Александр Фурсенко.   Династия Рокфеллеров

III

Чтобы доказать прочность и стабильный характер капиталистической системы США, буржуазная литература изобрела «теорию уравновешивающих сил». В наиболее полном виде она изложена в книге Д. Голбрейса «Американский капитализм».55 Элементарное содержание этой теории заключается в схеме «большой бизнес» — «большой труд» (профсоюзы)—«большое правительство» (big business—big labor—big government). «Бизнес» и «труд» представляют собой, по мысли авторов этой теории, взаимоуравновешивающие силы, которые в случае нарушения равновесия координируются «правительством».

«Теория уравновешивающих сил» является идеалистической концепцией, призванной оправдать классовое господство крупного капитала. Ее авторы пытаются доказать, что в настоящее время стимул капиталистического производства окончательно изменился и заключается не в получении прибыли, представляющей якобы «второстепенный интерес», а в желании создать максимум услуг.56 Оказывается, монополии стремятся к снижению цен на потребительские товары, а рабочее движение препятствует этому, и потому происходит удорожание жизни. Отсюда вполне естественный вывод — правительству необходимо поддерживать монополии против рабочего движения. В принципе в этом нет ничего нового, так как известно, что еще в конце прошлого века принятый под давлением масс антитрестовский закон Шермана на деле сплошь и рядом применялся не против трестов, а против рабочих забастовок на том основании, что забастовки якобы создавали угрозу нормальному ходу торговли между штатами. Что же касается политики правительства в отношении трестов, то сторонники «теории уравновешивающих сил» заявляют, что «нет необходимости» опасаться усиления монополий, и предостерегают, что «правительственное вмешательство» способно уменьшить «эффективность» экономической
системы.57

Констатируя прогрессирующую концентрацию капитала, они выступают против ущемления власти монополий. «Полагать, что имеются основания для антитрестовского преследования, в том случае, когда на рынке господствуют три, четыре или полдюжины фирм, значит считать, что вся система американского капитализма противозаконна».58 Так пишет Голбрейс, аргументация которого является типичным образцом презентистского, прагматического подхода.
Таким образом, правительство, которому в схеме «уравновешивающих сил» отводится роль арбитра между бизнесом и трудом, призвано, по замыслу авторов указанной теории, всемерно поддерживать крупный капитал. Именно такова и практика нынешних США. Из этого не следует, что в отдельных случаях вмешательство правительства не может нарушать интересы тех или иных монополистов или групп монополистического капитала. Более того, подобного рода явления закономерны и стали регулярными для современного этапа развития государственно-монополистического капитализма. Однако и на ранних стадиях, и теперь правительственное вмешательство в конечном итоге осуществлялось и осуществляется в интересах класса капиталистов.

Именно в условиях государственно-монополистического капитализма вмешательство государства и его совместные действия с монополиями приобрели широкий размах и стали характерной особенностью. Причем усиление пра-вительственного вмешательства неразрывно связано с дальнейшим сращиванием монополий и государственного аппарата, процессом формирования так называемой «властвующей элиты», которая, по словам Р. Миллса.
узурпировала руководство экономической, политической и военной жизнью страны.59 Никогда за всю историю США в состав правительства не входило такого количества представителей «большого бизнеса», как теперь. Развитию этой тенденции обязано и стремление Рокфеллеров приобщиться к активной политической деятельности, заполнение ответственных министерских постов их ставленниками, а равным образом и служащими других крупных корпораций.

Одна из наиболее важных особенностей современного капитализма заключается в том, что его эволюция происходит в условиях «холодной войны» и милитаризации внутренней жизни, способствуя росту явлений государственно-монополистического характера. В политической сфере это ведет к тоталитаризму, ликвидации «мыслящего гражданина» и дальнейшему идеологическому подавлению массы американцев, которые превращаются, по выражению Миллса, в «инертное общество». «Под каким бы углом зрения мы ни стали рассматривать дело, — пишет Миллс, — мы почти во всех случаях различим, что прошли уже значительное расстояние по пути к политически -инертному обществу. Этот путь ведет к тоталитарному государству». 60 Американское общество отдано произволу всепоглощающей пропагандистской машины, управление которой осуществляется могущественными центрами. Пресса, радио и телевидение заняты «бизнесом по формированию общественного мнения». «В дополнение к расширившимся и централизованным средствам государственной власти, эксплуатации и насилия, — говорил Миллс, — современная элита овладела небывалыми еще в истории орудиями управления умами и их обработки, включая систему всеобщего образования и массовые средства общения».61 Американский социолог отмечает, что попытки монополистического контроля в сфере идеологии возникают по мере перехода от мелкого производства к крупному.

Таковы объективные предпосылки. Но немалую роль в этом процессе сыграл и субъективный фактор. «Перевоспитанием» общественного мнения и установлением контроля над идеологической сферой активно занимаются сами корпорации. В настоящее время это стало неотъемлемой частью их практической деятельности. Еще в 1918 г. в правлении рокфеллеровского треста появился специальный штат, занятый работой «на публику». Руководство «Стандард ойл» начало регулярно встречаться с представителями прессы. Позднее создается целый Отдел общественных отношений, главная задача которого — воздействие на общественное мнение.
В 1943 г. рокфеллеровский трест выделил полмиллиона долларов на подготовку «Истории Стандард ойл». И недавно бывший директор компании У. Е. Пратт рассказал об обстоятельствах отнюдь не академического свойства, при которых было принято данное решение. Это была очередная попытка спасти репутацию треста, когда вскоре после начала второй мировой войны стало известно, что «Стандард ойл» сотрудничала с германскими монополиями в ущерб национальным интересам США. Попытки рокфеллеровской компании оправдаться в комиссии конгресса США не увенчались успехом. Тогда, по свидетельству Пратта, правление треста и пришло к мысли издать «объемистую историю всей нашей предпринимательской деятельности — в Германии и других местах, подготовленную компетентным, совершенно беспристрастным и независимым коллективом, которому будет предоставлен свободный доступ ко всем архивам и дано право впоследствии публиковать свои находки». «Такой отчет, решили мы, усилил бы наши позиции», — заключал Пратт.62

Теперь легко судить о характере издания и его авторах, поскольку два из четырех проектируемых томов опубликованы. Они достаточно ясно показывают, что представляет на деле «свободный доступ ко всем архивам» и каков в действительности «совершенно беспристрастный и независимый коллектив», составленный из историков бизнеса.

Приведенные примеры вскрывают методы, которыми монополии воздействуют на формирование общественного мнения. В конечном итоге крупный капитал играет решающую роль в фабрикации идей и представлений, в формировании стандартной личности, которую убеждают отказаться от критики во имя «интересов нации». К этому лишь следует добавить, что видную роль в идеологической политике монополий продолжают по сей день играть «благотворительные» фонды крупнейших корпораций. Располагая миллиардными средствами, они приобрели колоссальное влияние на систему образования, высшие учебные заведения и научные центры, религиозные организации, литературу, кино и другие средства массового общения. «Благотворительные» фонды являются мощным рычагом управления общественным мнением и формирования идей. Они представляют весьма характерную форму идеологического воздействия.

Кроме того, именно филантропическая деятельность магнатов капитала стала одним из главных аргументов в попытках их оправдания. Историки монополистического капитала заявляют, что благотворительность — имманентно присущее руководителям американского бизнеса свойство, которое следует рассматривать в неразрывной связи с их промышленной и финансовой деятельностью. Не случайно в заглавии второго издания написанной Невинсом биографии Джона Д. Рокфеллера I значится «Промышленник и филантроп». Благотворительности посвящена в значительной степени и биография Джона Д. II, принадлежащая перу Р. Б. Фоздика, а также специально написанная им книга о «Фонде Рокфеллера»,63 президентом которого он являлся с 1936 по 1948 г. Кроме того, в 1956 г. выпущены работы Ф. Эндрюза обо всех благотворительных организациях.64 Особенно же следует отметить изданную в 1964 г. книгу Р. Шаплена в связи с 50-летием «Фонда Рокфеллера».65 Богато оформленная и выполненная в духе рекламных изданий, она превосходит все, что было написано до сих пор, своей откровенно пропагандистской направленностью.

30 лет назад в США существовало около 250 «благотворительных» фондов, а в настоящее время их несколько тысяч. Но главную, ведущую роль по-прежнему играют фонды крупнейших корпораций, значительно усилившиеся в финансовом отношении и расширившие свою деятельность. Они контролировали и продолжают контролировать многие важные стороны интеллектуальной и политической жизни Америки.

Несколько лет назад, выступая перед собранием историков в Гарвардской школе предпринимательства, представитель Дюпона изложил целую программу, выполнения которой крупный капитал ожидает от общественных наук. Он заявил, что представляемая им корпорация извлекла большую пользу из работ ученых — физиков и химиков, а теперь нужно наладить «более тесные связи и лучшие отношения» с учеными-экономистами, социологами, историками и даже лингвистами. Он призывал активно защищать капиталистический строй от «радикалов» и «коммунистов». «Мы не претендуем на особую эрудицию, — говорил он, — однако наше знакомство с историей сделало для нас абсолютно ясным, что все крупные революционные движения рождались в умах мыслителей». И хотя представитель Дюпона далек от истинного поштмания исторического процесса, ему нельзя отказать в классовом чутье, когда он заявляет, что революционные идеи чреваты опасностью политических потрясений. А «для положения вещей в Америке» это, по его словам, — «не тривиальная проблема». Нужно торопиться, чтобы противопоставить свод усилия критикам монополий и ликвидировать антимонополистические настроения в народе. Нельзя терять времени, ибо, «если человек умирает от рака, — пояснил свою мысль оратор, — ему не поможет излечение от гриппа».66

Реализации этих целей и призваны способствовать «благотворительные» фонды, среди которых одно из ведущих мест принадлежало и принадлежит «филантропическим» организациям Рокфеллеров. По-прежнему крупные средства ассигнуются различным пропагандистским организациям. После второй мировой войны в США возникли многочисленные центры по изучению СССР и стран Восточной Европы, которые поставляют основные кадры специалистов по «русскому вопросу» и «коммунизму» для госдепартамента, разведки и других учреждений США. «Фонд Рокфеллера» принимал непосредственное участие в их создании и продолжает их поддерживать, ассигнуя миллионы долларов. Рокфеллеры участвуют также в различных влиятельных организациях по внешней политике, включая Совет по вопросам международных отношений, Ассоциацию внешней политики и т. д. На средства «Фонда Рокфеллера» производились обширные исследования по атомной энергии. Правда, утверждали, что руководители фонда глубоко сожалели об изобретении атомной бомбы. Но в это трудно поверить, ибо исследования, субсидируемые фондом, давно связаны с военным производством.

Вопросам международных отношений и политике «антикоммунизма» отводится ныне одно из центральных мест в деятельности «благотворительных» организаций Рокфеллеров. В конечном итоге они органически связаны с попытками представить Америку образцовым общественным порядком и идеализировать роль монополистического капитала. Все это лишь разные аспекты идеологической кампании, призванной обосновать капиталистическую систему США и господство тех самых «баронов-разбойников», которых теперь стремятся представить в роли «капитанов индустрии» и «героев нации».



55 J.К. Ga1braith. American Capitalism. The Concept of Countervailing Power. London, 1957.
56 Ibidem, p. 25.
57 Ibidem, p. 28.
58 Ibidem, p. 55.
59 P. Миллс. Властвующая элита. M., 1959, стр. 27—31.
60 Там же, стр. 416.
61 Там же, стр. 417—418.
62 W. Е. Pratt. The Value of Business History in the Search for Oil. In: Oil's First Century, 1960, pp. 58—59.
63 R.B. Fоsdiсk. History of the Rockefeller Foundation. New York, 1952.
64 F. E. Andrews. Philantropic Foundations. New York, 1956.
65 R. Shap1en. Toward the Wellbeing of Mankind. Fifty Years of the Rockefeller Foundation. New York, 1964.
66 G. Perry. Communication between the Academican and the Businessman. Business History Review, 1962, № 2, pp. 87—97.

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 1517


Возможно, Вам будут интересны эти книги: