние улучшится».

По словам Нанды, у многих из тех, кто остался в живых после этой катастрофы, появились признаки тяжелой бронхопневмонии, поскольку их легкие были обожжены ядовитым газом. Большинство пораженных жалуется на слабость, из-за которой они не могут выполнять никакой работы. На пыльных, кишащих мухами улицах в Джайпракаш-Нагаре несколько мужчин мрачно сидят на ступеньках своих хижин, в то время как женщины и дети с апатичным видом бродят под палящими лучами послеполуденного солнца. «Мне ничего не стоило поднять груз весом в 50 кг на железнодорожной станции до того, как произошла катастрофа, — сказал грузчик Латиф Хан. — Но сейчас я на это неспособен. Поэтому я сижу дома».

«Эта катастрофа никогда не сотрется в нашей памяти, как у жителей Хиросимы и Нагасаки!» — эти слова принадлежат мэру города Бхопала.

Бхопал — индийская Хиросима. Такое сравнение само напрашивается по отношению к самой большой в истории человечества промышленной трагедии. И это не случайно. И в Бхопале, и в Хиросиме практически мгновенно погибло огромное количество людей. Погибли от одной и той же преступной руки — американской. Объединяет эти трагедии и то, что спустя десятилетия после катастрофы их жертвы будут испытывать страдания от ее последствий.

Становится ясным, что количество жертв бхопальской «душегубки» будет во много раз больше, чем число тех несчастных, которые погибли сразу, на месте. Спустя год количество так или иначе пострадавших от ядовитого газа превысило, по некоторым подсчетам, 200 тыс. человек.

Как сообщалось, через три месяца после катастрофы резко возросло число людей, обратившихся в больницы города с осложнениями, вызванными токсикозом. У многих из них обнаружены опухоли, сыпь. Состояние больных ухудшается, у людей возникают все новые и новые заболевания. Наибольшую тревогу врачей вызывает опасность раковых заболеваний и последующих генетических осложнений. Профессор Хит Кишор Госвами, заведующий кафедрой генетики Бхопальского университета, утверждает, например, что необходимы по крайней мере три года интенсивных исследований для того, чтобы выяснить, разовьются ли опухоли у тех пациентов, у которых наблюдаются ненормальные признаки быстрого деления белых кровяных телец. У отдельных пациентов отмечены признаки поражения хромосом, способные привести к генетическим осложнениям, которые могут сказаться на будущих поколениях. Другие скрытые последствия могут оставаться неизвестными на протяжении десятилетия.

«Большинство из жертв этой катастрофы — это бедные обитатели трущоб, которые трудились в качестве грузчиков или чернорабочих, — сказал д-р Анил Садгопал. — У них нет другой перспективы, кроме как стоять в очереди за получением лекарств». Руководитель группы психиатров, прибывшей сюда из Лакхнау, города, расположенного на севере Индии, д-р Джитендра Триведи составил истории болезней более 80 жертв бхопальской трагедии. Он сказал, что прописывал им транквилизаторы, поскольку «все они страдают от мучительного чувства страха и депрессии. Они боятся, что снова произойдет утечка газа. Они стали эмоционально уязвимыми, и часто во сне видят себя окруженными умирающими людьми»2.

Врачи между тем установили, что на жертвы катастрофы, видимо, воздействовало какое-то более сильное смертоносное вещество, чем официально объявленный метилизоцианат. Об этом свидетельствуют многие факты, ставшие достоянием индийской печати. Так, например, известно, что метилизоцианат при его взаимодействии с атмосферой поражает главным образом легкие, бронхи и верхние дыхательные пути. Однако при медицинском вскрытии жертв катастрофы выяснилось, что объектом воздействия нового отравляющего вещества стали мозг, центральная нервная система, селезенка, печень, почки и желудок...

Что же такое «Юнион карбайд» и что за ядовитые газы производят на заводах этой корпорации? «Юнион карбайд» — крупная транснациональная корпорация, базирующаяся в США. Ее штат составляют 105 тыс. человек, годовой оборот — 10 млрд. долл. Она изготовляет химикаты, электроды для сталеплавильной промышленности и ядерные материалы. Это — то, что на поверхности ее бизнеса, открытая, так сказать, продукция.

Расследование деятельности «Юнион карбайд» в Индии показало, что промышленный комплекс американского химического треста в Бхопале был снабжен научно-исследовательскими лабораториями, где в обстановке повышенной секретности велись разработки новых химических веществ и их испытания в тропических условиях. В этой связи интересен тот факт, что если на строительство самого завода корпорация израсходовала 150 млн. рупий, то на создание лабораторий — 200 млн. При этом на исследования высокотоксичных соединений корпорация выделяла ежегодно 300 тыс. долл. Сразу же после катастрофы в Бхопал под предлогом оказания помощи пострадавшим «слетелись» специалисты-эксперты из стран НАТО, занимающиеся вопросами воздействия новейших отравляющих веществ на мирное население.

Приведенные факты имеют общий знаменатель: «Юнион карбайд» на протяжении многих лет выступает в роли одного из основных подрядчиков Пентагона, активно разрабатывающих новые виды химического оружия. Так что заключение многих индийских экспертов о том, что жители Бхопала стали жертвами нового военного газа, представляется вполне возможным.

Так, например, президент Всемирного совета мира (ВСМ) Ромеш Чандра, выступая на собрании общественности Дели, заявил, что работающая по контрактам Пентагона «Юнион карбайд» фактически использовала рабочих предприятия в Бхопале, а вместе с ними и всех жителей города в качестве «подопытных кроликов». Не случайно, указал Р. Чандра, что после трагедии в Бхопал из США прибыли те же медицинские эксперты, которые в свое время изучали воздействие на организм человека печально известного дефолианта «эйджент орандж», применявшегося американской военщиной в ходе грязной войны во Вьетнаме. Медицинские эксперты из США, подчеркнул президент ВСМ, занимались в Бхопале отнюдь не оказанием медицинской помощи пострадавшему населению. Они изучали последствия трагедии по заданию Пентагона, разрабатывающего планы ведения химической войны.

Ответственность за трагедию несут прежде всего владельцы американской компании. К такому выводу пришла и газета «Нью-Йорк таймс», проведшая собственное расследование обстоятельств катастрофы. Выяснилось, что в нарушение всех норм безопасности охладительная установка, предназначенная для предотвращения нагрева ядовитого вещества, за несколько месяцев до катастрофы была отключена по указанию управляющих филиала «Юнион карбайд». Из соображений «экономии» компания резко сократила ассигнования на подготовку квалифицированного персонала. Предыдущие случаи утечек ядовитых веществ на предприятии мало беспокоили администрацию, которая не удосуживалась выяснять их причины,, а зачастую просто игнорировала их.

«Нью-Йорк таймс» отметает утверждения владельцев «Юнион карбайд» о том, что они, дескать, не несут ответственности за случившееся в Бхопале. Еще в 1982 году, отмечает «Нью-Йорк таймс», по результатам инспекции на заводе был подготовлен доклад, в котором указывалось, что существует вероятность «серьезного несчастного случая». Однако в штаб-квартире компании, куда был направлен этот документ, не приняли никаких мер, чтобы исправить положение.

Английская «Файнэншл тайме» писала по этому поводу, что официальная группа, расследующая факт утечки ядовитого газа, заявляет, что «Юнион карбайд» допустила «полнейшую и преступную халатность», не обеспечив защиты от смертоносного газа метилизоцианата. Характеризуя меры по прекращению утечки газа как весьма неадекватные, авторы доклада говорят, что они нашли данные, подтверждающие мнение о том, что некоторые устройства безопасности на заводе просто не функционировали в ту роковую ночь, когда случилась утечка газа. Завод «Юнион карбайд» был оборудован газовыпускной горелкой и выпускным газоочистителем, предназначенными для нейтрализации токсичного газа. Кроме того, на заводе был предусмотрен план водяного заграждения, включая размещение шлангов в вероятных районах утечки (вода в надлежащем количестве нейтрализует газ).

По сообщению следственной группы, в ночь, когда произошла авария, газовыпускная горелка была закрыта на ремонт. Газоочиститель привели в действие вручную, но через значительное время после начала утечки. Шланги с водой были пущены в ход гораздо позже. По-видимому, за исключением полива аварийного контейнера с метилизоцианатом и соединительного газопровода водой, других мер не принималось, сообщают члены группы. Крупнейший недостаток всей организации обеспечения безопасности заключался в том, что меры на случай столь крупной утечки просто не предусматривались. В случае утечки инструкция предусматривала единственную меру — «включение сигнала тревоги и информирование местных властей».

Следственная группа обнаружила, что две системы оповещения, имеющиеся на заводе, предназначались только для работников предприятия, но не для людей, проживающих поблизости. Население так и не услышало сигнала тревоги. Кроме того, для жителей Бхопала не было предусмотрено специальных учений, мер по безопасности или оповещению. Анализируя историю предприятия, авторы доклада выяснили, что с 1976 года на заводе произошло шесть аварий. Три из них были связаны с утечкой газа, была одна жертва. Все они объяснялись халатным отношением к материалам и неисправностями клапанов. Несмотря на «частные случаи утечки токсичных газов», надлежащих мер по исправлению положения не было принято. Кроме того, группа обнаружила, что в обзоре мер по обеспечению безопасности, проведенном компанией «Юнион карбайд» в мае 1982 года, перечислялось десять моментов, обладающих «повышенным потенциалом крупных инцидентов и последствий в случае аварии».

Члены следственной группы говорят, что, несмотря на предложенные меры по исправлению имеющихся недостатков, по-видимому, практически ничего сделано не было. К примеру, несмотря на подробный отчет о протекающих клапанах 6 октября 1982 г., была замечена утечка газа. По этой причине «указанные дефекты вполне могли стать последним предупреждением как раз перед такой аварией, которая произошла в декабре», сказал один из членов группы...

Возможно, что одно из выдвинутых обвинений будет заключаться в том, что фирма «Юнион карбайд» не обеспечила на данном предприятии те меры по технике безопасности, которые применяются на аналогичном заводе по производству пестицидов в Вирджинии. Члены следственной группы оспаривают заявление компании о том, что на бхопальском филиале и аналогичном заводе в Вирджинии были предусмотрены одни и те же меры обеспечения безопасности. По их данным, на американском предприятии в большей степени используются ЭВМ, в то время как управление бхопальским предприятием в основном осуществлялось вручную. Следственная группа также указывала, что угроза совершения ошибки людьми всегда остается, тогда как управление системой оповещения и контроля при помощи ЭВМ более эффективно.

Члены группы также обнаружили дефекты в конструкции и противоречия в оценках предполагаемого газового потока в аварийных ситуациях и эффективности мер по обеспечению безопасности... Главное же обвинение в адрес компании заключается в том, что она не установила надежную систему раннего обнаружения утечки газа и оповещения об аварии3.

11 апреля 1985 г. газета «Нэшнл геральд» поместила статью, в которой, в частности, говорилось: «Правительство Индии, отклонившее предложение «Юнион карбайд», изъявившей готовность выплатить 200 млн. долл. 35 ежегодными взносами и тем самым уладить вопрос вне стен суда, должно было возбудить дело против этой компании в одном из американских судов. Оно сделало это и пытается сейчас получить в счет возмещения нанесенного ущерба не указываемую конкретно компенсацию. Однако урегулирование вопроса вне стен суда, сколь бы щедрым оно ни оказалось, лишило бы все народы «третьего мира» возможности призвать многонациональные компании к ответу за их пагубные по своим последствиям действия. Очень часто многонациональные корпорации стремятся обойти закон и ограничения в своих странах, перенося производственные мощности, работа на которых сопряжена с опасностью, в страны «третьего мира» лишь для того, чтобы обеспечить себе большие прибыли. Поскольку соблюдение правил техники безопасности и других регламентирующих положений у себя дома оборачивается для них тяжелым финансовым бременем, лишая их преимущества в условиях конкуренции на мировых рынках, многонациональные корпорации предпочитают действовать в более бедных странах, подвергая смертельному риску жизнь людей. Именно это произошло на заводе «Юнион карбайд» в Бхопале».

Надо сказать, что система, которую продемонстрировала «Юнион карбайд», характерна и для политики других транснациональных корпораций в развивающихся странах. Причем в этом им активное содействие оказывает нынешняя американская администрация.

Как пишет издающийся в Париже журнал «АфрикАзи», многие виды химической технологии до сих пор никак не регламентированы. А главное — никоим образом не регулируются законодательно внутренние операции компаний и особенно транснациональных. Лишь немногие развивающиеся страны издали законы, сравнимые с американскими или европейскими, об условиях труда и охране окружающей среды. Хорошо известно, что даже в развитых странах работа в промышленности влечет за собой некоторые заболевания и несчастные случаи, которые можно было предупредить. В развивающихся странах технологический риск еще выше, а ТНК ведут себя здесь как полные и ничем не ограниченные хозяева. Поэтому совсем не случайно, что катастрофа произошла именно в развивающейся стране.

Так, обозреватель индийской газеты «Патриот» Р. К. Шарма пишет, что на каждый доллар, вложенный в экономику развивающихся стран, ТНК получают 7 долл. прибыли. Только в развивающихся странах, отмечает газета «Вашингтон пост», от 1,5 млн. до 2 млн. жителей ежегодно становятся жертвами отравления ядовитыми веществами, используемыми при производстве химикатов. Из проведенных расследований явствует, что «бхопальская душегубка» может повториться в любой развивающейся стране, где есть химические монстры империализма. В любую минуту...

Описанная выше трагедия вряд ли, конечно, предусматривалась планами ЦРУ и Пентагона. Напротив, она была для них нежелательна, ибо пролила свет на существование секретных лабораторий концерна и на те смертоносные военные газы, которые там исследовались и изготовлялись. Но то, с какой быстротой отреагировали американские спецслужбы на возможность изучить последствия применения этих отравляющих веществ и реализовали эту возможность, говорит о глубочайшем цинизме и презрении к человеческим жизням, характерных для ЦРУ, да и для всего американского империализма, первейшим инструментом которого оно является. Не случайно Индия стала жертвой ядовитого дыхания концерна-подрядчика Пентагона: в том, что трагедия произошла в этой стране, есть мрачная логика американского империализма, его взаимоотношений с Индией...



1 Associated Press, 1985, Dec. 9.
2 Reuters, Limited, 1985, March 27.
3 Financial Times, 1985, Febr. 20.

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1512


Возможно, Вам будут интересны эти книги: