Энтони Саттон.   Орден «Череп и кости»: документы, история, идеология, международная политика

Падение «Черепа и костей»

Приложение 2


Автор: Анонимно
Заглавие: «Падение Черепа и костей»
Место и год издания: Опубликовано Орденом, Нью-Хейвен, 1876.
Содержание: Сатирическое эссе

Вавилон пал



Все, кто обращал внимание на членов «Костей» утром в воскресенье 1 октября 1876 года, вероятно, сразу чувствовал уныние и удручённость, исходящие от них. Во всяком случае, нашлись те, кто заметил, что во время церковной службы их глаза подозрительно всматривались в лица «нейтралов», в одно за другим, и они неизменно отводили их, когда им отвечали взглядом. Пока будут существовать «Кости», ночь 29 сентября будет для его членов годовщиной события, когда «нейтралы» вторглись в их храм, их редчайшие памятные вещи были конфискованы, и их сокровенные тайны были открыты глазам неинициированных.

Мы подумали, что описание того, как это было сделано, могло бы быть интересным для обитателей колледжа. Подвальные окна храма с задней стороны были укреплены следующим образом:

Во-первых, вход снаружи преграждал ряд дюймовых железных прутьев; за ним была крепкая железная сеть, прикреплённая к деревянной раме; затем был ещё один ряд железных прутьев толщиной 1,25 дюйма; а за этим всем были мощные деревянные ставни. Поразительно, что за всеми этими оборонительными сооружениями «Орден напильника и гвоздодёра», используя напильники, отмычки и т.д. нашёл способ проникнуть вовнутрь. По причинам, которые нет нужды здесь перечислять, дело продвигалось медленно, и только после многих часов кропотливой работы один из наружных прутьев был перепилен пополам. Затем с помощью мощной стамески-гвоздодёра были вытащены длинные гвозди, которые присоединяли железную сеть к деревянной раме. Затем прут был вставлен на место с помощью замазки, и мы ретировались в ожидании благоприятной ночи для завершения предприятия. Было выбрано время - 8 часов вечера в пятницу 29 сентября.

Сначала один из нас убрал железный прут и сеть; а затем, чтобы было больше места, он со значительными трудностями вытащил мощную деревянную раму, к которой была прикреплена сеть. Можно было всунуть голову и плечи в получившийся таким образом проход, но всё ещё оставался мощный ряд прутьев толщиной 1,25 дюйма. К счастью их не пришлось перепиливать. Было обнаружено, что они были вставлены сверху в толстый брус, а внизу входили в кирпичную стенку, надстроенную внутри на два дюйма на каменном фундаменте. Потребовалось лишь несколько минут, чтобы с помощью топорика выбить 20-дюймовую канавку, раскопав железную пластину, через которую проходили прутья. Мы вытолкнули эту пластину внутрь, и прутья вывалились под собственным весом; непрочные деревянные ставни были с лёгкостью отвинчены, и около половины одиннадцатого путь был открыт. Войдя через окно, мы взломали деревянную дверь наверху подвальной лестницы, открыли две железные ставни, которые закрывали задние окна главного зала и смогли на досуге исследовать храм. На пользу будущим исследователям и в качестве руководства для только что оперившихся членов «Костей» на все времена мы сейчас дадим краткое описание:


План интерьера храма Ордена «Череп и кости».

Интерьер зала «Черепа и костей»



Помимо подвала храм разделён на два этажа. Рисунок 1 это примерный план подвала:

A - «Главный вход».
B - Печь.
С - Лестница на первый этаж.
D - Служебное помещение
E - Кухня.
F - Буфетная.
H - Раковина.
a - Остальные окна.

В служебном помещении всегда горит лампа, украшенная человеческим черепом, и помещённые в рамку «Инструкции новичкам», подписанные Томасом Клэпом, Йельский колледж, 1752 год. Здесь же находится могильный камень с надписью «Сперри», видимо взятый с той же могилы что и череп. На западной стене кухни (E), которая оборудована обычными удобствами, висит портрет Наполеона Бонапарта. В буфетной (F) большое количество посуды, каждый предмет которой украшен картинкой черепа и скрещенных костей, а на каждой ложке и вилке стоит отметка «Т.Ч.К.».

Поднявшись по лестнице из подвала, вы оказываетесь, открыв дверь C, рис. 2, в прихожей (А), из которой винтовая лестница (K) ведёт на верхний этаж. Дверь C сделана из дерева, но взломать её было легко. H это внешняя железная дверь, прикрытая изнутри парой легких рамочных дверей. B это небольшая туалетная комната. Дверь D, в которой нет замка, открывается в главный зал, который инициированные называют «324». Пол выложен цветной плиткой; стены расписаны довольно безвкусно, в основном чёрным и красным цветами, похоже на зал D K. Несколько небольших диванов, похожие на те, что стоят в Лайнониа Холл, и стол составляют всю меблировку комнаты. Дерево окрашено белой краской, и, как и стены во многих местах, поцарапанное и грязное. ЕЕ это два узких окна, защищённых мощными железными ставнями. Последние скрыты от глаз панелями из светлого дерева, обработанными морилкой под орех. Единственный интересный объект в комнате это стеклянная витрина в юго-восточном углу, с украшенными бейсбольными мячами, на каждом из которых написана дата, счёт и т.д. университетской игры, и здорово захватанная книга то ли по физике, то ли о человеческом интеллекте, на титульном листе которой был начертан автограф неугомонно досаждающего «Костям» Арйайяя из выпуска '76 года.

Пока мы не нашли ничего, что компенсировало бы наши неприятности, но когда мы поднялись на следующий этаж и прошли мимо маленькой кладовки, которая осталась по правую руку, затем по подъёмному мосту, который нависал над парадным входом с Хай-стрит, наши труды были вознаграждены.

При входе в комнату С, рис. 3, сразу по левую руку стоит книжный шкаф, в котором находится библиотека «Черепа и костей», включающая полный набор литературы, выпущенной в Йельском университете, красиво переплетённые каталоги колледжа и книги, написанные членами Ордена. Также здесь хранится Устав Фи Бета Каппа и каталог общества «Свиток и ключ», в котором есть список членов вплоть до 1868 года. Он был обёрнут в чёрный переплёт, на лицевой стороне обложки отпечатаны буквы "C.S.P", а на задней "C.C.J" староанглийским шрифтом. Только одиннадцать имён указано за год LI, и только двенадцать за XLII. В нём есть несколько опечаток, так, например, имя Д. Кэди Итона указано как Сэмюел. Напротив имён первых двух членов «Ключа» LXII года кто-то дерзкой рукой нарисовал таинственный символ -«осёл» . А вверху страницы с именами членов LII года написано «группа, сколоченная Бойсом», а Бойс это фамилия члена «Ключа» того года. Из этих каталогов мы узнаём, что президент и секретарь «Свитка и ключа» известны внутри общества как Шило и Эвмен, таким образом, как и в «Костях», у каждого члена есть данная ему кличка. Некоторые из них передаются от выпуска к выпуску, такие как Главк, Призатик и Арбак, которые, похоже, наиболее любимы.

На стене, напротив окна, которое выходит на Хай-стрит, висит бархатная подушка в красивой рамке, к которой приколоты знаки всех обществ, когда-либо существовавших в Йельском университете, включая «Лопату и могилу», «Быка и камни» и т.д. К южной стене комнаты пристроен красивый открытый камин, а над ним мраморная полка и зеркало. На полке были череп и кости, одни из серебра, череп около двух дюймов в диаметре, на котором было выгравировано «32 от Эс. И. Си. 1858-го года»; другие из бронзы, немного больше чем серебряные, и много другой символики, связанной с черепом и костями. На западной стене висит, среди других картин, старая гравюра, где изображён открытый склеп, в котором на каменной плите четыре человеческих черепа лежат вокруг шутовского колпака и колокольчиков, открытой книги, нескольких математических инструментов, сумы нищего и королевской короны. На арочной стене над склепом латинскими буквами написаны пояснительные слова: "We War Der Thor, Wer Weiser, Wer Bettler Oder Kaiser?", а под склепом немецкими литерами написано предложение:

«Ob Arm, Ob Beich, im Tode gleich».

К картине приложена карточка, на которой написано: «От немецкого отделения. Подарено патриархом Д. К. Гилманом из Д. 50». Комната красиво обставлена; табака и трубок более чем достаточно, колоды сильно потрепанных карт дают понять, как общество умудряется убивать пять-шесть часов каждый вечер по четвергам. Пепельницы для трубок в виде черепов, на них стоит клеймо М. Гамбье, Париж, и тайное имя хозяина, и его десятилетие, написанные красными чернилами; например та, что принадлежит нынешнему «члену из Бата» была подписана «Трим, Д. 75».

Комната D, название которой внутри «Костей» «322» - святая святых храма. Её отличительный знак - факсимиле знака «Костей», красиво вставленное в плиту чёрного мрамора. Сразу под полкой, также вставленный в мрамор, девиз:

Bari Quippe Boui,

написанный старым английским шрифтом. Эта обставлена даже более богато, чем «323», но в ней нет ни книжного шкафа, ни картин с особым смыслом.

На стенах длинного зала В висит около сорока фотографий размером 12 на 20 дюймов, на каждой изображена группа из пятнадцати членов «Костей» вокруг стола, на котором лежит человеческий череп и скрещенные кости. Так как исполнение этих фотографий оставляет желать лучшего, а вид старомоден, то можно предположить, что их снимают каждый год аппаратом, принадлежащим этому обществу. H это старомодный сейф с запором, размером примерно 20 на 26 дюймов, 15 дюймов в глубину, вделанный в стену. Возможно, он используется как место для хранения денег и ценностей, но ночью 29-го там были только связка ключей и маленькая позолоченная фляжка, наполовину заполненная бренди.

K - это небольшая кладовая, в которой хранятся непереплетённые экземпляры каталогов общества «Череп и кости» и подборка красиво изданных памятных книг, по одной за каждый год. Некоторые из старых памятных книг довольно любопытны, а подборка за последние годы очень полная.

Каталог «Костей» в точности таков, как он описан в книге «Четыре года в Йельском университете».

Двери в E и F, которые используются как главные кладовые, защищены жестяными пластинами, но замки не оказали «должного сопротивления» отмычкам. Памятные вещи в этих комнатах отличались скорее количеством, чем качеством. Однако среди огромной кучи бросовых вещей мы нашли четыре или пять лодочных флагов и некоторое количество старых греческих, латинских и немецких работ по медицине. Ни одна из них не была секретной, напротив это были работы хорошо известных авторов; действительно старых учёных в области медицины. Никогда ранее мы не могли так хорошо это оценить.

В заключение мы скажем, что тщательное исследование каждой части храма привело нас к заключению, что «наиболее могущественное из обществ колледжа» это не более, чем приятный развлекательный клуб. В кухне есть продукты для того, чтобы подать закуски; в здании нет ни бильярдных столов, ни каких-либо музыкальных инструментов; кроме того, там полностью отсутствуют какие-либо «механизмы», которые мы ожидали увидеть; колокол, который слышно в ночь инициации, это не «старый колокол колледжа»; у «Черепа и костей» нет секретов, кроме тех немногих. Которые возможно ежегодно передаются из уст в уста, и нет письменной конституции, помимо нескольких директив, похожих на указания, приложенные к уставу Дельта Каппа.

Прежде чем уйти из зала мы задались вопросом, стоит ли информировать остальных студентов колледжа о том, что мы сделали, и оставить зал открытым на распашку на обозрение публики. Мы думаем, что никто не будет отрицать, что это было в нашей власти 一 одним махом не только разрушить весь престиж, который секретность предоставила этому обществу, но и сделать его посмешищем всего колледжа и сделать его будущее крайне сомнительным. Но хотя мы и не нашли подтверждения таинственным слухам об обществе «Череп и кости», мы, однако, вспомнили, что некоторые из членов «Костей» выпуска '77 года наши близкие личные друзья, и тогда мы предпочли менее радикальные меры. Против «Костей» как приятного развлекательного клуба у нас нет возражений. Пусть он существует до тех пор, пока люди наслаждаются хорошим ужином и тихой игрой в вист. Но его загадке и его секретности пришёл конец, и мы надеемся, что его абсурдные претензии, и слухи вокруг него, также умерли.

Наше проникновение было обнаружено только следующим вечером около восьми часов. Всю субботу великий «Череп и кости» находился на милости любого, кто мог заметить окно с задней стороны.

Насколько сильно было напугано это общество было видно по тому, как они заделали окно, через которое мы вошли, как через некоторое время все остальные пять подвальных окон. У нас нет мысли о том, что «Череп и кости» будет отрицать, что в их зале кто-то был, так как мы не остались без доказательств того, что наш рассказ это правда. Выше мы говорили о разных манускриптах, безделушках и сувенирах, которые хранятся в Храме. В некоторых случаях нам нужно было бы сказать «хранились», так как теперь они находятся в месте, о котором никто никогда не узнает. Короче говоря, хотя кража не была нашим заданием, по принципу «грабь награбленное», мы оставили себе несколько сувениров, которые могут быть выставлены на всеобщее обозрение, и несколько документов, которые можно напечатать, если какое либо официальное опровержение последует по какому-либо ключевому пункту этого отчёта. Или если «Кости» применят свою обычную политику замалчивания для того, чтобы дискредитировать нашу историю. Часть наших сувениров видели нейтральные старшекурсники, а остальные будут положены в самое надёжное место, когда письменные обязательства отказа от преследования будут положены между нами и факультетом и законом.

Йельский университет, 1877 год.



Факсимильное изображение фрагмента брошюры «Падение Черепа и костей».

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 6561


Возможно, Вам будут интересны эти книги: